Ты не заслуживаешь любви - Татьяна Катаева

Блин, не хочу говорить слово «трахнуть». Почему-то мне кажется, ему это понравится из моих уст.

— Вы не можете меня хотеть. Ваша матушка…

Боже, я уже точно как крепостная в каком-то веке говорю. Наверное, это недавно пересмотренный сериал «Бедная Настя» так на меня повлиял.

— Если тебя только это держит. То поздравляю, ты уже не работаешь в нашем доме, — прибивает он меня словами к полу. Воздух словно перекрыли. Я ничего плохого не сделала. Меня не могли уволить.

— Как — не работаю? — нахожу в себе силы задать вопрос. Катастрофически тяжело. Осознание факта бьёт по моим нервам. Я не могу сейчас остаться без работы. Мама… Саша… деньги…

Три слова — и вся моя жизнь.

Я обещала себе, что вылечу Сашу.

— Вот так вот, — лениво произносит он. — Вчера тебя уволили. Я настоял.

Говорит так спокойно… А мне хочется взять в руки что-то тяжёлое и швырнуть в него. Желательно в эту довольную физиономию, которая сейчас излучает столько цинизма, сколько из меня не выходило за всю жизнь.

Мы смотрим друг другу в глаза. Честно — я не нахожу слов. Он явно ждёт. Хочет поиздеваться? Ещё больше унизить? Да пошёл он. Не дождётся. Пойду работать в клуб или в кафе к Анжеле. Она будет петь, а я — официанткой работать. Свет клином не сошёлся на доме Ахматова.

И потому, как только он отворачивается, чтобы открыть шторы, я резко начинаю бежать. Сначала прямо — к выходу из спальни. Замираю, кручу головой: вправо, влево. Ага! Справа балкон — значит, выход слева. Бегу туда. Вижу длинный коридор и дверь наружу. Моей обуви нет, да и времени обуться тоже. Зато вижу мужские комнатные тапочки. Влетаю в них и лечу к заветной двери. Потом верну. А может, и не верну. Новые купит. Не обеднеет.

Хватаюсь за ручку и молюсь, чтобы открылась. Ахмат не гонится — и это радует. Время у меня есть. И когда ручка легко поддаётся, я даже слышу собственный выдох облегчения.

Хрен тебе, Ахмат, а не моё тело! — хочется крикнуть ему.

Но некогда. Пора уносить ноги. Подальше отсюда.

Вот только, стоит мне вылететь из квартиры, как включается какая-то мега-сирена. Я закрываю уши руками, пытаясь понять, откуда этот ор. Такое чувство, что банк грабят — и включилась сигнализация. Неожиданно в ноге чувствую боль. Опускаю взгляд — и вижу то, чего вчера не было. Какой-то браслет.

И именно из него льётся эта сирена.

Резко поворачиваюсь к двери — и вижу, как Ахмат лениво опирается о косяк. Его улыбка… дьявольская. Победная.

— Я же сказал тебе, что выйдешь из квартиры только когда я разрешу.

Глава 11. Полина

Их тянуло друг к другу так, будто кто-то незримый связал их одной нитью и потянул навстречу.

— Я же сказал тебе, что выйдешь из квартиры только когда я разрешу. Так что зайди внутрь, если не хочешь, чтобы все соседи сбежались на этот шум.

Нет. Я всё-таки сплю. Потому что только во сне может происходить подобное. Это обычный кошмар. Сейчас ущипну себя — и проснусь.

Я поднимаю руку и сильно щипаю себя за ногу.

— Ай! — автоматически вырывается, когда ощущаю боль. Блин… щипнула я знатно, а пробуждение так и не наступило. Потому что передо мной всё так же стоит Ахматов.

— Не проснулась? — издевательски спрашивает он.

— Нет… — выдыхаю автоматически.

— Ну тогда зайди в квартиру. А то у меня уже голова начинает болеть от этой трели. А когда у меня болит голова — я злой. А когда я злой… люблю лечиться сексом.

Намёк понятен.

А если он НЕ злой — сексом он не лечится?!

Мамочки… голова вообще перестала соображать.

Что мне делать?

Может, бежать дальше? У этой штуки батарейка когда-нибудь сядет? На какое расстояние нужно убежать от Даниила, чтобы она заглохла?! И она хотя бы током не бьётся? Я смогу сама её снять?

Что мне делать?!

Я ещё никогда не была в такой безвыходной ситуации!

Как только я переступаю порог квартиры, эта дрянь на ноге наконец замолкает. Даниил закрывает дверь, а я снова срываюсь в бег. Может, я в лабиринте? Почему всё время пытаюсь убежать — и всё равно попадаю в тупик?!

На этот раз я оказываюсь на кухне. Бежать больше некуда, и я прячусь за столом. Ахмат всё так же лениво идёт за мной и улыбается. Его это реально забавляет. Меня — нет. Вообще не прикольно играть в игру, правила которой я не знаю.

— Ещё не набегалась? — его руки скрещены на груди, он опирается о дверной косяк. Поза расслабленная. Я же вся — как натянутая струна. Коснись меня — и лопну.

— Я не понимаю, что тут происходит, — честно признаюсь. — Как снять эту штуку?

— Никак.

— Как это — никак?! Ты надел на меня какую-то хрень без разрешения! Ты не имел права! — я киплю от гнева. — Сними немедленно!!! — ору.

— Сниму, когда захочу, — он даже не моргает. — Хотя… — делает шаг вправо, и я метаюсь в другую сторону стола. — Будем играть в догонялки? Меня это заводит, серая.

— Даниил!!! — срываюсь. — Ты… ты переходишь все рамки!

— Опа. Уже без отчества, — ухмыляется он. — Как быстро мы перешли на «ты». Ещё пара минут — и уже в постели будем, — улыбается. Блин, у него реально хищная улыбка.

— Ты больше не сын моей начальницы! Сам же сказал, что меня уволили!

— Ну да, — пожимает плечами. — Пришлось соврать матери, что ты украла у меня деньги.

— Что-о-о?!

Нет. Это уже слишком. Я не воровка. Никогда и ничего не воровала. И пусть мы жили бедно — это не повод для воровства. А он… он просто взял и оклеветал меня.

— Да ты… ты мерзкий лгун! Как ты посмел?! Я бы никогда… — я задыхаюсь от возмущения, слова даются с трудом.

— Не принимай так близко к сердцу, — лениво бросает он. — Компенсацию всё равно получишь. Правда, после того как я тебя трахну. Мать сказала — прислугу трогать нельзя. Раз ты у нас больше не работаешь, значит можно.

— А меня ты спросил?! Хочу ли я этого?!

— А тебя, оказывается, ещё и спрашивать надо? — криво усмехается он. — Скукотища. Давай, иди сюда, серая. Ты меня утомляешь.

— Не пойду! Отвали от меня, Ахмат! Я не собираюсь с тобой спать — тем более по доброй воле!

— Уверена?

— Конечно!

— Ладно, — он ухмыляется ещё шире. — Я принимаю твой вызов.

— Какой