Иней между нашими сердцами - Кира Шелухина

что-то будто стягивается внизу живота. Когда его пальцы начали гладить и сжимать мой чувствительный сосок, а зубы — покусывать мочку уха, я, едва сдерживая стон, попыталась отодвинуться.

— Не шевелись, — услышала хриплый голос Дрейка, от которого по моей коже побежали мурашки.

Я снова замерла, пытаясь вразумить себя, но тщетно. Мои мозги словно превратились в кашу, и в голове осталась лишь мысль о том, что муж будет делать дальше, которая одновременно вызывала страх и интерес.

Дрейк

Перенеся Дарину в кровать, я не собирался затевать любовные игры, решив подождать, пока она окончательно не оправиться от лихорадки, но, когда от моих ласк у нее участилось дыхание, сразу передумал.

— Доверься мне, и ты не пожалеешь, — хрипло прошептал ей на ушко, прикусывая мочку и чувствуя ее ответную дрожь.

Одной рукой терзая набухший сосок, вторую я медленно опустил вниз.

— Ш-ш-ш, — шепнул, когда жена сразу же напряглась.

Продолжая посасывать и покусывать ее лебединую шею, я начал легкими круговыми движениями поглаживать там, где уже было горячо и влажно. А стоило коснуться клитора, как она вздрогнула и тихо застонала. Я задвигал пальцами сильнее, чувствуя, как их покрывают ее соки.

— Да, птичка, вот так, не сдерживайся, — велел, жестче щипая сосок и впиваясь зубами в кожу под ее ухом.

И тогда, издав еще один более громкий и протяжный стон, девушка на миг напряглась, после чего задрожала в моих руках, разваливаясь на части.

— Умница, — похвалил я, когда ее первый оргазм начал стихать, и Дарина удовлетворенно вздохнула, снова погружаясь в сон.

Я же, чувствуя болезненное напряжение, так и не смог уснуть и, едва за окном забрезжил рассвет, снова отправился в дорогу.

Глава 6

Дарина

Открыв глаза, я обнаружила, что в постели одна и, вспомнив, что произошло ночью, почувствовала, как вся кровь прилила к щекам. Мои мысли и эмоции путались, как никогда. С одной стороны, я стыдилась того, что позволила Дрейку столь греховные действия, хотя он был моим мужем и имел на это полное право. С другой стороны, не могла отрицать, что впервые получила такое огромное удовольствие, которое заставило забыть обо всем на свете и породило желание снова испытать эти волшебные ощущения. Не знаю, сколько я провалялась в постели, когда, наконец, устав от душевных терзаний, решила встать и, быстро приняв ванну, спустилась в столовую. Служанки тут же принялись проворно накрывать на стол — поставили передо мной тарелку с пышным омлетом, посыпанным зеленью и сыром, блюдо со свежими булочками, пару креманок с маслом и клубничным вареньем, и налили в чашку кофе с молоком.

Закончив поздний завтрак, я решила немного прогуляться, чтобы развеять спутанные мысли. Оказавшись в саду, не заметила, как ноги сами принесли меня к оранжерее. А стоило туда войти, как на душе сразу стало спокойнее. Увидев чуть в стороне небольшой столик с инструментами, я взяла садовые ножницы и начала аккуратно подрезать засохшие листья и ветви с кустов. Увлекшись, не заметила, как за окнами сгустились сумерки, и, вернув ножницы на место, поспешила в замок, надеясь успеть на ужин. Быстро забежала в комнату и, ополоснув руки и лицо, спустилась в столовую, которая была пуста.

— Голубушка, ужин сейчас подадут, — обратилась ко мне Руфина, выходя из кухни и вытирая руки о фартук.

— Спасибо, — поблагодарила я, присаживаясь за стол.

И только я начала наслаждаться мясным рагу, которое просто таяло во рту, как раздались тяжелые шаги, и через минуту появился герцог. От неожиданности я выронила вилку, которая со звоном упала на паркет. А когда вскочила, чтобы ее поднять, то случайно задела тарелку, которая последовала вслед за вилкой, разбиваясь вдребезги. Ахнув, я в ужасе закрыла лицо руками, еле сдерживая слезы. Услышав, как муж приказывает служанке все убрать, я ощутила прикосновение и, опустив руки, увидела перед собой экономку.

— Деточка, тебе лучше сесть там, — сказала она, нежно подталкивая меня к месту рядом с уже усевшимся за стол мужем.

Опустив глаза, я медленно подошла и села на стул, а служанка поставила передо мной новую тарелку. Но аппетит пропал, и я, ковыряясь в еде, в напряжении ждала окончания ужина, чтобы убежать подальше от пристальных взглядов Дрейка, которые ощущала на себе.

— Дарина, посмотри на меня, — услышала его приказ, но не смогла поднять глаз от стола.

— Посмотри… на… меня, — повторил герцог, и в его тоне промелькнули нотки недовольства.

С трудом преодолев стыд, посмотрела в льдисто-голубые глаза, и уже не смогла отвести взгляд. Я будто тонула в их холодной глубине, погружаясь все глубже, как вдруг увидела такое, что заставило меня вздрогнуть и разорвать зрительный контакт, избавляясь от наваждения.

— Ешь, если не хочешь, чтобы я сам тебя кормил, — сказал муж, указывая на нетронутое рагу.

Поняв по строгому тону, что он не шутит, я взяла вилку и приступила к еде. Когда, наконец, неловкая трапеза закончилась, поспешила подняться наверх, направляясь в спальню, когда сзади раздался голос Дрейка.

— Куда собралась? — спросил он, догоняя меня.

— В свою комнату.

— Теперь ты будешь спать со мной, — отрезал он.

— П-почему? — пробормотала я.

— Потому что ты — моя жена.

К сожалению, мне нечего было возразить на эти слова и пришлось последовать за ним. В просторной спальне царил полумрак, лишь несколько свечей освещали стены, обтянутые черным бархатом, а пламя огня в большом камине отбрасывало отблески на висящий над ним портрет герцога в золотой раме, выполненный кистью искусного мастера. Прямо передо мной возвышалась кровать под тяжелым темно-синим балдахином. Бросив на нее мимолетный взгляд и прогоняя непрошенные воспоминания, я подошла к окну, всматриваясь в даль, где до самого горизонта простиралась морская гладь. Услышав шорох одежды, обернулась, но сразу же пожалела об этом, потому что мужчина как раз снимал рубашку, открывая моему взору мускулистую грудь. А когда он начал расстегивать штаны, быстро отвернулась, смущаясь и чувствуя, как сердце начинает стучать быстрее.

— Долго будешь там стоять? — поинтересовался Дрейк через некоторое время, уже лежа в постели.

Понимая, что не смогу избегать этого вечно, я направилась в ванную, где сняла платье и, накинув на сорочку халат, висевший на стене, вернулась в комнату. Медленно подойдя к другой стороне кровати, остановилась, набираясь решимости лечь рядом с мужем, не зная, кого больше страшась — его или себя.

— Раздевайся и ложись, — прозвучал в тишине очередной приказ.

Не глядя на мужчину, я сбросила халат и быстро забралась под одеяло, устраиваясь на самом краю.

— Нет, птичка, так не пойдет, — раздался сзади голос мужа, прежде чем