Магнит для ангелов - Тимофей Александрович Решетов

– Простите, а где у вас тут санузел?

В ответ в глубине темноты что-то щелкнуло, и Сева увидел на некотором расстоянии от своего подиума приоткрытую дверь. Из-за двери внутрь темного пространства проникал приглушенный желтый свет. Он встал и отправился в этом направлении практически на ощупь.

Уборная поразила Севу своим размером. Это была вытянутая комната площадью метров сорок, одна из длинных стен была закруглена, а другая, в которой располагалась дверь, была полностью зеркальной, отчего размер комнаты визуально удваивался. Пол ее был выложен большими черно-белыми квадратами, с потолка свисали грандиозных размеров кристаллы. В одном из углов был устроен собственно санузел, который представлял собой отделанную мягким плюшем тумбу. Сделав свои дела, Сева встал, и тут взгляд его привлекло какое-то движение. Он внимательно вгляделся в зеркальную стену, и ему показалось, что там кто-то есть. Он отчетливо видел свое отражение, и не было сомнений, что в уборной никого, кроме него, нет, и тем не менее в отраженном пространстве комнаты происходило что-то еще, как будто кто-то там копошился.

Стараясь не обращать на это внимания, он направился к двери, чтобы вернуться на свой уютный подиум с коврами, к которому успел уже даже привыкнуть, но вдруг со всей очевидностью осознал, что не знает, где находится дверь, через которую он попал внутрь.

Сева понял, что заблудился.

Некоторое время он стоял в нерешительности посреди уборной и оглядывался, затем принялся тщательно исследовать стеклянную стену, ощупывая ее на предмет хоть каких-то щелей, которые могли бы обозначать дверь. Ничего подобного он не обнаружил. Вместо этого, дойдя до угла, где еще пять минут назад располагался унитаз, он обнаружил, что теперь его там нет.

– Чертовщина какая-то, – высказался Сева вслух, и звук этих слов эхом отозвался изо всех углов. А затем ему показалось, что кто-то захихикал.

– Простите, – сказал Сева, – а могу я выйти?

– Можете, – ответил какой-то голос, но ничего не произошло.

– Так выпустите меня!

– Куда вы хотите попасть? – этот вопрос вдруг озадачил Севу.

– А куда можно?

– Куда хотите. Вам виднее, – прозвучал ответ, сопровождаемый хихиканьем.

Сева задумался. Ему пришло в голову, что неплохо бы немного пройтись. У него не было никаких особых планов на ближайшее будущее, не говоря уж об отдаленном. Он понимал только, что в какой-то момент его ожидает встреча с Михеичем. Сева вдруг осознал, что ему нужно только захотеть, и произойдет, вероятно, все, чего он пожелает, но чего именно хотеть, сейчас он не знал.

– Я бы хотел посмотреть наружу, – после некоторого раздумья сказал он в пустоту уборной. – Где тут у вас окна?

Немедленно что-то щелкнуло, и Сева увидел приоткрытую дверь в левой части закругленной стены. Он вышел наружу и обнаружил себя на площадке шириной в несколько метров. Перед ним была стеклянная стена Башни. Он подошел практически вплотную к ней и посмотрел вниз.

Земля находилась где-то далеко-далеко внизу. Он вспомнил, что находится на 222-м уровне, из чего можно было предположить, что это где-то по меньшей мере порядка тысячи метров над поверхностью. Нижнюю купольную часть отсюда было почти не видно. Только подойдя к стеклянной стене Башни практически вплотную, он сумел разглядеть внешний ее контур.

С высоты, на которой он находился, все окружающее казалось каким-то нарисованным пейзажем. В некотором отдалении, извиваясь, протекала река. Надо полагать, это была какая-то значимая водная артерия, широкая, полноводная. Тут и там проглядывали островки лесов, между которыми раскинулись поля, разделенные на прямоугольники ровными рядами лесопосадок. Некоторые из этих прямоугольников уже зеленели, прочие были темными. Сева находился выше облаков, сверху они выглядели как пушистые комки ваты, и тени от них быстро скользили по окружающему пейзажу.

Вокруг Башни была устроена парковая зона, разделенная на несколько концентрических секторов дорогами и лесопосадками. Вглядываясь в них, Сева обнаружил, что Башня представляет собой гигантские солнечные часы. Ее окружали три овальных концентрических линии: пространство между самой ближней из них и Башней представляло собой несколько ярусов шириной, вероятно, метров в пятьдесят – семьдесят, спускающихся от Башни в сторону периферии. Следующая за ней располагалась примерно в три раза дальше от Башни, чем первая, а третья – раза в три дальше второй.

Полуденная линия представляла собой широкую дорогу, которая начиналась, по всей видимости, у самого основания Башни и уходила далеко на север до самого последнего круга. На перекрестках этой полуденной дороги и концентрических кругов были устроены большие площади. В центре первой, ближайшей к Башне площади, имевшей форму восьмигранника, была выстроена огромная квадратная в основании девятиуровневая пирамида. Она была обращена к Башне одной из своих граней, в середине которой была устроена лестница до самого верха, где располагалось некое подобие мавзолея. В центре второй – круглой по форме – площади был устроен круглый же фонтан, а третья площадь вдалеке представляла собой многоуровневую шестигранную воронку, дна которой отсюда было не видно. Все эти участки полуденной дороги были вымощены разноцветными плитами.

В центре «часовых» линий, расходящихся от Башни лучами на восток и на запад, а также в центре среднего круга были устроены каналы. На всех пересечениях этих линий были устроены площади поменьше.

В некоторых местах этого масштабного архитектурного комплекса были организованы асиметричные «островки» в виде сравнительно небольших (как казалось сверху) площадок и различного размера строений: башенок, пирамид, «колизеев». Хотя Сева не вполне понимал техническое назначение всех этих построек, по всему было ясно, что они имеют какой-то практический смысл, может быть, даже ритуальный.

Сева быстро сориентировался и понял, что он находится в восточной части Башни, тень от нее как раз пересекла шестой луч после средней полуденной линии, и яйцеобразная оконечность ее – узкая тень от шпиля, увенчанного сферой, – почти достигала среднего концентрического круга.

Восхищаясь масштабом замысла архитекторов этого «чуда света», он решил немного пройтись в сторону движения тени, то есть далее на юг, и через несколько минут обнаружил зону, где начиналась тень. Область эта медленно смещалась, и Сева некоторое время забавлялся тем, что останавливался, дожидался момента, когда снова попадет в зону освещенности, а потом делал несколько шагов, чтобы опять оказаться в полутени.

Затем он побежал вперед, чтобы полностью погрузиться в тень, и оказался на южной стороне. Когда он посмотрел отсюда вниз, он обнаружил, что концентрических линий там не было. Они заканчивались слева и справа радиальными лучами, соединенными между собой хордами лестниц. Все эти линии образовывали большую площадь у подножия Башни. В середине ее, строго на юг от Башни, располагался купол высотой метров в сто пятьдесят,