Похищенный ведьмой (Ведьма и охотник) - Екатерина Розова

для переговоров с Рондой. Пытался и сам проникнуть в Кнею, добыть филактерию… Получил отлуп. И тут на тебе — Ронда умирает, а от всего ковена в живых остаюсь я одна. Малоизвестная ведьма. Залегаю на дно, сижу в Кнее тихо, как мышь под метлой. Но разведка Ваграмона есть разведка Ваграмона. Она не пойми где порылась, но нашла некое малозначимое сведение обо мне. О том, как я попыталась бежать из запертой Кнеи и найти поддержку у некоего Ретеваро Югью. И они решили использовать тебя, моего бывшего возлюбленного, чтобы связаться со мной. Тебя взяли всего лишь посредником, Рете. Лишь посланником чужой воли. Тебя просили найти меня и передать предложения канцлера Ваграмона. Он был, наверное, очень щедр в своих посулах. Небось, предлагает мне и деньги, и титул за отданную филактерию. Но ты подумал, что это слишком жирно для такой малозначимой малолетки, как я, и решил сам завладеть сосудом, так? И стать тем, с кем договариваются, а не используют в переговорах. Ты думал, что я все еще та шестнадцатилетняя дурочка, которую ты катал на лодочке по озеру Безмолвия? А от нее давно ничего не осталось… нет, вру. От нее осталась почтовая ворона, которую ты засунул на насест в свой воронятник да там и забыл, когда девочка стала слишком… накладной.

— Как много всего наговорила!

— Так если ты ходишь вокруг да около… Давай подберемся к самой сути. Ты не можешь во второй раз из Кнеи явиться ни с чем. Иначе тебя спишут как посредника. Ну так вот, я тебе вот что скажу, а ты уж не поленись передать. Я сама, сама прилечу на шабаш в Ивартан на Солнцеворот и поговорю с канцлером Ваграмона…

— Чего-о??? Да кто ты такая, чтобы такое…

— Я — хозяйка филактерии! Вот, кто я! И если на Солнцевороте выяснится, что ты ничего не передал канцлеру… он тебя не спросит почему. Много чести спрашивать такую мелкую падаль, как ты. Но тебя накажут за то, что ты был плохим посредником. А теперь — проваливай прочь из моей Кнеи!

И снова воздухе послышался хлопок и запахло серой…

Глава 49. Вурдалак

И от этого хлопка Раэ тряхануло на дереве, а внизу полыхнуло зеленоватым пламенем.

Колдун что-то прошипел, но это было последнее, что услышал Раэ из его уст. Затем раздался повторный хлопок, и зеленоватое свечение между листвой исчезло: портал закрыло. Несколько мгновений спустя до охотника донеслось, как что-то себе мурлычет под нос ведьма, как это делают люди, предоставленные сами себе.

Раэ лежал на ветвях не жив не мертв и вдохнуть боялся из-за того, что услышал. «Чья армия умертвий закопана в некрополях вдоль границы Семикняжия»… Увы, он не мог не знать. Разве он не родился в тот год, когда отгремели войны некромантов? Разве не прошло его детство в тени тех грозных событий, от которого пострадал весь мир? Разве все его детство не привозили в Цитадель целые армии выкопанных из тайных захоронений мертвецов для опознания, отпевания и достойного предания в освященной земле?

И уж конечно Раэ рос, как и все его поколение, в предчувствии новой войны некромантов, а значит, среди постоянно витавших в воздухе слухов, что могучая империя Ваграмон копит силы на границах Семикняжия, готовит крупное нападение, создает тайные захоронения умертвий на землях соседних с Семикняжием земель, куда нет доступа охотникам на нечисть. Вот-вот должна разразиться гроза… Нет, вроде бы в этот год прошла стороной... Но слухи ходят... Мир продолжается, торговые караваны ходят с юга и на юг, послы империи утверждают в княжеских палатах, что намерения у императора только мирные… Но слухи ходят...

Наставник Канги, когда удавалось его разговорить, рассказывал много любопытных для мальчишечьих ушей историй про службу в разведке. Не о себе, правда, и не называя имен. О том, как ведьмобойцы ради того, чтобы уничтожить того или иного некроманта, пробирались в пески Гезеве, переодевались купцами в Ивартане и Дилинкваре, проникали даже ко двору императора Ваграмона, чтобы ни один черный маг не ушел от возмездия. Раэ слушал так же жадно, как и все. Теперь, подросши, понимал, что это были не просто истории о приключениях разведчиков. Где было бы Семикняжие, не уничтожай разведка некромантов, способных поднимать умертвия… Без черных магов некрополи оставались всего лишь нечистыми захоронениями , а не армиями, которые не просят не пить, ни не есть, ни отдохнуть...

Получается, что лич Эне, дремлющий в саркофаге, был на вес золота там, где некроманты были существенно прорежены. А казначей князя Авы Ретеваро Югью не просто колдун, но и еще, паскуда, служил врагам Семикняжия! Какая же досада, что лич его тогда не разорвал!

Тревожные размышления Раэ были прерваны хлопаньем крыльев и карканьем внизу. Вран здесь! Хорошо, что из-за густой кроны Раэ не видно не только с земли, но и с неба!

— Где моя шишига? — был первый вопрос, который ведьма задала фамилиару.

— Нет нигде! — каркнул тот.

— Плохо ты мне служишь. Не отправить ли тебя обратно во тьму?

— Нет! Я облетел всю твою Кнею! Пошли других слуг — и пусть они поищут так же хорошо, как я!

— А до этого что мне делать? Ты мне будешь шлепанцы вместо нее подавать, что ли?

— Мальчишку своего никчемного подр-ряди! Только на это он и пр-ригоден!

— Тебя не спросила!

— А ты меня спр-роси! Не быть ему магом!

— Это мы еще посмотрим…

— Он стр-рптивый!

— Этим вечером со мной он уже не был таким строптивым, — пропела Мурчин, — завтра утром поднимешь его и отведешь на занятия. Я буду занята. А ты следи, чтобы он учился. А сейчас… лети ищи шишигу!

— Да я уже не знаю, где искать!

— Ищи тебе, говорят, и не попадайся мне на глаза!

— Дай мне в помощь сильфов…

— Дам, так уж и быть, а то ты не справляешься…

Последние слова Мурчин проговорила зевнув. Раздался хлопок, полыхнуло зеленым. Ведьма раскрыла портал. Еще хлопок и зеленый свет, идущий снизу, исчез. Раэ вздрогнул от мысли, что уже сейчас Мурчин дома. Хорошо, если в собственных покоях. А если надумает сунуться к нему в спальню и обнаружит, что его там нет?

Сквозь листву Раэ проследил, как неуклюже ныряя в лунном свете, взлетел ворон. Зашумели внизу сильфы, прибирая навес с посудой. Вот и скамейка с шатром