Госпожа Туманова. Коллекция проклятий - Сандра Барро

Пока он продолжал распинаться о невыносимой бюрократии, задержках правительственной почты из Гатчины и собственной колоссальной ответственности, Саша неспешно подошёл к столу и принялся внимательно изучать разложенный ватман. Я тоже приблизилась и склонилась над бумагами плечом к плечу с женихом.

Рука Александра замерла над изогнутыми линиями фундамента Исаакия. Я подняла голову и увидела, как резко изменилось его лицо. Северский медленно перевёл взор куда-то в сторону.

Осторожно проследила за его взглядом. В дальнем углу кабинета, за неприметным конторским столиком ссутулился писарь. Невзрачный человек в потёртом вицмундире тихо перекладывал папки, стараясь слиться с мебелью. Ничего необычного, но стоя́щий рядом мужчина внезапно подобрался, словно гончая перед прыжком.

Мужская ладонь легла мне на талию, пальцы предостерегающе сжались, приказывая молчать.

— Впрочем, Арсений Николаевич, оставим эти скучные архитектурные изыскания вашим умникам, — нарочито скучающим тоном протянул Саша, резко отворачиваясь от стола. — Мы с невестой планировали сегодня посетить модистку на Невском, а матушка ждёт нас к обеду. Уверен, когда прибудет ответ от господина Победоносцева, вы блестяще справитесь с осмотром собора и без нашего скромного участия.

Соколов поперхнулся воздухом от столь возмутительной смены темы, но Северский учтиво, однако абсолютно непреклонно уже вёл меня к выходу.

Только оказавшись в закрытом экипаже, когда колёса застучали по мостовой, отдаляясь от здания управления, я дала волю возмущению.

— Почему ты ничего не сказал Соколову? — набросилась на него, едва дверца захлопнулась. — Ты ведь что-то увидел в тех бумагах, я же заметила!

Северский откинулся на бархатную спинку сиденья, потирая переносицу. Привычная маска светского разгильдяя исчезла без следа, уступив место мрачной сосредоточенности.

— Увидел, — глухо отозвался он. — Для непосвящённого это просто линии фундамента. Но я знаю, как возводили собор. На чертеже видна старая кладка времён Монферрана. Там обозначены технические помещения и проходы, которые позже заложили кирпичом и вычеркнули из новых планов. Обширные пространства, скрытые от посторонних глаз. Твоё чутьё не обмануло тебя, когда не уловило похищенных детей в самом Исаакии. Искать нужно глубоко под ним, в давно забытых каменных мешках.

— Но почему тогда мы ушли? Нужно было немедленно требовать...

— В Ведомстве крыса, Полина, — резко оборвал меня Саша. — Тот самый неприметный писарь в углу. От него за версту несло животным страхом и сладковатым ароматом мертвечины. Едва уловимый магический след вампиров. Низший упырь на службе. Они почти не обладают силой и могут неделями изображать обычных людей, если получают свою долю крови. Идеальные шпионы. Любое слово, сказанное в том кабинете, было бы передано врагу. Если бы мы указали на подвалы сейчас, к вечеру детей бы перепрятали или... избавились от них.

Внутри всё похолодело от этих слов. Экипаж свернул на проспект, плавно покачиваясь на рессорах.

— Сейчас отвезу тебя домой, — безапелляционно заявил Северский, глядя мне прямо в глаза. — Сам постараюсь по своим каналам вычислить, где до начала обряда могут укрываться Монтини и барон Ребсток. Мне нужно, не привлекая внимания, допросить этого писаря. К вечеру приеду за тобой.

— Мы пойдём туда вдвоём?

— Да. Пойдём сами, — подтвердил он, и в его голосе зазвенела сталь. — Но только тогда, когда я буду уверен, что нас не ждут с обнажёнными клинками на каждом повороте этих тоннелей. Сначала нужно понять, как попасть в эти подземелья, минуя главные входы. Соколов будет ждать приказа из Гатчины до самой смерти детей. У нас нет этого времени.

Глава 94

Остановка на Шпалерной принесла лишь кратковременную передышку. Саша поднялся на этаж вместе со мной, решительно отодвинув в сторону открывшего дверь Степана. Мужчина по-хозяйски прошёл в прихожую, совершенно игнорируя застывшую со щёткой в руках Маняшу. Быстрым цепким взглядом он осмотрел гостиную, заглянул в спальню и проверил надёжность оконных задвижек. Только убедившись, что в комнатах нет посторонних и мне ничего не угрожает, граф позволил себе остановиться.

Оказавшись снова рядом, Александр не стал тратить время на светские прощания. Сильные руки уверенно легли на талию, притягивая вплотную к крепкому телу. Губы накрыли мои в жадном собственническом поцелуе, от которого мгновенно сбилось дыхание.

— Запрись и никого не впускай, — выдохнул он, отстраняясь. — Скоро вернусь.

Хлопнула входная дверь, оставив после себя шлейф дорогого терпкого парфюма.

— Барышня Полина Андреевна! — горничная, наконец, отмерла, во все глаза глядя на меня. — Кто же это такой грозный?

С трудом восстанавливая дыхание, начала стягивать перчатки.

— Это мой жених, Маняша. Граф Северский.

Девушка так и замерла с приоткрытым ртом, а потом на её веснушчатом лице расплылась восхищённая улыбка.

— Так это в его доме вы сегодня ночевали! Евдокия Петровна мне записку показывала, что от самой графини прислали. Ах, как я рада за вас, барыня! Только как быстро всё завертелось у вас с этим господином... А свекровь ваша будущая, не ругачая? Добрая у него матушка? Наверное, добрая, раз сама для слуг посланием обеспокоилась. А свадьба-то скоро? Это что же деется... я теперь у самой графини служить буду?

Мне пришлось строго сдвинуть брови, останавливая эту восторженную тараторку и пряча невольную улыбку.

— Пока что ты служишь мне, Мария. Поэтому бери щётку и иди занимайся делами.

Горничная понятливо фыркнула и умчалась в коридор, довольно шурша юбками. Едва успела снять шляпку, как в гостиной появилась Евдокия. Экономка молча положила на столик стопку утренней почты. Внимание сразу привлёк плотный конверт, прибывший из Гатчины. Распечатав послание от Татьяны, быстро пробежалась взглядом по ровным строчкам.

«Дорогая Полина. Приветствую тебя и надеюсь, что в твоей жизни всё хорошо. У меня радостная новость: старший Вальмонт уничтожен. Но из источника, в верности которого у меня нет сомнений, я узнала имена тех, кто стоял за спиной маркиза: графиня Монтини и барон фон Ребсток. Эти люди не просто пособники, а продолжатели его кровавого дела. Полина, их замыслы чудовищны! Речь идёт о ритуале, для которого им нужна кровь невинных детей! Нечисть готова на всё ради открытия неких Врат! Умоляю тебя, проведи расследование, узнай, где они скрываются и как далеко зашли в своих изысканиях. Обязательно дай мне знать о каждом своём шаге. Мы не имеем права на ошибку, когда на кону жизни тех, кто не может себя защитить. Твоя Татьяна.».

Бумага мелко дрогнула в пальцах. Догадки обрели страшное подтверждение. Горькое чувство досады обожгло изнутри. Татьяна называла именно те имена, которые только что озвучил Соколов в управлении — Монтини и Ребсток. Но как же безнадёжно поздно пришло это письмо! Появись оно в моих руках на пару дней раньше, мы бы наверняка