Полуночный комендантский час - Пенелопа Дуглас

Уперев руки в боки, он спрашивает меня:

— Каков твой план?

— Я думал построить отель, — размышляю я, крепче сжимая руку Анны-Кэтрин. — Я мог бы владеть им почти единолично, по крайней мере, быть мажоритарным акционером.

Это значит, что большая часть моих доходов пойдет на покрытие накладных расходов, а остальное станет прибылью.

— Или я мог бы разбить землю на участки, — говорю я ему, — поработать с подрядчиками над проектированием домов на заказ, привлечь в общину людей покрупнее.

Его рука взметнулась в воздухе, обрушиваясь на мое лицо пощечиной. Моя голова резко отлетает в сторону, а по щеке разливается обжигающий огонь.

Я моргаю, чувствуя, как колотится сердце.

— Или я еще думал о том, чтобы устроить здесь природный заповедник.

Его рука опускается снова — сильнее, и теперь от жжения кажется, будто с меня содрали кожу.

— Птичий заказник. — Я сглатываю. — Пристанище для экологов и защитников природы.

Его грудь вздымается и опускается; отец редко когда бил меня раньше, но мне кажется, он готов убить меня прямо сейчас, если это поможет выбить из меня точное местонахождение.

Впрочем, сокровища это ему всё равно не вернет.

— Может, НАСА понадобится еще одна пусковая площадка. — Я снова поворачиваюсь к нему лицом, пожав плечами. — Правительственные контракты могут оказаться весьма прибыльными.

Его взгляд темнеет: он понимает, что я, скорее всего, лгу, но до конца не уверен. Вполне возможно, мне хватит желания отомстить за Анну-Кэтрин, чтобы сравнять Сент-Кармен с землей.

Мы смотрим друг на друга, и я замечаю, как он медленно моргает. Когда он открывает глаза, его взгляд устремлен на нее.

Я еще сильнее оттесняю ее за свою спину.

— Так, у нас люди на дорогах, — кричит Грейди, не сводя глаз с камер. — Кто на выезде?

— Чавес, — отзывается кто-то.

— И Маркиз.

Отец не отводит от меня глаз до тех пор, пока Грейди не подбегает к ним, затягивая ремень.

— Мы не можем продолжать сейчас, — поясняет он, переводя взгляд на нас обоих.

Буря свирепствует, и им нужно заняться делами общины. Мои мысли возвращаются к Далласу.

— Пожалуйста, идите домой, — говорит он нам. — Мы вернемся к этому разговору через пару дней.

Он и Таунсенд спешно покидают участок, а на губах отца мелькает легкая усмешка.

— Слышал, ты еще и школой надумал заняться? — бросает он.

Я сбиваюсь с шага, прищурившись и бросая взгляд на Фабра. Откуда ему было об этом знать?

Майло?

Разумеется, черт побери. Он же просто копия Гаррета Эймса в молодости.

— Тебе понадобятся банки для всех твоих грандиозных планов, — подмечает он, — потому что ты точно не потратишь и половины того, что у тебя есть, если ты и вправду так умен, как кажешься.

Я собираюсь инвестировать большую часть средств, так что да, на какое-то время мне понадобятся инвесторы.

— Советую тебе одуматься, — цедит он сквозь зубы, — потому что враг из меня куда худший, чем партнер. — Его взгляд падает на Анну-Кэтрин. — Твоя сестричка может рассказать, каким изобретательным я умею быть, когда мне действительно весело.

Я слышу щелчок за своей спиной, мое сердце падает в пятки, и я прижимаю ее к себе.

Он стремительно вылетает из участка, и я, игнорируя оставшегося за стойкой копа, резко разворачиваюсь и забираю нож из ее рук, заводя клинок обратно в ножны.

— Я не хочу идти домой, — произносит она.

Ее голос звучит тихо, но твердо и решительно.

Я защелкиваю карманный нож обратно на шлевку ее брюк.

— Мы не едем домой.

Рука об руку мы идем к моей машине. Пространство у бордюра, где стоял наш водитель, уже пусто. Барнс отвезет его домой. Никакие рестораны или бары сейчас не открыты, да и Фокс-Хилл, судя по всему, тоже переведен на комендантский час.

Проведя рукой по волосам, я сбрасываю дождевую воду и переключаю скорость на повышенную, вовсю пользуясь пустыми улицами и тем фактом, что копы сегодня ночью от нас, должно быть, смертельно устали.

— Каков план? — спрашивает Анна-Кэтрин.

Она сидит, развернувшись ко мне, и одной рукой держится за приборную панель.

Дождь хлещет по лобовому стеклу чертовой стеной.

— Мне нужно поговорить с бабушкой Клэй, — отвечаю я. — Что бы она ни сказала, в этом городе это закон.

Я не переживаю, что отец отыщет сокровища, но меня беспокоит, что он способен поднять сопротивление. У него были годы на то, чтобы обрасти связями.

Я никак не ожидал, что он вернется так рано. Чертов Майло.

— Я выложу ей свои аргументы сегодня же ночью, — сообщаю я ей. — Завтра спрячу сокровище в сейф и выгоню его из города, заручившись поддержкой хотя бы половины городского совета.

Старуха меня недолюбливает, но «Комнату Вулфа» она ненавидит еще сильнее. Если мы доверимся ей насчет Анны-Кэтрин, она поймет, что ему здесь делать нечего.

Съемочная группа Лив использовала ее дом, так что, скорее всего, она оттуда уехала, но теперь, когда всё закончено, могла и вернуться. Если нет — я позвоню ей.

В окне со стороны водителя вспыхивают яркие фары, и я успеваю заметить лишь то, как на мою дверь несется какой-то автомобиль. БМВ?

Я вжимаю педаль газа в пол и поднимаю руку, чтобы заслониться.

— Ложись! — кричу я сестре.

Машина ударяет нас в задний бампер, и мы идем юзом, пока я отчаянно пытаюсь совладать с рулем. Я бью по тормозам, и автомобиль скользит по дождевой воде, окончательно замирая посреди дороги. Какого черта?

Я хватаю Анну-Кэтрин за плечи, приподнимая ее голову.

— Ты в порядке?

Она открывает глаза, тяжело дыша, но ответить не успевает — на меня со всех сторон сыплются осколки разбитого стекла.

Сестра вскрикивает, и я вдавливаю наши головы вниз, впуская в салон завывание ветра вместе с потоками ливня.

Повернув голову, я вижу парня в черной лыжной маске, который дотягивается до внутренней ручки, чтобы отворить мою дверь.

Его