Полуночный комендантский час - Пенелопа Дуглас

Майло.

Похоже, обе руки я ему все-таки не сломал.

Он распахивает дверцу и наклоняется, скалясь сквозь прорези маски.

— Ну что за ночка, кусок дерьма!

Двое других окружают машину, оба в масках, но у одного видна борода, а второй заметно ниже ростом. Его родственнички, что ли? Уж точно не Джером и не Винсент.

— Идеально для маленькой мести, — выпаливает он. — И глянь-ка, ты привез мне десерт.

Его внимание переключается на Анну-Кэтрин, и я резко разворачиваюсь, вцепившись одной рукой в руль, а другой в подголовник, и со всего маху вгоняю обе ноги ему в чертову грудь.

Сукин сын. Нужно было все-таки сдать его полиции хоть за что-нибудь. Даже если бы мне пришлось выдумать причину.

Я пытаюсь снова завести двигатель, но дверцу со стороны Анны-Кэтрин распахивают, и ее выволакивают прямо под проливной дождь.

— Каллум! — кричит она.

— Да чтоб тебя! — я вылетаю из машины — двигатель все еще тихо урчит — и бегу ее выручать. Она сможет убежать в лес и добраться до дома.

Но кто-то прыгает мне на спину, впечатывая лицом в асфальт.

Я отталкиваюсь, поднимая глаза на сестру. Коротышка держит ее, пока бородатый рывком ставит меня на ноги, ухватив за локти изнутри и надежно фиксируя руки, в то время как Майло наносит сокрушительный удар мне в живот.

Горло затапливает желчью, и я напрягаю мышцы в ожидании следующего удара.

Он отступает на шаг.

— Пожалуй, сброшу тебя на его лужайку, — тяжело дыша, бросает он. — Пусть он тоже поразвлечется с местью.

Я делаю выпад, брякнув ботинком по его лицу, и наблюдаю, как его голова резко откидывается назад. Из носа брызжет кровь, а его дружок с силой швыряет меня на землю, вминая мое лицо в гравий. Майло бросается вперед, отводя ногу для удара, но я зачерпываю горсть мелких камней с грязью и швыряю ему прямо в глаза.

Он отдергивает голову, спотыкаясь назад, зажмурившись. Злобно рыча, он размазывает грязь по лицу, а его глаза слезятся и краснеют.

— Ты сломал мне руку! — рявкает он. — Я выбью тебе чертовы зубы!

Он снова бросается на меня, и я напрягаюсь, готовясь к удару, но кто-то перехватывает его. Я вижу, как Даллас вталкивает его в бок машины и с размаху захлопывает мою дверь прямо по здоровой руке Майло. Мой бывший приятель исступленно вопит, и вокруг разворачивается яростная схватка, в которой остальные налетают на них и начинают мутузить нападавших. Анна-Кэтрин падает на землю, а Арми наводит пистолет — значок висит у него на шее, поскольку он не при форме, — и тот, кто держал девушку, медленно поднимает руки вверх.

Даллас хватает Майло за воротник и бьет коленом в живот, а я вскакиваю на ноги и впечатываю плечо в живот бородатого. Тот валится на землю, отползает назад, после чего вскакивает на ноги и бросается наутек вниз по пологому склону, перепрыгивая через узкий канал и исчезая в кустах.

— Майло! — орет низкорослый, пятится назад и проверяет, остановит ли его Арми.

Майло отталкивает Далласа и дает деру, и оба они бросаются вслед за приятелем.

Дождь течет по моему лицу, кожа горит от царапин. Я провожу рукой по щеке, стряхивая мелкие камешки и пытаясь перевести дыхание.

Но Даллас поворачивается ко мне, и мои легкие мгновенно опустошаются при виде него.

Господи…

Его черные брюки блестят от дождевой воды, намертво облепив бедра, а капли стекают по груди и рельефу напряженного живота. Зеленые глаза едва проглядывают из-под промокших прядей волос, и в паху начинает растекаться жгучее тепло.

Черт.

Я резко перевожу взгляд на сестру, злясь на самого себя за то, что отвлекся, когда она была в опасности.

Она поднимается на ноги, и я бегло осматриваю ее — крови вроде бы нигде нет.

Я делаю шаг к передней части своей машины, заслоняя ее собой от Йегеров.

— Ты в порядке? — спрашиваю я ее.

Она кивает, а я убираю волосы назад со лба.

Машина Майло заглохла прямо за моим автомобилем, и я пытаюсь разглядеть, не помял ли он мне задний бампер. Мне нужно срочно убираться отсюда вместе с Анной-Кэтрин.

Но я сглатываю слюну, обводя взглядом Мейкона, Арми, Айрона, Трейса и Лив. Я моргаю дважды, чувствуя, как учащается сердцебиение. Мне стоило догадаться, что они рано или поздно придут за своей местью.

— Где наше барахло? — спрашивает Даллас.

Я тру ладони друг о друга, пытаясь смыть налипшую под дождем грязь.

— Не в полицейском участке.

— Где твоя охрана?

Сердце пропускает удар. К чему он это спрашивает?

Неужели он действительно причинит мне вред? Или того хуже?

Только не при Софии. Им ни к чему свидетели, а я единственный, кто знает, где спрятано сокровище.

Впрочем, я замираю, понимая, что ему может быть на это наплевать. Они привыкли выживать без всего и прошли через куда более худшие вещи, и он вполне готов пойти на всё, чтобы наконец избавиться от меня. Раз и навсегда.

Если ему не достанется сокровище, то хотя бы это он получит.

Подняв глаза, я смотрю на его братьев и сестер, застывших на заднем плане подобно мраморным колоннам, пока сам он чуть склоняет голову набок.

Он пришел за мной.

Они все здесь ради меня.

Я пытаюсь придать голосу твердость, но он звучит надломлено.

— Как думаешь, сколько боли я выдержу? — спрашиваю я. — Хочешь проверить?

Он уже растоптал мое сердце много лет назад. Теперь я выживу после чего угодно.

Он делает шаг ближе.

— Я не причиню тебе вреда.

— Идеальная ночка, — продолжаю я, оглядывая пустую дорогу, по которой только что ехал, — большинство домов на сезон вообще пустуют. Надо отдать вам должное. Комендантский час. Копы заняты. И ни одной камеры вокруг.

— Я не причиню тебе вреда, — повторяет он.

— Значит, я могу уйти?

— Нет.

Ублюдок.

Я бросаю взгляд на Анну-Кэтрин и вижу, что она уже вернулась