Прелесть для владыки, или Хозяйка приюта «Милая тварь» - Лина Алфеева

направилась к Аманде. Вроде как, чтобы поздравить со сдачей экзамена, но на самом деле мне хотелось выяснить, где она раздобыла перчатки из морозника. Точнее, как она нашла морозника во время линьки. Ведь, чтобы его шкура работала и стала уникальным артефактом, тварюшка должна была отдать часть себя добровольно.

И вопросы возникли не только у меня. К Аманде было просто не пробиться! Да я даже рассмотреть ее не могла из-за плотного кольца поступающих. Вздохнула и решила, что мы поговорим в следующий раз. Пока же мне нужно было придумать, как остаться в Агревуде.

— Эй, Рыжая! — настиг меня голос Эрна. — Ты разве не будешь смотреть, как я прохожу трассу?

— Зачем это мне? Я каллиграф, а не девочка из группы поддержки. Захочешь научиться писать — найдешь меня сам.

И я направилась прочь от полигона. За моей спиной восхитительно пыхтел недовольный Эрн Авердан.

Я не понимала смысл странного слогана на калитке заповедника, пока не три раза не вляпалась в прикрытое иллюзорными чарами то, что следовало убирать, а не маскировать. Теперь я знала, что твари здесь не голодают, а, покушав, гуляют, где им вздумается.

И это было странно.

Редкая волшебная тварь предпочитает справлять нужду на парадной дорожке, вымощенной белым камнем. Если закрыть глаза на эту особенность, то заповедник академии Агревуд производил приятное впечатление. Для начала это была магическая аномалия и среда, созданная для комфорта волшебных тварей. Парковый ландшафт, распадаясь на три, поддерживаемые магией, зоны. Крутой спуск слева вел в покрытое сизым туманом болотце, аккуратная парковая дорожка убегала вперед и терялась в густом еловом лесу, а справа жизнерадостно зеленел, покрытый пестрыми цветами луг. На границе аномалии, на развилке тропинок возвышалось огромное, увешанное деревянными табличками дерево.

Хм… А вот тощий, нескладный парень в темно-зелёной хламиде на оригинальное украшение никак не тянул.

— Рано для экскурсии! Приходи после зачисления! — рявкнул он, заметив меня.

Я же с трудом рассмотрела его долговязую фигуру, пристроившуюся на ветке невысокого липоцвета. Мой взгляд почему-то совершенно не желал сосредотачиваться на лице и стекал к начищенных до блеска ботинкам, болтающихся на уровне моего носа.

— Позже не смогу. Я не поступила.

— Пф! Теорию слету завалила? — живо, но без малейшего намека на злорадство спросил он.

— Ага. Зато узнала, что в академическом заповеднике не хватает свободных рук.

— Так что ты сразу не сказала, что по объявлению!

Парень рухнул с липоцвета на землю и замер мшистой горкой на фоне белоснежной дорожки.

— Эй! Ты живой? — я тронула его за плечо, прикидывая, где в Агревуде мог бы находиться в лазарет или хотя бы костоправ по вызову.

— Живой. Но слегка отбитый, — простонал ушибленный. — Никак не научусь подхватывать свои кости потоками воздуха.

— Так может, тебе лучше подхватывать себя внизу и поднимать ввысь?

— Пробовал. Тогда бьюсь головой о деревья. Наверное, воздушная стихия — все же не мое. Зато я маскируюсь отлично. Спорим, ты даже не знаешь, как я выгляжу?

— Как постоянный клиент костоправа.

— Гы… Угадала. Мне половина академии кости пересчитать мечтает.

— За что это?

— Так не даю нормально охотиться. Кстати, я Гвейн. — И парень протянул мне слегка размытую руку.

— Абриэль Райн. С позором провалившая вступительный экзамен.

— Почему это с позором? С первого раза простолюдины редко поступают. Я тут три года уже, и вот с третьей попытки взяли.

— Ты писал теорию вместе со всеми?

— Ага. Видел, как тебя вышибли. Наверное, случилось нечто непредвиденное? — многозначительно понизил голос Гвейн.

— Угу, — кратко бросила я. Мои проблемы с Эрном Аверданом были только моим делом. Трепать языком я не привыкла. — А второй экзамен ты как сдал?

— На максимум. А физподготовку мне автоматом зачли.

— Почему это?

— Наставники знают, как… я тут работаю, — туманно произнес Гвейн.

Я же вспомнила, что ему многие мечтают пересчитать кости, соотнесла с тем, что в заповедники обитают редкие существа, и поняла, что мы с Гвейном обязательно сработаемся!

— Идем, провожу тебя до Распределяющего дуба. Посмотришь на вакансии.

И Гвейн зашагал со мной по аллее, вещая о том, что без специальной подготовки в Агревуд поступить могут только аристократы, знакомые с требованиями. Только их богатым родителям под силу нанять нужных учителей, знающих все тонкости вступительного экзамена.

— Глубина резерва и уникальность дара — ничто, если нет базы. А ее и не может быть у того, кого учили чему-нибудь и как-нибудь, лишь бы одаренный не тронулся рассудком из-за нерастраченной магической энергии. Вот поэтому теоретический экзамен проводится сразу на вылет.

В какой-то степени Гвейн был прав. В герцогстве не было единых правил для обучения простолюдинов. Только право выбора: быстрая блокировка дара или учеба без гарантий, что из одаренного выйдет что-то путное. Многое спустя несколько лет соглашались на блокировку неуправляемого дара, который создавал чересчур много проблем в неволшебной жизни.

Толку от магии огня, если она может сжечь весь урожай и оставить семью без еды? Смысл биться над управлением потоками воздуха, если придется не вылезать из гипса?

— А как простолюдину получить эту базу знаний?

— Найти работу в Агревуде. И тут тебе очень повезло, потому что у Распределяющего дуба как раз созрел новый контракт!

Я думала, что Гвейн упоминает дуб иносказательно, потому что не жалует начальство и недальновидно обзывает его дубом, но парень в самом деле привел меня к высокому увешанному табличками дереву.

На центральной значилось “Полигон волшебных тварей Агревуда”, ниже располагалась карта заповедника, разделенная на те самые три аномалии, которые я приметила еще у входа. Зато другие таблички не отличались оригинальностью, каждое объявление начиналось с “Требуется!”.

В заповеднике не хватало не только рабочих рук, но и быстрых ног для обхода и охраны территории, и светлых голов для взаимодействия с замком. Иначе зачем приюту искать главного снабженца?

— Ничего себе! А я почему-то думала, что работать на магов престижно и выгодно.

— Только если ты сам маг. Остальных, как ты уже могла убедиться, эти снобы ни во что не ставят.

О да! Для них даже простолюдинка с даром оказалась чем-то вроде ошибки природы.

— А дипломированные маги почему не спешат здесь работать?

— Из-за местных порядков, — туманно ответил Гвейн.

— Подробнее не расскажешь?

— Неа.

— Переживаешь, что я испугаюсь и убегу, так и не заключив контракт?

— Абриэль,