Нежданная жена Стального Дракона. Том 2 - Светлана Рыжехвост

Кажется, он тоже решил, что корабль приплыл по нашу душу. Но кто? Кто это может быть?! У Льориса нет братьев, только…

Только отец, который слишком стар, чтобы зачать нового сына.

— Это отец Льориса,— проговорила я севшим голосом. — Это он.

Магнус всмотрелся в далекий корабль и с сомнением произнес:

— Не вижу особых опознавательных знаков.

Я невесело хмыкнула:

— Дело не в опознавательных знаках, Магнус. Просто… Просто в моей жизни на три части хорошего приходится семь частей ужасного. Сейчас, когда ты и я… Когда Гели почти преодолел свой первый оборот… Все было слишком хорошо. Все было слишком не так, как всегда.

Встав из-за стола, Магнус подошел ко мне и крепко обнял:

— Кто бы это ни был — я вас не отдам, понимаешь? Никому.

Глава 5

Я осталась на балконе. Магнус, тяжело вздохнув, принес мне бинокль.

— Почему ничего не происходит? — тоскливо спросила я. — Они встали на границе и чего-то ждут!

— Вероятно, они рассчитывают, что вы выйдем им навстречу,— Магнус облокотился на парапет. — Я отослал сообщение в магистрат, к кораблю никто не выйдет. Им придется самим сделать первый шаг. И так же я вызвал сюда детского целителя. Нам нужно знать, когда Гели станет человеком.

Отняв от лица бинокль, я тихо сказала:

— Ты тоже считаешь, что с ним не все в порядке? Вчера на правой лапке было четыре розовых пальчика, а сегодня три. Он ведь не может застрять, верно?

Магнус тяжело вздохнул и предложил дождаться целителя.

— Мрык! Мры?

— Я люблю тебя и буду любить любого,— сказала я дракончику,— но вас должно быть двое.

— Мры,— согласился малыш.

Он заскучал и принялся скакать со стула на пол и обратно. И опять. И снова.

Магнус сотворил для него несколько препятствий и красочных иллюзий. В любой другой день я была бы счастлива наблюдать за увлеченным драконенком, но…

Сейчас я сверлила взглядом лькаринский корабль и, клянусь, если бы можно было проклинать на расстоянии, то жалкая посудина сгорела бы не успев затонуть!

— А вот это уже хуже,— выдохнул внезапно Магнус. — Оставайтесь здесь и ни в коем случае не покидайте пределов замка!

— Что?!

Вот только он уже превратился и стальной махиной рванул к городу. Что он увидел?

Я вернула свой взгляд к кораблю и тут же поняла — Магнус увидел другого дракона! Ржаво-зеленая тварь медленно, по спирали, спускалась с небес.

— Он красуется.

Но хуже того, на крыльях дракона были краской нанесены знаки, известные всему миру. Драконий Совет. Разрозненные владыки Пиков объединились лишь ради войны с Лькариной, и вот сейчас представитель Совета приземляется на корабль тех, с кем должен воевать.

— Что ты мне уготовила, Крылатая сестра?

— Мры-а-у? — зевнул мой малыш.

И я, понимая, что бестолковое наблюдение не дает мне ничего, кроме ранней седины, подхватила сына на руки.

— Пойдем-ка, я уложу тебя на подушки.

Это, к слову, тоже меня тревожило. Малыш слишком много спал. Слишком. Он не становился человеком, но начал осмысленно поддерживать беседу. Он пытается есть нашу еду. Он… Он застрял.

А если мы не вернем его, то рано или поздно он потеряет разум и станет хищником. И тогда все тот же Совет прикажет нам разобраться с проблемой.

Прижав к себе упитанного дракошу, я медленно побрела сквозь дворцовые переходы. Встреченная по пути Раника попыталась было со мной заговорить, но я лишь покачала головой.

К тому моменту, как я дошла до дома, Гели уже спал. И не проснулся, пока я перекладывала его в подушки.

Заварив себе чай, я поднялась в мансарду. Документы приняли свой первозданный вид, но все слова и символы сливались воедино. Увы, в таком состоянии я совершенно не способна работать.

«Что Лькарина могла пообещать Драконьим Пикам? Или это были угрозы воевать до последнего дракона?», я сделала небольшой глоток, поморщилась и добавила пару ложек сахара.

— Почему мы вам так важны? — с тоской спросила я пустоту. — Зачем вам детская магия?

Было проведено столько исследований, ну нет ей никакого применения! Мне ведь предлагали вытянуть ритуалом мою спящую драконицу, но это не имело ни малейшего смысла. Она бы не проснулась, а просто растворилась в Нигде! И моя магия от этого не стала бы сильней. Все, что я могу получить, это дыру в магическом кружеве. Дыру, которую не зарастит ничто и никто.

Рядом со мной появилось облачко, точь-в-точь, как те посланники, которых присылали Магнусу:

— Мы выехали, Луми за рулем и это пугает.

Если мой дракон может шутить, значит ли это, что все в порядке? Что корабль прибыл по каким-то своим лькаринским надобностям и к нам с Гели это не имеет ни малейшего отношения?

Подхватившись на ноги, я засуетилась на кухне. Мыслить рационально не получалось, и я предпочла просто накрыть стол к чаю. Магнус натаскал в кладовые столько сладостей, что мы могли бы открыть собственную лавку!

За полчаса я успела заварить свежий чай, вскипятить огромный медный чайник и выставить на стол наши запасы.

Пусть только новости будут утешительными, пожалуйста. Пусть наша черная чешуя закончится и начнется белая, счастливая!

Оставив кухню, я прошла в гостиную и проверила Гели. Он так и не проснулся.

— Надеюсь, целитель тоже едет с вами, Магнус,— прошептала я.

Через пару минут мне стало стыдно — как я могла усомниться в моем драконе?! Первым из автокатона выполз бледно-зеленый мужчина в обычном дорожном костюме. Я слышала, как он на все лады костерил того, кто доверил женщине управление самодвижной повозкой.

Луми же, выскочившая наружу, лишь отмахнулась его недовольства:

— Ай, мы всего лишь чуть-чуть съехали с дороги! Катти!

Она тут же крепко меня обняла и, отстранившись, настороженно огляделась:

— А где малыш?

— Он не проснулся,— я с трудом сдержала истеричный всхлип.

Целитель тут же перестал разглаживать несуществующие заломы на своем костюме:

— Ведите!

Обеспокоенный Магнус проследовал в дом вместе со всеми. Правда, из гостиной нас тут же выставили:

— Не стойте над душой. Ребенок жив и он в надежных руках.

Магнус приобнял меня за плечи и увел на кухню. Луми последовала за нами. Усевшись за стол, я с искренним отвращением посмотрела на сладости. Но затем, переборов себя, предложила приготовить чай.

— Не полезет,— мрачно проговорила подруга. — Учитывая, как мне страшно,