Самая ценная особь - Алиса Линд

Голографический экран внутри корабля загорается, и появляется лицо старшего офицера военной полиции Ксора. Он смотрит прямо на меня, и в его взгляде нет ни тени сомнения.

— Командор Сайлос Артал Крейт, вы арестованы за дезертирство, саботаж и похищение. Открывайте люк.

16. Сайлос

Корабль полностью окружен и взят в плотное кольцо военных полицейских. Внешние люки заблокированы. Полиция уже приступила к штурму нашей консервной банки. Пока ломают внешнюю обшивку главного люка. Вскоре они ворвутся, чтобы арестовать меня и забрать Эйю. Я знаю это. И знаю, что у меня есть только один шанс все сделать правильно.

На мостике корабля стоит гробовая тишина, за исключением стучащих и скрипящих звуков со стороны люка. Его режут автогеном и, кажется, параллельно долбят тараном. Я смотрю на экран связи и набираю ксорианца, который единственный может сейчас помочь. Вскоре отвечает знакомый голос.

— Говори быстро, я занят, — бросает он резко. В свойственной ему манере.

— Канор, это Сайлос, — бросаю я, не теряя времени. — Мне нужна помощь.

В трубке пауза, затем вздох.

— Сайлос, сколько лет! — голос Канора смягчается, в нем звучит улыбка. — Я бы хотел сказать, что удивлён, но... с тех пор, как ты перевелся с Ксора, я ждал, что ты однажды позвонишь именно с этим. Что натворил?

— Я впервые с миротворческой миссией, — резко говорю. — Спас одно… существо. У меня на борту вымирающий вид. Единственная в своём роде. Эйя — представительница расы эйри, исчезнувшей миллиарды лет назад. Она чудом выжила, но её хотят превратить в товар. Ты понимаешь, что это значит?

Канор молчит. Это его защитный механизм, когда он переваривает информацию.

— Ты хочешь сказать, что у тебя на борту ожившая легенда? Какой-нибудь музей выкупит её за миллиарды!

— Нет. Я хочу сказать, что если мы не помешаем, её используют либо как лабораторную крысу, либо как инструмент войны. Я не могу этого допустить.

— И как это связано со мной? — наконец спрашивает он.

— Ты владеешь крупнейшим новостным каналом на Ксоре. Дай мне эфир. Пятнадцать минут. Я расскажу людям правду. Привлеку внимание к проблеме.

— Ты с ума сошёл? Ты понимаешь, что если я дам тебе слово, Совет сожрет меня с потрохами? — Он повышает голос, но я чувствую, что он борется с внутренними сомнениями.

— Если ты не дашь мне эфир, то это будет неважно. Меня отправят под трибунал, а она потеряется в лабиринте лабораторий. Но если ты поможешь, у тебя будет эксклюзив с взрывными рейтингами. Ты станешь тем, кто открыл миру последний шанс узнать об эйри.

Ещё несколько секунд молчания, которые тянутся бесконечно.

— Ладно. У тебя пятнадцать минут. Я устрою тебе «момент славы». Подключайся. Старт экстренного эфира через две минуты. Держись, Сайлос.

— Благодарю, Канор, — выдыхаю я и разрываю связь. Теперь у меня есть шанс. Мизерный, но шанс.

Ладони потеют от ощущения дикой давящей ответственности. Пятнадцать минут. Это всё, что у меня есть, чтобы рассказать историю, которая спасёт Эйю.

Эфир начинается. Камеры включаются, экран становится ярким. Я вижу своё изображение: уставшее лицо с кровью на подбородке, одежда в пятнах, но взгляд твёрдый.

— Это командор Сайлос Артал Крейт. Я обращаюсь ко всем, кто смотрит этот эфир. Вы, возможно, слышали обо мне. Прямо в эту минуту за мной уже идут вооружённые солдаты, которые собираются арестовать меня за нарушение приказа. Преступного приказа.

Я делаю паузу. Камера приближается. Каждый вдох даётся с трудом, но я продолжаю.

— На борту этого корабля находится существо, которое хотят уничтожить или использовать в своих целях. Её зовут Эйя, и она — последняя представительница расы эйри. Этой расы не существует миллиарды лет. Её выживание — чудо. Но вместо того, чтобы защищать её как научное сокровище, мое командование с колонии Ксор-219 попыталось сделать её объектом экспериментов. Товаром!

Прерываюсь, слыша, что люк с грохотом вываливается наружу, и на нижней палубе стучат ботинки. Топот проникает в уши и отвлекает. Солдаты вот-вот ворвутся.

— Я не могу этого допустить. Я не прошу помощи для себя. Меня могут арестовать. Могут убить. Но если вы позволите им забрать Эйю, это будет конец для неё и крах демократии Ксора. Только вы можете остановить это. Только вы можете потребовать справедливости.

Резак наконец прорезает люк, и внутрь врывается отряд военной полиции. Я оборачиваюсь на шум, но продолжаю говорить.

— Они пришли за мной. Сейчас они арестуют меня. Возможно, меня больше никто не увидит. Но вы можете не дать им забрать её. Это ваша возможность защитить её. Пожалуйста, давайте вместе не позволим преступникам в командовании уничтожить последнюю представительницу вымершей расы!

На экране за моей спиной видны полицейские, которые тащат за собой слабо вырывающуюся Эйю. Она с сожалением смотрит на меня. Двое полицейских направляют на меня оружие. Эйю тоже втаскивают на мостик прямо под объектив камеры. Её красивое лицо искажается паникой, но она смотрит на меня. Я улыбаюсь ей, чтобы успокоить. Все будет хорошо. Я верю в ксорианский народ!

— Это конец для меня, но не для неё. Люди, ксорианцы, вы все… вы все можете изменить это, — напоследок произношу в камеру. — Сделайте то, что правильно.

Главный офицер грубым ударом разбивает камеру.

— Командор Сайлос Артал Крейт, вы арестованы! — чеканит он. — На колени! Руки за голову!

Эйя что-то причитает, но я не слышу слов.

— Вы ошибаетесь, офицерю — Я подчиняюсь, чтобы не провоцировать выстрел и продолжаю с невозмутимой улыбкой. — Прямо сейчас вам поступит приказ опустить оружие.

— Ты пойдешь под трибунал, отступник! — едко выплевывает полицейский рядом.

И в этот момент из рации главного офицера раздаётся голос…

17. Эйя

Меня выволакивают из каюты так грубо, что я едва не падаю. Холодные наручники обхватывают запястья, остро впиваясь в кожу. Солдаты молча тянут меня по коридору. Я не сопротивляюсь. Бесполезно. Всё, что я могу сделать, — это шагать, чтобы не упасть и не дать им лишний повод обращаться со мной ещё хуже.

На мостике я вижу Сайлоса. Он смотрит в объектив камеры и говорит громко и четко:

— Но вы можете не дать им забрать её. Это ваша возможность защитить её. Пожалуйста, давайте вместе не позволим преступникам в командовании уничтожить последнюю представительницу вымершей расы!

Его слова попадают в самое сердце. Горло сжимается, а слёзы подступают к глазам. Он поставил всё на карту. Свободу, честь, даже свою жизнь, чтобы спасти меня. И делает это так, будто сам себе подписал приговор.

Я замечаю офицера с