Фиктивная мама и ничего личного - Анна Бигси

Я сжимаю челюсть, которая норовит упасть и пробить пол. Когда она успела, так узнать Лину? Вероника даже не попыталась…

— Я просто… я не хочу, чтобы ты чувствовала себя ненужной здесь. Это не так, я…

— Все нормально, — Альбина качает головой. — Я просто жду. Иногда это сложнее, чем действовать, но в этом случае, мне кажется, правильно. Не дави на нее, пожалуйста.

Я смотрю на нее. Маленькая, хрупкая, и при этом, как железная. Такая спокойная. Ни капли жалости к себе, ни претензии. Только внутренняя сила.

— Хорошо, — выдыхаю я. — Ты права.

— Спасибо, что услышал, — она улыбается и проходит к лестнице.

Медленно спускается, а я чувствую, как в груди становится немного легче. Будто кто-то снял с меня часть тяжести. Альбина будто знает не только, как вести себя с моей дочерью. Но и как обращаться со мной. Мягко, но точно. Без давления. И это почему-то странно ценно.

В офисе сообщают, что Вероника хочет встретиться. Я сразу понимаю, зачем. Она не умеет проигрывать. А сейчас проигрывает и это злит ее до белого каления. Но я готов. Эмоционально, юридически, стратегически. У нее больше нет власти надо мной.

Когда она входит в кабинет, на ее лице уже написана ярость.

— Ты действительно женишься на официантке? — без приветствия, без церемоний. Голос стальной, глаза сверкают.

Я не встаю. Смотрю спокойно, сдержанно. Без раздражения. Без интереса. Все, что между нами было, давно мертво.

— Это не твое дело.

— У тебя ребенок, Дим. Имя. Наследство! — Она машет рукой, будто перечисляет пункты обвинительного приговора. — Ты собираешься доверить все это женщине, которую едва знаешь?

— Я доверяю ей больше, чем тебе, — отвечаю холодно. — Потому что она никогда не врала мне в глаза.

— А ты уверен, что она не врет? — Вероника сдавленно смеется. — Думаешь, она не знает, кого выбрала? Богатый вдовец, ребенок, имущество, оформленное на несовершеннолетнюю. Это золото. Для таких, как она.

— Смешно слышать это от тебя, — говорю жестко. — Альбина не такая. И если ты пришла плести интриги, можешь разворачиваться прямо сейчас.

Она делает шаг вперед, и в ее глазах звериная решимость.

Вероника все понимает. Если я женюсь, у нее почти не останется шансов получить опеку. Суд увидит стабильную семью. Мать, отец, ребенок.

— Ты делаешь это специально. Чтобы вычеркнуть меня из жизни Лины?

— Я делаю это, чтобы защитить Лину от тебя. Ты не мать, Вероника. Никогда ею не была.

Ее лицо искажается, рот сжимается в тонкую злую линию.

— Думаешь, это конец? Что я отступлюсь? Я сражаюсь за то, что принадлежит мне.

— Лина не принадлежит тебе. Это моя дочь.

— Посмотрим, кто победит, — бросает она с презрением.

— Мы уже видим, кто проигрывает, — парирую я.

Она хлопает дверью так, что стекла дрожат. Но я не вздрагиваю. Не чувствую ни страха, ни злости. Только решимость. Холодную, крепкую, стальную. Я все делаю правильно. Ради Лины. Ради нашей семьи. Даже если она пока еще — фиктивная.

Вечером встречаемся с Алексеем и Игнатом. Как в старые добрые времена: баня, парилка, пиво и неспешные разговоры. Мы сидим на деревянных скамейках, пар клубится вокруг, воздух плотный и горячий, как сами воспоминания, которые будто проснулись вместе с паром.

— Ты в последнее время какой-то другой, — первым замечает Игнат, лениво вытирая пот со лба. — Даже тише стал.

— Заметно, — поддерживает Алексей. — Обычно ты по пять звонков в час делаешь, а тут — тишина. Что, любовь, Дмитрий?

Я усмехаюсь, откидываясь на стену. Не хочется врать, но и говорить прямо пока рано.

— Не любовь. Но… появилась женщина, которая изменила многое.

— Это Альбина? — уточняет Игнат, чуть прищурившись. — Помню, как ты на нее пялился в кафе.

— Да. Она какая-то неземная. Настоящая. Без масок. И мне рядом с ней тоже становится… хорошо.

Алексей хмыкает:

— Серьезно? Ты? Тихий и домашний? Кто бы мог подумать. Но ты, кстати, выглядишь лучше. Спокойнее. Не как обычно загнанный волк.

Я улыбаюсь. От души.

— Ярослава говорила, что Альбина ей нравилась. Умная, добрая. Даже немного наивная. Но, может, в этом и сила.

Мы молчим немного, прислушиваясь к треску камней. Я решаю, что пора.

— В субботу хочу устроить ужин. Приходите. С женами. С детьми. Хочу, чтобы вы с ней познакомились.

Алексей усмехается:

— Прям знакомство с родителями.

— Почти, — ухмыляюсь в ответ. — Только вы не родители. Но близкие. Хочу, чтобы вы были рядом.

Игнат сдержанно кивает:

— Мы придем. И ты прав, она запала тебе в душу. Видно по тебе.

Я молча благодарю взглядом. Потому что действительно хочется, чтобы они стали частью моего нового этапа. Хоть и фиктивного. Но, черт побери… кажется, он становится слишком настоящим.

Уложив дочку, я неслышно вхожу на кухню. Свет приглушенный. Альбина стоит у раковины в светлом атласном халате. Он ниже колен, но чуть приоткрыт у шеи, спадает с плеча. Волосы ее собраны небрежно. Вся она, как картина. Домашняя. Живая. Моя?

Я подхожу ближе. Обнимаю ее за талию. Легко. Почти случайно и забираю из ее рук тарелку. Альбина вздрагивает, но не отстраняется. Да и некуда. Впереди раковина, за спиной я.

— Что ты делаешь? — шепчет она испуганно.

— Помогаю тебе, — отвечаю, и сам слышу, как охрип голос.

Невозмутимо смываю пену с тарелки и часто дышу.

Альбина дрожит, как птичка, пойманная в клетку. Я чувствую, как учащается ее дыхание. Ее волосы щекочут мне подбородок, и я еле сдерживаюсь, чтобы не коснуться губами ее шеи. Внутри все пылает.

— Зачем? — выдыхает она.

А у меня есть для нее два ответа. Один настоящий, но его я не могу озвучить. А другой, просто не хочу. Ложь здесь не уместна. Поэтому просто меняю тему.

— В субботу к нам придут мои друзья. С женами. Некоторые из них тебе знакомы…

— Хорошо…

— Для них наши отношения — настоящие, — шепчу ей на ухо, и вижу, как по коже пробегают мурашки. Какая же она отзывчивая. Я почти не касаюсь…

— Я поняла… — ее голос дрожит.

Втягиваю воздух. Она пахнет цветами и чем-то теплым, будоражащим. Этот аромат проникает в меня и наполняет до краев. Делаю шаг назад. Разворачиваюсь и ухожу в спальню. Не оглядываюсь. Потому что, если останусь еще хоть секунду, все сгорит к чертям собачьим. И маски слетят. А я не уверен, что она к этому готова.

И, пожалуй, я сам тоже.

Глава 15

Альбина

Сегодня в доме пахнет жареным мясом, пряностями и свежим тестом. С