Фиктивная мама и ничего личного - Анна Бигси

Так и выходит. Машина чистая, водитель вежлив. А я сижу, смотрю в окно, сжимая ладони до побелевших костяшек. Еду в чужой дом. К чужим людям. На сделку. Добровольно. Но будто иду по тонкому льду. Но на душе, как ни странно, нет страха. Только странное волнение в груди.

Квартира Дмитрия именно такая, как я представляю. Просторная, строгая, сдержанная. Панорамные окна, стекло, металл, дерево. Почти хирургическая чистота. Ни одной лишней детали. Его пространство продуманное, уверенное. Как он сам. А детские вещи, лежащие в разных местах, разбавляют серость и добавляют уюта.

Когда Дмитрий нас представляет, Лина смотрит на меня насупившись. Маленькая копия отца, с недетским взглядом. Пытаюсь улыбнуться. Она кивает, но не говорит ни слова. Уходит по лестнице вверх. Я чувствую себя неуместной. Даже Артем встречает меня теплее.

Поздоровался, вручил папку с бумагами и указал, где я могу разместиться.

— Все согласно договоренностям. Прочтите внимательно. Если что — внесем правки.

Мы садимся за стол. Дмитрий напротив. Его взгляд внимательный, но не давит. Просто наблюдает. Я читаю. Перелистываю. Перед глазами пелена, но я все равно заставляю себя прочитать. Артем комментирует каждый пункт, подробно рассказывает, что и как.

— После развода эта сумма поступит на ваш счет, — заключает Артем. — Если правок нет, можно подписывать.

— Подождите, — растерянно хлопаю ресницами. — Какая еще сумма? Мы так не договаривались.

Дмитрий вопросительно изгибает бровь.

— Вы уже все мне заплатили. Это ошибка, исправьте.

— Альбина, — голос Дмитрия звучит мягко. — Это не ошибка, а подарок.

Не понимаю, о чем он. Не соображаю так быстро.

— За твою отзывчивость, я хочу дать тебе возможность начать новую жизнь. Думаю, деньги будут не лишними.

— Я так не могу, — бормочу я и нервно кусаю губы. — Это уже проституция…

— Не говори глупости, — усмехается он. — Это всего лишь благодарность за выполненную работу. Ни больше, ни меньше.

— Но…

— Альбина, не спорь, — его взгляд тяжелеет. — Все равно будет, как я сказал. Подписывай договор.

Вздыхаю и ставлю подпись. Все прозрачно. Все понятно. Сделка. Без подвоха.

— Хочешь немного поиграть с Линой? — спрашивает Дмитрий. — Просто, чтобы познакомиться. Она не сразу идет на контакт, но ты ей понравишься. Наверное.

«Наверное». Слово, звучащее как «на авось». Но я соглашаюсь. Мы с Линой немного играем. Я стараюсь. Она — держится. Наблюдает. Не доверяет. Не грубит. Просто замкнута и не общительна.

А потом… меня выключает. Мгновенно, словно кто-то выключает тумблер. Проваливаюсь. Просыпаюсь уже под вечер. В комнате. Одна.

Комната уютная, несмотря на холодный стиль квартиры. Плед, кресло у окна, теплый свет. Пахнет кофе. Возможно, комната Дмитрий. Я не знаю. Сердце сжимается. Я на чужой территории. Без опоры. Без правил.

Выбираюсь из комнаты и спускаюсь по лестнице. Слышатся голоса, я иду к ним.

— Папа, я не хочу, чтобы она здесь оставалась, — доносится детский голос. — Нам вдвоем хорошо. Никто нам не нужен.

— Потерпи немного. Дай Альбине шанс. Она тебе понравится, вот увидишь

— Не хочу, — Лина упрямо топает ногой.

Я замираю. Это не про чувства. Мы договорились. Все честно. Но внутри остается осадок. Как будто вторглась туда, где меня не ждали.

Дмитрий замечает меня. Улыбается:

— Не хотел тебя будить. Ты крепко спали.

Я натягиваю улыбку:

— Спасибо. Но я, пожалуй, поеду. Мне нужно в больницу.

Он хмурится:

— Я думал вместе поужинаем. Мы с Линой готовили. Да, Лина?

— Нет, — бурчит она, глядя в пол.

Я киваю:

— Все равно спасибо. Лучше мне уйти.

— Лина, подожди меня в своей комнате, — говорит Дмитрий твердо. Девочка уходит, нехотя.

Он подходит ко мне ближе. Я напрягаюсь, но не отступаю.

— Не обижайся на нее. Она ребенок. Просто… замкнутая. Ей не хватает материнской любви.

Я смотрю на него и нервно сглатываю. Вроде все понимаю, но этого мало.

— А с чего вы взяли, что у меня она есть?

— Чувствую, — Он улыбается. Мягко и искренне. — Перестань мне уже выкать.

Глава 13

Альбина

Прошла неделя. Семь длинных, выматывающих дней, в течение которых моя жизнь сделала такой поворот, что я до сих пор не до конца осознала, что происходит. Дмитрий дал мне паузу — время, чтобы разобраться, собрать вещи, закрыть долги перед собой и другими. Он не настаивал, не торопил. Лишь сказал тихо, сдержанно, но твердо: «Собери все, что хочешь взять с собой. Остальное — оставь.»

Эти слова резонировали во мне, словно не о вещах шла речь, а о прошлой жизни, которую нужно было оставить за порогом. А я не уверена, что готова.

Я уволилась. Вышла на последнюю смену в кафе. Девочки подмигивали, кто-то откровенно завидовал, кто-то пожелал удачи. Управляющая фыркнула: «Ишь, нашлась выгодная партия». Я не ответила. Просто молча сняла фартук, сложила вдвое и оставила на стойке. Все. Глава закрыта.

С матерью все сложнее. Я пыталась говорить, но каждый раз она либо язвила, либо замыкалась в себе. Только когда увидела документы на реабилитацию Алены, немного смягчилась. Все же, здоровье младшей дочери ее слабое место. Я сказала, что переезжаю. Она промолчала. Не одобряет, не верит, не понимает. Но спорить устала. А я тем более.

С Дмитрием мы встречаемся каждый день. Иногда днем, иногда вечером. Он забирает меня на машине, мы едем в разные места: кафе, парки, небольшие рестораны, где никто не знает нас. Едим, разговариваем, иногда просто молчим. Это немного странно. Похоже на свидания. Только без флирта, без прикосновений, без обещаний. Как в кино. Хотя, наверное, так и получается. Наши отношения всего лишь проект. Реалити-шоу.

— Нам нужно, чтобы выглядело правдоподобно, — сказал он однажды. — Судьи смотрят на фотографии, анализируют маршруты. Если мы якобы пара — должны вести себя как пара.

Я кивнула. Внутри пробежал холодок. Я не актриса. Но стараюсь. Улыбаюсь. Слушаю и запоминаю детали. Какой он пьет кофе, не любит острое, как чуть морщит лоб, когда устал.

Он тоже много спрашивает. Про Алену, про учебу, про детство. Никогда слишком личное, но достаточно, чтобы я чувствовала, что ему не все равно. Или хотя бы он умеет делать вид, что не все равно.

Каждый раз я возвращаюсь домой с мешаниной в голове. Ложусь в кровать и думала: «Что ты делаешь, Альбина? Ты уверена?»

Нет. Не уверена. Но выхода все равно нет. А если уж прыгать в бездну, то с открытыми глазами.

Завтра я переезжаю к нему. И кажется, уже поздно все отменить. А сегодня нас ждут в ЗАГСе.

Заявление мы подаем как счастливая пара. Дмитрий держит меня за руку уверенно, надежно,