Пленница Повелителя песков - Елена Княжинская

– Возьми, – я протянула ей деньги, – купи что-нибудь себе и ребенку.

Женщина поймала мою руку и поцеловала тыльную сторону ладони. Никогда еще прежде я не испытывала такого стыда, как в это мгновение.

– Да благословят тебя духи, джаным.

– Пусть и к тебе они будут милостивы, – ответила ей и сделала знак своей спутнице.

Мы поспешили покинуть храм и отправились на базар.

– Ты бледна, джаным. Может, вернемся?

– Нет, – ответила ей, – я должна увидеть больше.

– Здесь ты увидишь только тех, кто способен о себе позаботиться. Если хочешь узнать, как живут простые люди, я покажу тебе. Но пообещай, что не станешь гневаться.

– На что? Это мы не заботимся о подданных. Если кому и гневаться, то им.

– На те слова, которые можешь услышать, – ответила Валия, – не все готовы терпеть, как те старики.

Что-то в ее словах заставило меня насторожиться. Только бы не начался бунт, мелькнула в голове мысль. Недовольные всегда были, но в такие периоды, как сейчас, когда мы в осаде, а будущее подернуто дымкой, они чаще поднимали головы, чем в мирные времена.

Мы свернули в сторону, плутали узкими улочками, на которых я прежде не бывала. Чем дольше шли, тем меньше видели людей. Те, что попадались нам на пути, глядели недоверчиво, даже зло, будто винили меня в своих бедах.

Наконец, мы остановились около одного из домов. Сложенный из красно-желтого песчаника, с плоской крышей и облупившейся деревянной дверью, он мало отличался от соседних жилищ. Валия трижды постучала, прислушалась, вошла первой. Я последовала за ней. Тревога и любопытство боролись во мне. Вместе с ними крепло ощущение того, за порогом меня ждет открытие, после которого моя жизнь не будет прежней.

– Валия! – не скрывая радости, воскликнул молодой мужчина. Заметил меня и добавил сдержаннее:

– Кто с тобой?

– Не сердись, Азиз. Мы пришли с миром. Прошу, расскажи ей то, о чем говорил мне позавчера.

Мужчина, судя по одежде, стражник, согласился не сразу. Моей служанке пришлось не раз попросить его, прежде чем он снова сел и предложил нам располагаться. Валия ненадолго оставила нас одних. Скрылась в другой комнате, вернулась оттуда с подносом. В простые глиняные чашки разлила какой-то напиток, что пах цветами и травами.

– Я не стану спрашивать твое имя, джаным, – произнес Азиз. – Если Валия верит тебе, то у меня нет причин сомневаться. Я не открою тебе тайну, но ничего хорошего не скажу. В городе несколько складов с зерном. Один из них, тот, что у западных ворот, считай, пуст. Мыши погрызли пшеницу, изгадили просо.

– Цены выросли в десять раз, – вступила в разговор Валия. – На базаре за меру муки просят десять дирхамов.

– За эти деньги можно купить три мешка и получить сдачу, – произнесла, не веря своим ушам.

Или пару дорогих покрывал, расшитых золотыми нитями, подумала я, но не озвучила мысли вслух. Я слушала рассказ о том, как несчастные люди пошли к наместнику, но путь им преградили воины и заставили повернуть обратно. Самые отчаянные решили взять приступом другой склад, но еле унесли ноги. Нескольких из них, признанных зачинщиками, казнили в тот же день.

– Нет, не может быть! В тот день приносили жертву духам. Я видела своими глазами.

– В тот день, – произнес Азиз, – в костер бросали не только баранов. Пока на площади жгли животных, на другом конце города предавали огню тела тех, кто решил требовать справедливости, и тех, кто, не дождавшись ее, умер от голода.

– Наместник не мог… Он, наверно, не знал о том, что происходит.

– Джаным, он лично отдал приказ. Я стоял на страже в тот день и многое видел. Вместо того чтобы повести нас в бой, попытаться сделать хоть что-то, наместник затыкает рты недовольным.

– Тише! – шикнула на него Валия. – Думай, что говоришь!

– Лучше умереть с высоко поднятой головой, чем жить в ожидании смерти. Я устал молчать.

– Благодарю, Азиз, – я встала и поклонилась ему. – Мир твоему дому.

Вновь закутавшись в покрывало, я вышла на улицу. Мне было душно внутри, но и здесь, на воздухе не стало легче. Я задыхалась от злости. Мучилась бессилием. Думала, что мне тяжело, но сегодня увидела жизнь такой, какой не могла представить в самом страшном сне.

Дорогой мы молчали. Только когда подошли к дворцу, я спросила:

– Кто он тебе? В его доме ты вела себя как хозяйка.

– Он мое солнце и моя луна, – ответила Валия. Робко улыбнулась. Преобразилась, будто светилась изнутри. – Мы откладываем каждый дирхам, но однажды я и правда войду в дом Азиза хозяйкой.

– Вы собираете деньги на свадьбу?

– Нет, джаным, – улыбка Валии погасла. – Когда накопим достаточно, любимый сможет выкупить меня из рабства.

Я вошла во дворец, не смея поднять глаза. Как слепа я была, как ничтожна моя душа.

Глава 10

Я взбежала вверх по ступеням, не таясь, забыв об осторожности. Мысленно я все еще оставалась там, в бедном доме Азиза, который копил деньги, чтобы выкупить любимую из рабства. Видела нищих у подножия храма, несчастную женщину, вынужденную просить милостыню. Я ненавидела Повелителя песка, который своим появлением разрушил столько жизней, но еще больше вопросов у меня было к отцу. Как мог он допустить подобную несправедливость? Почему не защитил своих подданных?

Наместник перестал выдавать нуждающимся муку и фрукты едва ли не с первого дня, значит, знал, что осада будет долгой. Несмотря на угрозу голода, принес в жертву баранов и целый мешок зерна. Слуги весь день готовили пищу, когда отец ждал одного из сыновей Фазри. Что стало с той едой, одним духам известно. Я не видела и не слышала, чтобы ее раздавали, как бывало раньше во время праздников. Хуже всего то, что он даже не пытался договориться о мире. На что только надеялся? Чего ради затеял этот бунт?

Стоило только подумать об этом, как в памяти всплыли слова Азиза о казненных горожанах, вся вина которых была в том, что боролись за жизнь.

Я могла бы и дальше притворяться, будто ничего не знаю, но больше не желала закрывать глаза на беззаконие, которое творилось в Рудрабаде и за его пределами. Слишком долго я