Лилия и ее наемник - Акила Торн

Он открыл дверь еще до того, как мы успели постучать, и втянул нас внутрь. Они с Райкером обнялись так, что это больше походило на борцовский поединок, а затем переключили внимание на меня.

Ройал протянул руку. На его лице играла кривая полуулыбка.

— Должно быть, ты — тот самый магнит для неприятностей. Лилия, верно?

— Это я. — Я с благоговением пожала его руку. Он был так похож на Райкера, даже голос был таким же. Единственная разница, которую я заметила — татуировка на правой руке. — Прости, что испортила спокойную пенсию твоего брата.

Ройал фыркнул.

— Ему повезло, что я не отправил его в монастырь.

Райкер рассказал о том, что произошло в хижине, и Ройал лишь покачал головой.

— Медведи и убийцы. Ты никогда не делаешь ничего наполовину, да, братишка?

У меня перехватило дыхание.

— Подожди-ка. Ты сказал «убийцы»?! Во множественном числе? — С моих губ сорвался нервный смех, граничащий с истерикой. — Я воспитательница детского сада, ради всего святого. ЗАЧЕМ кому-то моя смерть?

Ройал посмотрел на меня, затем снова на брата.

— Ходят слухи, что ты нужна в качестве наживки.

Я моргнула.

— Наживки?

Лицо Ройала немного смягчилось.

— У тебя ведь есть сестра?

Я кивнула.

— Мия. Но я не видела ее лет с трех.

— Неважно. Деклан связался со мной и сказал, что Мэтисон охотится за тобой из-за Мии. Они замешаны в чем-то крупном, на правительственном уровне. И она вышла из-под контроля. Он хочет выкурить Мию и вернуть ее на свою сторону.

Мои руки дрожали.

— Ты хочешь сказать, что я... пешка в какой-то больной извращенной игре?!

Райкер пододвинул мне стул, усадив меня прежде, чем у меня подогнулись колени. Он присел на корточки передо мной.

— Этого не случится, — сказал он. — Мы остановим их до того, как зайдет слишком далеко.

Он встал и перевел взгляд на маркерную доску в углу, усеянную фотографиями, картами и кусками красной нити.

— Какой план?

Ройал указал на фотографии.

— Команда Мэтисона прибыла в Ванкувер вчера. Они используют доки на восточной стороне для переброски своих людей. Камеры наблюдения засекли три разных лица, все бывшие военные. Никого из местных.

Ройал наклонился ближе, его тон стал сугубо деловым.

— Тебе придется нам довериться. — Он посмотрел на Райкера, и впервые я увидела нечто большее, чем просто братские подколки. Преданность и какую-то разновидность страха.

— Ты мне доверяешь? — Голос Райкера был таким тихим, таким серьезным, что мне показалось, будто весь мир встал на паузу, ожидая моего ответа.

Я посмотрела на него, потом на Ройала, потом на хаотичную россыпь улик и планов на доске. Возможно, я все еще была той же напуганной девчонкой из хижины. Но в тот момент сформировалась новая версия меня — достаточно смелая, чтобы сказать:

— Да. Я доверяю тебе.

Даже если больше всего меня пугало то, насколько это было правдой.

Ройал ухмыльнулся, затем протянул мне одноразовый телефон и черное худи из коробки с надписью «Маскировка».

— Добро пожаловать в команду, — сказал он.

Райкер сжал мое плечо, задержав руку всего на секунду.

— Мы обеспечим твою безопасность, — пообещал он, и вопреки здравому смыслу я почти поверила ему.

Снаружи подступала ночь, полная возможностей. И мы втроем стали новой семьей: из тех, что бегут навстречу неприятностям, а не от них. Готовы мы или нет, мы шли на войну.

∞∞∞

В ту первую ночь я почти не спала. Райкер мерил шагами склад, проверяя двери и устанавливая небольшие мины-ловушки для тех, кто решит соригинальничать. Ройал сидел у окна, высматривая свет фар. В этой тишине я начала задаваться вопросом, та ли я самая женщина, что на прошлой неделе стояла в классе и беспокоилась о конкурсах по правописанию и клеевых карандашах.

Интересно, Мия вообще помнит меня? Я думала о ней — таинственной тени, которую я любила, хоть и не помнила, как она выглядит. Той, что исчезла, когда умерла наша мама. Если я — наживка, значит ли это, что она — ловушка? Пуля или мишень? Я не могла решить, и от этого неведения сердце колотилось так громко, что я бы не удивилась, если бы они это услышали.

Должно быть, в какой-то момент я все же провалилась в сон, потому что проснулась от того, что чья-то рука мягко трясла меня за плечо, а Райкер шепнул мне на ухо:

— Пора выдвигаться.

Ройал уже был на ногах и грузил сумки через черный ход. Мейбл сидела застегнутая в переноске, неодобрительно моргая на меня своими зелеными глазами в ответ на весь этот бардак.

Рука Райкера зависла у моей поясницы, когда мы запрыгнули в побитый седан и быстро поехали по боковому переулку с выключенными фарами.

— Они знают, где мы, — сказал он Ройалу. — Откуда?

Ройал не отрывал взгляда от дороги.

— Без понятия. Единственное, что приходит в голову — они могли жучок на фургон повесить. Поэтому я и угнал эту колымагу, — сказал он, хлопнув по приборной панели.

Скулы Райкера напряглись.

— Они близко?

— В пределах десяти минут. — Ройал посмотрел на меня в зеркало заднего вида. — Готова побыть приманкой, Лилия?

Я должна была замешкаться. Но я кивнула, сглотнув ком в горле.

— Давай сделаем это.

Глава 11

Райкер

В ту ночь я был приманкой, стоя рядом с ней в тусклом бетонном чреве парковки под закрытым продуктовым магазином. Наш план был до идиотизма прост: мы с ней ошивались внизу как подсадные утки, пока Ройал держал позицию этажом выше, готовый снять любого, кто подойдет слишком близко.

Головорезы Мэтисона двигались как призраки — слишком четко, слишком быстро, всегда на два шага впереди. Мы не прошли и половины пандуса, как внутрь плавно въехал черный фургон, отрезав наш единственный выход.

— Ох, черт, — прошипела она позади меня, и я вжал нас обоих в опорную колонну.

Первый выстрел разорвал ночную тишину треском таким громким, словно у самой вселенной сломалась кость. С потолка посыпалась бетонная пыль.

Я схватил ее за руку, отсчитывая на пальцах: три. Мелькнуло движение наверху. Два. Еще выстрел — этот оцарапал ей щеку, оставив жгучий рубец. Один...

Я толкнул ее вниз, пряча за собой, и рванул из укрытия. Я врезался в стрелка на ходу, с диким ревом впечатав его в бетонный пол. Переплетение конечностей, удары кулаков. Крики удивления и боли эхом разнеслись по лестничной клетке. Затем я выкрутился, тяжело дыша, и оказался сверху. Его лицо было маской из гнева и крови.

— Кто тебя послал? — прорычал я