Его опасная наложница - Злата Алексеевна Ионова

Повозка остановилась.

Дверца распахнулась, и в лицо ударил сырой, болотный ветер. Ирис вышла наружу и замерла.

Она стояла на границе между землями. Вокруг простиралось мрачное болото — серое, с чахлыми деревьями и чёрной водой, покрытой ряской. А перед ней, на небольшом возвышении, стоял Дворец Грёз.

Он был огромным, но неопрятным. Стены из серого камня покрыты трещинами и мхом. Окна — тёмные, как провалы. Крыша частично обвалилась, и из некоторых дырок торчали голые балки. Вокруг дворец был окружён чахлым парком, больше похожим на кладбище.

Сундук с вещами выбросили на землю. Повозка тут же развернулась и уехала, даже не дожидаясь, пока слуги заберут вещи. Кучер хлестал лошадей так, будто его преследовали демоны.

Рядом с Ирис стояли две служанки — молодые девушки, которых она видела всего пару раз. Обе дрожали, прижимаясь друг к другу. Их лица были бледными, глаза влажными от слёз.

— Да что с вами происходит? — спросила Ирис, поворачиваясь к ним.

— Вы же потеряли память и не помните, — всхлипнула одна из них. — Но этот дворец мало того, что на болоте, так ещё и напичкан призраками!

— Нас отправили в проклятый дом! — прошептала вторая, и её голос сорвался.

Ирис смотрела на них, потом перевела взгляд на дворец. И в этот момент она почувствовала это.

Пневма.

Она исходила из стен, из земли, из самого воздуха вокруг. Тьма просачивалась сквозь камни, витала в сыром воздухе, касалась кожи. Это была та самая тьма, которую она знала — та, что она побеждала в прошлой жизни. Та, что убила её.

Но в груди зажглась другая сила. Ядро маны, слабое, почти угасшее, вдруг вспыхнуло. Оно откликнулось на присутствие Пневмы, как старый боевой конь, услышавший звук битвы.

Ирис улыбнулась. Впервые за всё время, что она провела в этом теле, она почувствовала себя живой.

— Призраки? — переспросила она. — Проклятый дом?

Она повернулась к служанкам, и в её глазах вспыхнул ледяной свет.

— Я справлюсь с этим. Как и в прошлый раз.

Она подхватила свой сундук с земли и направилась к дворцу. Двери были приоткрыты, и оттуда тянуло холодом и плесенью.

Ирис шагнула внутрь. Пневма обступила её со всех сторон, тёмная и живая, но она чувствовала только азарт.

«Ты думала, что победила меня, — мысленно обратилась она к тьме. — Но я вернулась. И я снова смету тебя».

Она вошла в тёмный холл, и за спиной захлопнулась дверь.

Глава 14. Очищение

Ирис начала с малого.

В первый день она решила очистить входную зону. Тьма здесь была густой, липкой, она обволакивала стены и пол, просачивалась сквозь трещины в камне. Ирис встала в центре холла, закрыла глаза и потянулась к своему ядру маны. Слабая искра отозвалась, и она начала чертить руками круги, собирая энергию, вытягивая из воздуха частицы света.

Пневма сопротивлялась. Тьма шипела, сворачивалась в клубки, пыталась укусить её за руки, но Ирис не отступала. Она помнила, как делала это в прошлой жизни — когда была Хранительницей, когда очищала целые земли от этой скверны. Тело было слабее, маны меньше, но дух оставался прежним.

К вечеру первого дня входная зона была чиста. Камни перестали источать холод, воздух стал легче, и даже тусклый свет, просачивающийся сквозь грязные окна, казался теплее.

Она очистила две спальные комнаты — те, что находились на втором этаже и были в наименее плачевном состоянии. На большее у неё не хватило сил. Тело всё ещё не привыкло к ощущению маны, но тренировки давали свои плоды. Она уже могла сделать так много, хотя в прошлой жизни это заняло бы у неё всего пару часов.

— Теперь ваша очередь, — сказала она служанкам, вытирая пот со лба. — Уберитесь в комнатах, постелите чистое бельё. А после приступите к отмыванию зала.

Служанки переглянулись, но перечить не стали. Они взяли вёдра, тряпки и принялись за работу. Ирис смотрела на них, чувствуя, как усталость наваливается на плечи.

— Я пойду спать, — сказала она и направилась в одну из очищенных комнат.

Она рухнула на кровать, даже не раздеваясь, и провалилась в глубокий, тяжёлый сон.

На второй день она взялась за большой зал. Он был огромен — с высокими сводами, разбитыми витражами и колоннами, покрытыми паутиной. Здесь Пневма была сильнее, она клубилась в углах, пряталась в тенях. Ирис потратила три дня, чтобы очистить этот зал. К концу третьего дня она упала без сил на холодный пол, чувствуя, как дрожит каждая мышца.

— Госпожа! — служанки подбежали к ней, помогая подняться. — Вы себя губите!

— Ничего, — выдохнула Ирис. — Я в порядке. Просто... нужно привыкнуть.

Месяц во Дворце Грёз пролетел незаметно. Каждый день был заполнен трудом.

Ирис вставала на рассвете и начинала очищение. Она двигалась от комнаты к комнате, от зала к залу, выжигая Пневму из стен, полов, потолков. Тьма сопротивлялась, но с каждым днём её становилось всё меньше. Ирис чувствовала, как её ядро маны крепнет, как тело привыкает к нагрузкам. Она уже могла очищать целые коридоры без отдыха.

После недели таких нагрузок она поняла что ее ядро свободное. Не заметив при очищении помещения, ее ядро само отвергло из тела тьму. Вечерами у нее оставались силы и на отдых для себя. А черные мешки под глазами перестали быть такими явными.

Но была одна проблема — еда.

Еду им практически не отправляли. Раз в неделю приезжала повозка с небольшим мешком крупы и парой чёрствых хлебов. Этого не хватало даже на пару дней.

— Госпожа, мы умрём с голоду, — хныкала одна из служанок, когда закончилась последняя крупа.

Ирис смотрела на пустую кладовую и чувствовала, как внутри закипает злость. Королева хотела не просто наказать её — она хотела сломить. Оставить без еды, без надежды, в проклятом доме на болоте.

Но Ирис Валькур не была наложницей, которую можно сломать.

— Не умрёте, — сказала она твёрдо. — Я знаю, как выжить в лесу.