Двор Опалённых Сердец - Элис Нокс

Он сглотнул, и я увидела, как его руки сжались в кулаки.

– Двор был на грани хаоса. Летние земли без короля – это приглашение для врагов. Я… я сделал то, что должен был сделать. Надел твоё лицо, чтобы дать двору время. Чтобы найти тебя.

Оберон смотрел на него с нечитаемым выражением.

– Как благородно с твоей стороны, – его голос был ровным, слишком ровным. – Носить мою корону. Сидеть на моём троне. Править моим двором.

– Я не хотел! – брат шагнул вперёд, в его голосе прорвалось отчаяние. – Я ненавидел каждую секунду этого! Ты думаешь, мне нравилось изображать тебя? Принимать решения за тебя? Спать в твоих покоях, слушать советников, которые сравнивали каждое моё действие с тем, что сделал бы ты?

Он провёл рукой по лицу, и я увидела, как на глазах блеснули слёзы.

– Я делал это, чтобы спасти двор. Чтобы дать королеве-матери надежду. Чтобы… – его голос сорвался. – Чтобы ты мог вернуться домой, когда мы тебя найдём. Но теперь…

Его взгляд скользнул по смертному телу Оберона, по округлым ушам, по отсутствию ауры магии.

– Что они с тобой сделали? – прошептал он.

Тишина повисла тяжёлая и давящая.

Оберон стоял неподвижно, его лицо оставалось маской, но я видела – чувствовала через метку – как внутри него бушевала буря. Гнев. Боль. Что-то похожее на облегчение, смешанное с горечью.

– Вы правильно заметили. Кто-то наложил на меня Печати, истязал и выбросил за Границу. В смертной земле.

Зал ахнул. Советники заговорили все разом, их голоса сливались в единый шум возмущения.

Оберон поднял руку, и все замолчали. Даже без магии его присутствие заставляло подчиняться.

– Я не знаю, кто это сделал, – его голос был твёрдым. – Но я вернулся. И я намерен вернуть то, что принадлежит мне по праву.

Его взгляд метнулся к брату, затем скользнул по залу, останавливаясь на мгновение на каждом лице.

– Созовите совет, – приказал он. – Немедленно. Мне нужны ответы. Мне нужны имена. И мне нужен способ снять Печати.

Советники закивали, бросаясь выполнять распоряжения. Стражники выпрямились. Придворные зашептались между собой с благоговением и страхом.

Брат облегчённо выдохнул.

– Я рад, что ты вернулся, – сказал он тихо. – Что бы ты обо мне ни думал, брат – я рад.

Оберон молчал мгновение, затем кивнул – едва заметно, но это было признанием.

– Проследи за матерью, – сказал он устало.

– Конечно, – брат поклонился и отошёл, давая распоряжения слугам.

А Оберон остался стоять в центре зала, окружённый своим двором, своими людьми, своим миром.

Метка пульсировала на запястье – тупая, ноющая боль, которая отдавалась где-то в груди. Я не знала, было ли это эхо его эмоций или моих собственных.

– Полагаю, тебе здесь больше нечего делать, смертная, – протянул Алистор, наблюдая за мной с любопытством хищника, изучающего интересную добычу.

Я сжала челюсти.

– Иди к чёрту.

– Уже был, – он усмехнулся. – Скучновато. Предпочитаю наблюдать, как другие туда попадают.

Он кивнул в сторону Оберона, который в окружении советников направлялся к выходу из зала. Его шаги были уверенными, спина прямой. Король, возвращающийся к своим обязанностям.

– Он вернулся домой, Кейт, – Алистор произнёс моё имя с насмешливой нежностью. – К своему трону, своей короне, своему миру. А ты… ты всего лишь попутчица, которая сослужила службу.

– Я знаю, – выдавила я сквозь зубы.

– Знаешь? – он наклонил голову. – Тогда почему стоишь здесь и смотришь на него так, будто он только что вырвал твоё сердце?

Я не ответила.

Потому что он был прав.

Оберон исчез за дверями, окружённый придворными, советниками, стражей. Зал постепенно пустел – фейри расходились, обсуждая невероятное возвращение короля.

А я стояла посреди опустевшего Солнечного зала и чувствовала, как что-то внутри медленно раскалывается на части.

Это правильно, – снова повторила я себе. Это то, ради чего мы сюда пришли. Он должен быть здесь. Это его мир.

Но почему тогда мне казалось, что я только что потеряла что-то невероятно важное?

Метка на запястье вспыхнула, и через неё прокатилась волна – резкая, болезненная, полная такого же отчаяния, что и моё собственное.

Кейт.

Его голос в голове был тихим, надломленным.

Подожди.

Я замерла.

Сердце ударило так сильно, что заболело в груди.

Просто… подожди. Пожалуйста.

И тогда я поняла.

Он чувствовал то же самое.

***Я стояла в пустеющем зале, сжимая кулаки так сильно, что ногти впивались в ладони.

Подожди, – эхом отдавалось в голове его слово. Подожди.

Но ждать где? Здесь, среди мраморных колонн и равнодушных взглядов оставшихся придворных? Среди фейри, которые смотрели на меня как на любопытную диковинку – смертную девчонку, каким-то чудом оказавшуюся в сердце Летнего Двора?

Алистор всё ещё стоял рядом, наблюдая за происходящим с фирменной усмешкой.

– Ну что, – протянул он, – полагаю, представление окончено. Твой спутник вернулся к делам государственной важности, а ты…

Он замолчал, когда к нам приблизилась фейри.

Женщина была одета в простое, но элегантное платье цвета слоновой кости – явно прислуга, но из высокопоставленных. Тёмные волосы были аккуратно убраны, лицо спокойным и вежливым.

– Госпожа, – она склонилась в лёгком поклоне передо мной. – Его Величество Король Оберон просил проводить вас в гостевые покои. Если соизволите следовать за мной.

Алистор изобразил удивление, приложив руку к груди.

– Ой! – его голос был полон притворного изумления. – А я-то думал, он совсем забыл о тебе. Моя ошибочка.

Насмешка в его тоне была очевидной, но я не дала ему удовольствия видеть мою реакцию.

– Спасибо, – кивнула я женщине, игнорируя Алистора. – Веди.

Прислуга развернулась, и я последовала за ней, чувствуя на себе весёлый взгляд Короля Света.

Мы шли по запутанным коридорам дворца – мимо залов с фресками, изображающими битвы и пиры древних времён, мимо садов, где росли цветы размером с мою голову, переливающиеся всеми оттенками золота и меди. Фонтаны из живого света били струями, рассыпаясь радужными брызгами. Всё здесь дышало магией, роскошью, вечностью.

Я ничего не запоминала. Всё плыло перед глазами как в тумане.

Метка пульсировала. Тупая, ноющая боль, которая напоминала о том, что где-то в этих стенах Оберон вёл переговоры, отвечал на вопросы, возвращался к роли, которую не играл три месяца.

Короля.

А я шла по чужому дворцу, следуя за