Антагонизм - Натали Ният

можем купить побольше еды для нас. Мне повезло: хозяин нашего ларька разрешает нам брать зарплату каждый день, то есть отработала смену, передала товар сменщице, а учёт мы ведём каждый день, если всё нормально, недостачи нет, смело бери заработанное. Только надобно записать, конечно, минус зарплата за смену в общую сумму. Моя сменщица — женщина постарше, мы с ней хорошо сработались, доверяем друг другу. Она если и химичит что-то, делает это так, чтобы не страдало общее дело. Поэтому у меня нет к ней никаких претензий.

Насчет ее химичества. Ну, например, вафельный стаканчик мороженого стоит два рубля, а тот же стаканчик с изюмом — два рубля пятьдесят копеек. Моя сменщица покупает на рынке грамм двести изюма и втыкает его по три-четыре штучки в стаканчик, в обычный стаканчик по два рубля, а продает, соответственно, по два пятьдесят. Вот и навар. Еще есть такие клиенты, которые могут оставить сдачу, пусть даже немного, но все же за смену набегает. И пьяные. Хоть моя сменщица и может их обмануть, но сильно не наглеет, так, чтобы незаметно было. Они же покупают в основном по многу: водку, шоколадку, сигареты, пакет, жвачки, орешки какие-нибудь, газировку. Она и сама им предлагает: «Мол, это возьмите, такое вкусное». Они и берут. Подсчитав итог, к общей сумме она запросто может приплюсовать два-три рубля. Даже если они и потом обратят на это внимание, вряд ли придут разбираться. Скорее махнут рукой.

По окончании смены я всегда захожу на рынок или в магазин, покупаю хлеб и майонез — это стабильно, и еще чего-нибудь могу прихватить. Затем направляюсь домой. Хлеб с майонезом — это довольно вкусно и сытно, мы едим его со сладким чаем. Не скажу, что моя зарплата большая, и я могу себе позволить покупать колбасу, сыр и еще какие-нибудь деликатесы. Но все же питаться мы стали лучше. Остальные деньги отдаю маме. Только проработав три месяца, позволила купить себе теплый длинный свитер, потому что в ларьке стало холодно, и я боялась заболеть. Ведь когда открываешь зимой форточку-окошко, сразу налетает сквозняк, бррр.

Глава 92

Глава 92

Мою нынешнюю работу в ларьке я получила с помощью напарницы, с которой сейчас работаю. Я довольно неплохо знала ее: она наша соседка по дому, живет в соседнем подъезде. Мы здоровались друг с другом, иногда перекидывались парой слов, всегда улыбались при встрече.

И вот как-то мы с ней разговорились, я сказала, что вряд ли поступлю куда-то после школы, а скорее всего буду подыскивать работу. И вот совершенно неожиданно она и заявляет мне в тот момент: «А что, если тебе пойти к нам?» У ее работодателя, хозяина этого ларька, в котором она работала, еще два таких же в Светлом. И все продавщицы поэтому знают друг друга, иногда отмечают вместе праздники, дни рождения. Не так основательно, конечно: собираются в ларьке, именинница угощает, сооружает нехитрую закуску. Но это я уже узнала потом. А на тот момент у нее как раз ушла сменщица, и им просто позарез была нужна новая продавщица.

— Я была бы рада, — ответила ей, — только у меня нет опыта в этом деле.

— Ничего, это не так сложно, я тебе все покажу.

Мама сначала была категорически против моей новой работы.

— Нет, работать по ночам — это ужасно! Неизвестно, чем они там занимаются!

— Мамочка, но ты же знаешь Валю? Разве она посоветовала бы мне плохое? И я смогу помогать тебе, всем нам. Там зарплату выдают каждый день. Пожалуйста.

Затем мама поговорила обо всем с папой. Я даже не поняла, как он отреагировал. Последнее время мы мало с ним общаемся. После того как я окончила школу, а прошло еще очень мало времени (были экзамены, потом аттестат), я и не думала затягивать с этим вопросом. Но еще до того, как прозвенел последний звонок, он начал выговаривать и маме, и мне.

— Тунеядка! Вот увидишь, никчемное существо, что зовется нашей дочерью, ни хрена не добьется в этой жизни. Нахлебница, только и будет жрать да срать. На большее она не способна.

Но, справедливости ради, надо сказать, что в принципе он всегда так отзывался обо мне. Просто с окончанием школы он стал говорить так чаще, каждый день, несколько раз на дню.

Мне думается, что папа благосклонно отнесся к тому моменту, в моей новой работе, что я теперь буду получать зарплату. А раз так, то стану помогать маме, значит, он сможет откладывать еще больше со своей зарплаты. Но была и еще одна причина, на мой взгляд: папе хотелось посмотреть, как я опозорюсь.

— Вот я посмеюсь над этой идиоткой, когда она сделает недостачу! Вот я посмеюсь! Если надеется, что я буду платить за эту корову, пусть не рассчитывает! Пусть разбирается сама! Всю жизнь в математике дура дурой, пусть ее там как следует обдурят. Пусть опозорится на всю округу!

Не очень-то это весело, когда родители не верят в твой успех, и, более того, всячески предвкушают твое падение. Но мне было все равно. В любом случае, деваться мне некуда.

На работе было спокойно. Хоть там постоянно надо было вертеться как белка в колесе, я справлялась. И притом наплыв покупателей был цикличный: в основном это с утра и после работы. А в дневные и вечерние часы было поспокойнее. Можно было и перекусить, и даже немного почитать. Покупатели быстро привыкли ко мне, многие из них приходили каждый день. Порядком было и выпивох, эти приходили за спиртным. Ларек работал круглосуточно, поэтому постучать в окошко и попросить бутылку могли и среди ночи. Но таких было немного. По ночам мне удавалось немного вздремнуть.

Некоторые парни и мужчины не прочь были познакомиться со мной поближе, я относилась к этому спокойно, старалась переводить все в шутку. Но даже те ребята, которые были настроены с самого начала, ну, скажем, борзо, что ли, со временем стали относиться по-доброму.

Бывали, правда, и нехорошие моменты. Однажды ночью, когда у меня попросили водку в долг, а я отказала, двое мужчин разбили витрину и забрали товар: две пачки сигарет, одну шоколадку и банку пива. Стоило ради этого так поступать? Я знала этих мужчин, они не соображали даже толком в тот момент, были сильно пьяные. И когда я стала ругать их и выговаривать своё недовольство, они пробурчали:

— Сами знаем, как поступать, — и отправились восвояси.

Но далеко им уйти не удалось, потому что рядом с