Призрак под толщей вод - Эмилия Джей

Сэмвелл тем временем решительно направился к самому разговорчивому из них, которого он заочно счел капитаном. Его ледяной, непоколебимый взгляд был прикован к цели, когда он ловко уклонился от дикого, размашистого удара чужой абордажной сабли. Одним стремительным движением Сэмвелл перехватил запястье пирата и резко вывернул его назад, заставив того с болезненным хрипом выпустить оружие из рук. Тут же подскочивший Томми силой пихнул мужчину на колени и намертво связал его руки за спиной.

После этого Атлас заставил тени плотно обвить рты пленников, сооружая из них надежные кляпы и разом заглушая все их крики, проклятия и гневные ответы.

Один за другим матросы «Ночного Призрака» были связаны и обездвижены. Их выстроили в ряд у самого входа в пещеру, из которой они только что вышли. Пираты отчаянно вырывались и мысленно проклинали всё на свете, но тени лишь сильнее стягивали путы, намертво удерживая пленников, пока люди Атласа заканчивали заковывать последних из них в кандалы.

— Достаточно, любовь моя, — негромко произнес Атлас.

Эловинн опустила руку и сняла свои иллюзии. Пираты судорожно и шумно задышали через кляпы, ошалело моргая и щурясь в попытках избавиться от остатков жутких видений. Однако их взгляд быстро сфокусировался на Атласе и его гвардейцах, а лица исказились от лютой ярости.

Теневая хватка Атласа слегка ослабла, давая пиратам возможность перевести дух.

— Вы явились сюда с кем-то еще. Однако сейчас его среди вас нет. Так вот, если вы не горите желанием отправиться в кандалах прямиком на виселицу Лефирина, советую начать сотрудничать, — он сделал паузу, его кулаки по бокам мелко дрожали. — Где Дрэвин?! Где мой брат?

Тот самый дерзкий пират встретил его взгляд с леденящей яростью в глазах:

— Его больше нет с нами.

Сердце Атласа пропустило удар: он не понимал, имел ли этот человек в виду, что они убили его, или же Дрэвину удалось сбежать. Он резко обнажил меч и уперся острием в грудь мужчины.

— И почему же, грязная скотина? — его губа брезгливо дернулась.

Пират нагло подмигнул ему:

— Полегче, принц. Если уж собираешься со мной заигрывать, то для начала хотя бы узнал бы мое имя. Меня, кстати, зовут Джек. Очень приятно познакомиться с тобой и твоей маленькой сучкой-мозгоправкой.

Атлас наотмашь ударил его за эту выходку, а из-за его спины донесся удовлетворенный смешок Эловинн.

— Мне плевать, как тебя зовут. Ты здесь явно за главного, раз уж Сайрус гниет в одной из моих камер. Говори, где мой брат, или я выпотрошу тебя прямо здесь. Мне доложили, что его выманила какая-то девка. Её я среди вас тоже не наблюдаю.

Команда пиратов разразилась злыми, глухими смешками, словно всё сказанное принцем было отличной шуткой.

Атлас сделал шаг вперед, и его голос прозвучал тихо и смертоносно:

— Вы посреди ночи похитили сына короля и всерьез думаете, будто я поверю вашим сказкам о том, что он просто испарился? Думаете, я приму на веру слово какого-то морского отребья?

— Ну, как ни крути, приятель, других зацепок у тебя всё равно нет, — вызывающе бросил Джек.

Атлас сильнее вдавил острие клинка в его плоть. Челюсть Джека дернулась, он сморщил нос, когда по его груди покатилась бусина крови, мгновенно окрасив рубаху.

— Боги, прекратите! — взревел тот самый эльф, что стоял дальше по цепочке пленников. Все взгляды тут же устремились на него. — В той пещере что-то произошло — что-то, к чему никто из нас не был готов. Они оба сгинули!

— Ривен! — яростно рыкнул на него Джек.

— Что значит «что-то произошло»?! — лицо Атласа исказилось от ужаса. Эловинн тут же подскочила к нему и крепко переплела свои пальцы с его.

Пираты неспокойно зашевелились, косясь на зев пещеры так, словно он мог поглотить их целиком. И тогда заговорил Джек, в чьем голосе отчетливо сквозило раздражение из-за несдержанности Ривена:

— Твоего брата взяли как разменную монету для переговоров с твоим отцом.

У Атласа в голове помутилось от этих слов. Его отец знал об этом? Вступил в переговоры?

— Наш капитан, Эсмира Блэквуд, похитила твоего драгоценного, управляющего огнем придурка-братца, планируя обменять его на Сайруса, — продолжил Джек.

Тогда подал голос Сэмвелл.

— И вы всерьез рассчитываете, что мы поверим, будто наш король лично отдал жизнь своего сына, второго наследника престола, в руки самых грозных пиратов во всем Римелле?

Джек нагло хмыкнул:

— Ну, честно говоря, мы и сами такого не ожидали, — он снова перевел всё внимание на Атласа. — Когда она предложила обменять жизнь нашего капитана на жизнь твоего брата, ваш король выдвинул совсем другое условие. Ему нужны были доказательства существования Мэриниса и всех тех богатств, что покоятся на океанском дне.

Стоило пирату произнести «Мэринис», как Атлас мгновенно понял: тот говорит правду. Откуда морским разбойникам знать, что его отец одержим этой идеей уже много лет? Что он месяцами отсылал Дрэвина на бесконечные поиски этого затерянного королевства?

— Чтобы доказать, что ему можно верить и что с Сайрусом ничего не случится, он сам велел нам забрать Дрэвина. Если бы кто-то из них пострадал, сделка аннулировалась. Эсмира должна была вернуть и Дрэвина, и свидетельства существования Мэриниса в обмен на Сайруса.

Атлас с трудом сглотнул, его ноздри гневно раздулись от глубокого отвращения к собственному родителю, который в очередной раз предал родную кровь.

— Так как же они оба сгинули?

— Они просто испарились, — ответил за него Ривен, отчего Джек лишь раздраженно закатил глаза.

Гнев Атласа перерос в тяжелое, подозрительную хмурость:

— Испарились?

— В пещере случился обвал, и они сорвались вниз, — глухо произнес Джек, и в его голосе прорезалась неподдельная боль, словно он сам оплакивал эту утрату. Атласу это показалось странным: пиратам обычно плевать на всех, кроме самих себя.

— В этой пещере творится какая-то чертовщина, — продолжил Джек. — И когда свод начал рушиться нам на головы, Феникс столкнул Эсмиру с обрыва, но она утянула его за собой. В один миг они были там, а в следующий — их поглотили тени.

Обвал. Существовал огромный риск, что Дрэвин мертв.

Атлас мысленно уже обезглавил стоящего перед ним наглеца прямо здесь и сейчас, но Эловинн вовремя положила ладонь ему на плечо.

— Выслушай его, — тихо прошептала она. — Я не чувствую лжи.

Он и сам её не чувствовал, отчего слышать всё это было еще невыносимее.

— Какая-то завеса теперь служит барьером между нами и тем местом, куда они упали, — продолжил Джек. — Мы перепробовали всё, чтобы пробиться, но эта штука словно живая. Её не взять ни клинком, ни порохом, ни любой известной магией. Там сокрыта сила — и,