Психо-Стая - Ленор Роузвуд

Но тут мимо моего уха со свистом проносится лезвие, вращаясь в воздухе, и с убийственной точностью вонзается прямо между глаз охранника. Тот падает без звука, его выстрел уходит в молоко.

Я резко оборачиваюсь и вижу Айви: её глаза широко распахнуты от легкого удивления. Она стоит, вытянув руку в идеальном завершающем жесте броска.

Оставшиеся гвардейцы быстро ложатся под подавляющим огнем Виски и моими клинками. Когда последнее тело падает на пол, в коридоре воцаряется тишина.

— Хорошая техника, — говорю я Айви, не в силах скрыть гордость в голосе.

— А ты от нас кое-что скрывала, дикая кошка, — Виски одобрительно присвистывает, перезаряжая винтовку. — Спасла мою задницу.

— Спасибо, — отвечает она с легкой ухмылкой.

Я иду забрать её нож у павшего охранника, вытираю его дочиста и возвращаю ей. Наши пальцы соприкасаются, и даже через перчатки я чувствую тепло её кожи.

Я вижу, как глаза Виски загораются тем самым азартным блеском, который я слишком хорошо знаю, когда мы встаем перед дверями залов Совета. Он ждал этого момента.

— Позвольте мне, — говорит он, отходя назад для разбега.

Прежде чем я успеваю возразить, он несется вперед, как бык, и врезается плечом в массивные двойные двери. Они влетают внутрь с громоподобным треском, которому позавидовали бы его подрывные заряды.

Четверо охранников внутри реагируют мгновенно, но Виски быстрее. Его винтовка выплевывает четыре точных выстрела один за другим. Гвардейцы падают там, где стояли, их тела с глухим стуком ударяются о мраморный пол.

— Всем стоять, блять, не двигаться! — ревет Виски, направляя винтовку на кучку членов Совета, сбившихся вместе, как испуганные овцы.

Я быстро пробегаю взглядом по их лицам, замечая среди них Монти Филча. Этот бета выглядит еще более жалко, чем обычно, практически прячась за спинами коллег. Несколько человек тянутся к скрытому оружию, и моё сердце подпрыгивает к горлу.

— Айви, ложись! — рявкаем мы с Виски в унисон.

Но она уже в движении — ныряет за тяжелый дубовый стол с грацией человека, который всю жизнь учился избегать опасности. И это, блять, последний раз, когда ей приходится это делать.

У вооруженных членов Совета нет шансов. Между точными выстрелами Виски и моими клинками еще четыре тела падают на пол раньше, чем они успевают даже навести стволы. Его пуля и мой нож вонзаются в грудь одного из них в один и тот же миг — я даже не уверен, кто из нас его прикончил.

— О-о-о, — тянет Виски, явно подумав о том же самом, но с другой колокольни; его тон издевательски сладкий. — Семейный досуг!

— Да заткнись ты, — огрызаюсь я, доставая пистолет, так как это куда более эффективный инструмент для работы с группой.

Оставшиеся члены Совета вскидывают руки в знак капитуляции, их лица бледны от ужаса.

— Умный выбор, — холодно бросаю я, направляясь к ним, чтобы связать руки и проверить на наличие оружия. Нам понадобятся заложники для переговоров после взятия города. Эти подобострастные трусы отлично подойдут.

Я обыскиваю одного особенно плаксивого члена Совета, когда боковым зрением замечаю движение. Один из охранников, которого мы считали мертвым, поднимается, его рука тянется к кобуре. Он целится в меня, и всё, что я чувствую — это облегчение от того, что он целится не в них. Время будто замедляется: я понимаю, что не успею среагировать.

Гремит выстрел. Я внутренне сжимаюсь, ожидая удара. Но его нет.

Вместо этого охранник валится как кукла с подрезанными нитями; в самом центре его лба зияет аккуратное отверстие. Под ним растекается лужа темной крови, пачкая безупречный мраморный пол.

— Своевременно, — бормочу я, полагая, что это Валек, как обычно, прикрывает нам спину. Но когда я оборачиваюсь, я встречаю не серебряные глаза Валека. А ледяные голубые глаза Азраэля.

Брат стоит в дверном проеме, его массивная фигура вырисовывается на фоне хаоса, видного сквозь выбитые двери. Его серо-золотая форма и длинные черные волосы забрызганы кровью, а правая рука — та самая, в которую попал Валек — замотана бинтами. Но пистолет в его левой руке не дрожит, когда он его опускает.

— У тебя всегда было слепое пятно слева, — сухо роняет он.

Я смотрю на него, не в силах переварить увиденное.

— Что ты здесь делаешь?

— Спасаю твою жизнь, очевидно. — Его глаза сканируют комнату, оценивая бойню с клиническим безразличием. — Хотя вижу, вы и без моей помощи умудрились тут знатно нагадить.

— Слышь, что за херня вообще? — Виски красноречиво резюмирует мои мысли.

Азраэль игнорирует его; его губы кривятся в подобии улыбки — у любого другого это выглядело бы нормально, но у него это больше похоже на оскал хищника.

— Силы Совета в смятении. Ваши армии прямо сейчас занимают периметр города. — Он делает паузу, его глаза находят мои. — Я подумал, вам может понадобиться подстраховка.

— Ты сказал, что если увидишь нас снова, то будешь стрелять, — напоминаю я ему, всё еще не до конца уверенный, что это не какая-то изощренная ловушка.

— Я так и сделал, — говорит он, выразительно кивнув на труп охранника, которого только что снял. Он небрежно входит в зал, стук его полированных черных сапог эхом отдается под сводчатым потолком внутренних покоев.

Я вижу вспышку рыжего: Айви медленно выглядывает из-за стола, глядя на всё с тем же шоком, что и я. Она инстинктивно вздрагивает, когда гремит еще один выстрел, и один из безоружных членов Совета падает замертво. Прежде чем я успеваю отреагировать — падает второй. А за ним и третий.

— Какого хера?! — снова ревет Виски, пока Азраэль продолжает идти вдоль шеренги к последнему оставшемуся в живых члену Совета.

Азраэль игнорирует его и наконец останавливается перед Монти. Бета дрожит в своих путах, а передняя часть его брюк темнеет по мере приближения моего брата. Учитывая, что это тот самый человек, который бросил свою омегу на милость врага, я не могу сказать, что удивлен. Но мне всё равно противно.

— Не делай этого, — предупреждаю я, разрываясь между желанием потянуться за своим оружием и нежеланием доводить дело до бессмысленной смертельной схватки. — Они были нашим рычагом давления.

— Ошибка, — спокойно говорит Азраэль; револьвер небрежно висит в его левой руке, пока он изучает нашу последнюю хнычущую пешку с такой холодностью, которая поражает даже меня. — Они были свидетелями. Я не могу позволить, чтобы вы передали их ошметкам Райнмиха, которые восстанут из пепла, и они раскрыли бы моё прикрытие. Ведь так?

Глаза Виски сужаются, он выглядит так, будто готов броситься в атаку.

— Ах ты ж сукин сын…

Прежде чем я успеваю его остановить, Айви выскакивает из