Оранжевое Лето - Валерия Стругова

— Подожди меня, я расплачусь.

— Мне нужно поговорить с ней. Не торопись.

Лиан колебался, затем кивнул.

— Я буду через несколько минут.

Нажав на кнопку лифта, я вытерла одинокую слезинку подушечкой среднего пальца. Спокойствие начинало покидать меня, но я пыталась оставаться сильной и стойкой.

— Извините, — услышала я голос, когда входила внутрь.

Парень юрко заскочил внутрь и нажал на третий этаж.

Я прислонилась к зеркалу, рассматривая спину незнакомца. Широкие плечи, спортивное худощавое тело в длинном чёрном плаще, светлые волосы, торчащие из небольшой тёмно-серой шляпки. Мне показалось, что он выглядит как агент какой-то разведки.

Лифт поднялся до второго этажа и резко дёрнулся. Свет замигал и погас. Я осталась в темноте с неизвестным мужчиной, и, когда понимание этого факта дошло до меня, внутри всё перевернулось. Мысль за мыслью проносились в моей голове.

Достав из кармана телефон, который носила с собой по привычке, я включила фонарик. Луч света выхватил из темноты его лицо — он уже повернулся ко мне. Этот парень показался мне знакомым: фиолетовые глаза, бледное лицо...

Чёрт!

Быстро я нырнула рукой в карман за иглой, но он перехватил моё запястье с нечеловеческой скоростью. Онемевшие пальцы не удержали оружие, и оно со звоном упало на пол.

— Тсс, — он приложил палец к губам.

— Что вам нужно? — спросила я, чувствуя, как пересохло горло.

В глубине души я надеялась, что Лиан уже понял — лифт застрял, и скоро придёт на помощь. Мне нужно было только выиграть время. Незнакомец продолжал сжимать мою руку, и его ладонь была пугающе ледяной, словно я касалась мертвеца.

— Меня зовут Адам, и я должен передать вам информацию, — заговорщическим тоном заговорил парень.

— Вы эквикор?

— Да.

Я прищурилась, пытаясь разглядеть его лицо в тусклом свете телефона.

— Тогда, возможно, ваша беременная подруга приходила ко мне. Что вы хотите? Если тоже не хотите убить меня по-быстрому, то какое у вас тут дело?

Сумасшедший холод, исходивший от этого парня, пронизывал меня насквозь.

Лицо эквикора стало мрачным.

— Я же сказал, что у меня информация. Не мне вас убивать.

В ожидании я смотрела на него.

— Ваш погребальный костёр уже разожжён. Завтра в полночь вы должны быть на месте. Всё должно быть закончено там, где началось.

— Там, где началось, — повторила я, складывая два плюс два. — Костёр? Меня хотят сжечь там, где был дом моей семьи?

— Вам лучше знать, — бросил он.

— А что если меня там не будет завтра?

Адам едва заметно улыбнулся, но его глаза остались холодными.

— Давно ли вы общались с братом?

Я почувствовала, как внутри всё окаменело. В лёгкие с трудом поступал воздух, зубы сжались.

Да как они посмели?

— Кто такая Аделаида? — спросила я спокойно, решив сразу взять быка за рога.

— С чего бы мне говорить?

Мозг лихорадочно работал.

— Если бы не я, ваша беременная подруга была бы в руках будущего короля Эгниттеры.

Я внимательно вгляделась в лицо эквикора. Что-то в его пустом взгляде говорило мне, что он колеблется, и поэтому решила надавить сильнее.

— Да ладно Адам, она жива благодаря мне. Дайте мне хоть малейший шанс на выживание, хоть крупицу информации. И, если я выживу, вы сможете рассчитывать на мою помощь и в будущем.

Эквикор отпустил моё запястье и отступил на шаг, прислонившись к противоположной стенке лифта.

— Мне не по душе всё это, — пробормотал он. — Я могу сказать вам кое-что, но, на случай если выживете, сдержите слово.

— Конечно!

Фиолетовые глаза вспыхнули в темноте, когда он наклонился ближе.

— Аделаида — не она. Они. Целая организация.

Я задержала дыхание, стараясь не выдать своего изумления.

— Члены организации — очень влиятельные аларисы, — продолжил он. — Я надеюсь, что вам удастся выжить, хоть считаю, что у вас, Ия, нет ни единого шанса. В Валиссерене снова взрывы и сын Солара не придёт на помощь.

Я набрала в грудь воздух.

— Насколько всё серьёзно?

— Пожары по всей столице Аскепии. Завтра в полночь взорвётся дом правительства, и принц будет занят... если выживет.

Я сжала кулаки, чувствуя, как ногти впиваются в ладони.

— У них всё схвачено. Всё, что вам остаётся — послушаться и прийти на место. Если ваш охранник будет с вами, умрёте все, в том числе ваш брат.

В голове вихрем проносились мысли. Я должна была выяснить больше, пока он готов говорить.

— Если Аделаида — это организация, то Истинная королева — проводник?

Эквикор прищурился.

— Проводник? Да, у них есть проводник, но она лишь возможное оружие, совсем юная и глупая. Пока от неё нет никакого прока. Истинная королева — аларис.

— Дракон, — прошептала я.

— Нет. Левиафан.

Свет в лифте мигнул и вспыхнул снова. Кабина дрогнула и медленно пришла в движение.

Лифт дёрнулся и мой собеседник вздрогнул.

— Я рассказал достаточно. Мне пора. Я должен забрать её, пока ваш рыжий охранник не объявился. Таков приказ. Ничего личного, я просто пытаюсь защитить семью.

— Кого забрать?

Единорог странно посмотрел на меня.

Внутри кольнула догадка.

Лиан охраняет лишь двоих.

Я не раздумывая схватила его за запястье, начиная подозревать, кого он хочет у меня забрать.

Резкая боль в виске заставила меня застонать. Нечто липкое и холодное разлилось по венам.

Дёрнувшись, я мгновенно смахнула наваждение и теперь снова смотрела в ярко фиолетовую глубину.

— Простите. Я спешу.

Глубоко вздохнув, он прислонил два пальца к моему лбу. Вспышка света поразила разум, и всё погасло, словно перегорела лампочка. Сильное жжение сковало мысли. Зубы непроизвольно сжались, мышцы спины напряглись, и я вдруг я отчётливо различила свет фонаря.

— Ты... — услышала я вскрик эквикора.

Вдруг телефон с фонариком упал на пол, и всё погрузилось в темноту. Я продолжала сжимать холодную руку, чувствуя, как покалывает подушечки пальцев. Мой оппонент упал на колени и издал пугающий звук, похожий на вой. В этот момент свет в лифте замерцал, и мы двинулись.

Только сейчас я смогла увидеть ситуацию: я держащая парнишку за руку, и он, почти прибившийся к полу, с сжатыми от боли веками.

Неужели это сделала я?

Прежде чем лифт остановился, в моей голове возникли знакомые слова дедушки: «И шёл дождь сорок дней и сорок ночей. И собрал Ной на ковчеге каждой твари по паре, но не было там места для существ, что превосходили человека, ибо сильнее человека может быть лишь Бог!»

Всё моё тело обдало ледяным холодом, и я отпустила руку Адама. Слёзы бежали ручьём по замёрзшим щекам, а в ногах лежал обездвиженный Единорог.

Эту картину застали Кира, Лиан и сотрудник пансиона,