Бессердечный рыцарь. Книга 1 - Милена Янг

– Не волнуйся, я сделала это за тебя.

– Вот это наш человек, дай пять, – рассмеялся Рэт, и она хлопнула его по ладони.

– Дамиан будет в порядке. Я это обещаю, – серьезно произнесла Эви.

– Не сомневаюсь в этом, – взгляд парня упал на глубокие шрамы, покрывающие хрупкое запястье девушки. Он нахмурился, заметив их.

– Это после операции, – пояснила Эви, проследив за его взглядом, – Проводили прямую гемотрансфузию, когда Дамиана ударили ножом. Пришлось немного пожертвовать красотой.

– Трижды. Спасла трижды, – тихо произнес Рэт. – Я рад, что в его жизнь вернулся свет, Эвелин. И рад, что ты теперь тоже в порядке. Потому что вы оба заслужили быть счастливыми. Я очень много раз пытался убедить Дамиана поговорить с тобой, разобраться в ситуации, когда узнал обо всем, но он меня не слушал, – парень облокотился спиной об стену, его карие глаза наполнились неприкрытой болью. – Я был плохим другом для него. Когда уехал на четыре года, все, о чем я думал – не разочаровать Марка и Агнес. У меня были свои причины, так поступать. Но я не подумал о Дамиане. Не подумал о моем, черт побери, том же лучшем друге, с которым мы вместе росли с самого детства. Я был уверен: он справится. Не поверишь, но Дамиан всегда казался мне самым уравновешенным среди нашей компании. Он был не таким эмоционально нестабильным, как я, и не таким холодным, как Марк. Дамиан всегда поддерживал баланс в нашей дружбе. Когда мы ссорились, он был тем, кто мирил нас. Когда мне требовался совет, я всегда обращался именно к нему. Потому что он самый справедливый человек, которого я знаю, – Рэт резко выдохнул. – Когда я женился и переехал в Вегас… Дамиан уже пережил очень тяжелую операцию. Он едва не погиб. Знаю, что его спас мистер Гринберг. Уже позже слышал, что Марк от Дамиана не отходил месяцами. Но меня, блядь, не было рядом. Я понятия не имел, что один из моих лучших друзей умирает. Мог умереть. Я развлекался, как мог, тусовался по клубам, играл с баскетбол… Меня не было с Дамианом, когда он нуждался во мне сильнее всего. Я никогда себе этого не прощу, – Рэт провел рукой по лицу, стиснув зубы. – Он простил, я знаю это. Потому что Дамиан может ругаться, может казаться жестоким, но у него самое доброе сердце. Он всегда таким был. И время не могло это изменить. Когда я к нему пришел, знаешь, что он сделал?

– Что? – спросила тихо Эви.

– Он просто меня обнял. И сказал, что скучал и волновался. Больше ничего. Никаких упреков, никаких претензий, – голос Рэта дрогнул. – Я настолько был погружен в собственное дерьмо, что едва не потерял его. Дамиан самый надежный друг, который только может быть, Эвелин. Я его очень сильно люблю. Если бы ему понадобилась пересадка гребаной почки, я бы, не задумываясь, отдал бы ее Даму в любую минуту, – это были искренние, честные слова. – Он так много сделал меня за эти годы… А я даже письма ему не оставил, когда уезжал. Написал послание для Агнес и Марка, назвал его своимединственнымдругом. Это же, блядь, кошмар. Самый дерьмовый и отвратительный поступок. Я помню, что писал эти строки, как в тумане. Да, у меня был приступ из-за моего заболевания, но все равно… На месте Дамиана я бы не сумел простить. А он смог, – Рэт ощутил покалывание в глазах. – Когда Дамиан уже жил в Лос-Анджелесе, мы, конечно, часто с ним встречались. Много разговаривали. Но день за днем я с ужасом наблюдал за тем, как мой близкий друг угасает. Я никогда не чувствовал себя целым, пока Дамиан страдал. Это меня убивало. Потому что, казалось, он снова погибал, но теперь на моих глазах. Тогда я осознал, что так больше продолжаться не может.

– Что ты сделал? – она вдруг поняла, что сейчас парень скажет что-то важное.

– Я отыскал тебя еще в университете. И после его окончания, когда ты начала искать работу, попросил мистера Гринберга рассмотреть твою кандидатуру в компании. Мне пришлось… немного постараться, чтобы доказать ему: Дамиан нуждается в тебе. Сначала Гринберг был настроен скептически, но… – парень ухмыльнулся. – Я же Рэт Дэвис. У меня врожденный дар убеждения. Я сказал, что ты станешь его спасением. И рад видеть, что не ошибся.

– Это был ты? – глаза девушки расширились от потрясения.

Такого поворота Эви никак не ожидала.

– Прости, пришлось подключить моего деда. Он сенатор Невады, – пояснил Рэт. – И, возможно, Бенджамин Дэвис по моей просьбе заставил все компании отказаться от тебя, потому что подобное только в его власти, – хитро улыбнулся парень. – Приношу искренние извинения, Эвелин.

– Ты не жалеешь, – сузила она глаза.

Парень бессовестно ухмыльнулся.

– Не-а. Не жалею.

– У меня просто слов нет. Я подозревала что-то такое, но думала, тут замешан мистер Гринберг, а оно вот как… – Эви запнулась. – Ты и про Кайдена знал?

– Разумеется, ребенок был одним из моих аргументов в пользу тебя, когда я убеждал Гринберга. Я узнал о Кайдене намного раньше Дамиана. Но не хотел вмешиваться в этот аспект вашей… можно ли теперь сказать семейной? – он издал смешок и продолжил, —… жизни. Если бы понял раньше, что этот упрямец не пьет лекарства… То, наверное, не стал бы молчать. Выдал бы сразу. Но откуда было мне знать? – Рэт вздохнул. – Поэтому все сложилось так, как я тебе рассказал. Я попросил его дядю скрыть мою связь с этим… делом. Не был готов рассказать Дамиану правду. Было гораздо проще, когда он думал, что все устроил Гринберг.

Уголки губ Эви приподнялись наверх.

– Думаю, мне нужно сказать тебе «спасибо». Твой план сработал. И, Рэт, прости себя. Дамиан сейчас счастлив. Он ценит вашу дружбу, всегда ценил. Когда мы с ним обручились в Данверсе, Дамиан часто рассказывал мне о тебе. Он никогда не держал на тебя зла или обид. Я не знаю всех причин, побудивших тебя так поступить, но уверена, что ты, Рэт, никогда намеренно не причинил бы ему боли. Если говорить начистоту… Я тоже совершала неправильные поступки, которые хотела бы исправить, – Эви убрала волосы от лица. – И несмотря на то, что прошлое уже не перепишешь, в наших руках будущее. Просто оставайся с ним рядом, стань ему тем другом, в котором он всегда нуждался.

– Так и делаю, – после ее слов что-то внутри Рэта