Серый кардинал империи: Путь в чины - Dimash Suleimen

крепостная стена?» Конечно, если пойти на штурм и не жалеть людей, взять ее не составит труда, но они зашли слишком далеко вглубь материка, да еще эти набатные дымы повсюду… Всё это внушало ему сильную тревогу.

Однако рядовые пираты уже завыли от жажды крови, требуя немедленно вырезать этот город до последнего человека. Вожак колебался. В конце концов он решил сначала подойти поближе к стенам и устроить знатный шухер — авось трусливые горожане сами откроют ворота.

Чего он никак не ожидал, так это того, что стоило им приблизиться к глинобитной стене на пятьдесят шагов, как подвесной мост с грохотом рухнул. Под яростный боевой клич вперед вылетел всадник на вороном коне, а за ним — еще семеро конников. Сзади, размахивая саблями и плетеными щитами, похожими на крышки от котлов, с криками бежала горстка деревенских ополченцев. Пираты лоб в лоб столкнулись с дерзкой контратакой.

Разбойники привыкли, что провинциальные войска разбегаются при одном их виде, поэтому от такой наглости на мгновение даже опешили.

Никита на полном скаку выхватил винтовку. Раздался резкий свист, и прежде чем один из пиратов успел среагировать, тяжелая пуля насквозь пробила ему лоб. Враг замертво рухнул в пыль.

На стене Алексей и ополченцы, затаившие дыхание от страха, разразились оглушительными победными криками, будто враг уже был полностью разбит.

Но эта пуля оказалась единственной — остальные всадники стрелять на скаку попросту не умели. Никита выхватил тяжелую саблю и взревел: «В атаку!» Семеро бойцов повторили за ним клич и с безумной отвагой смертников врезались в самую гущу пиратского отряда.

Попасть под удар несущейся во весь опор лошади — дело серьезное, так что бандиты бросились врассыпную, освобождая дорогу.

Хотя конные ополченцы кое-чему учились у Никиты в мирное время, в первом настоящем бою от страха у них всё вылетело из головы. В итоге после первой яростной атаки, не считая одного раненого Никитой пирата, они не добились ничего. Более того, одного из парней пираты умудрились стащить с седла и мгновенно изрубили в клочья.

Строй ополчения полностью развалился. Пока конница прорывалась сквозь ряды врага, шедшая сзади пехота только-только добежала, беспорядочно выставив рогатину. Увидев, что пираты уже перегруппировались и с хищными ухмылками облизывают сверкающие лезвия сабель, словно волки, ждущие стадо овец, крестьяне дрогнули.

Та кроха мужества, которую они с трудом в себе наскребли, испарилась без следа. В головах осталась одна мысль — «Бежать!» Но мост позади уже начали поднимать, ходу назад не было, и бедолаги бросились врассыпную вдоль стен…

Пираты дружно загоготали, глядя на уходящих трусов, и повернулись к вожаку: — Главарь, давай с ходу возьмем эту крепость! Тот, поддавшись азарту, кивнул: — Кричите им.

Вперед вышел пират с луженым предельным голосом и заорал, требуя, чтобы город сдался без боя, иначе живые позавидуют мертвым.

В ответ со стены раздалась яростная, быстрая тирада на местном диалекте. Главарь разозлился: — Эй, верзила! Скажи этим крысам, пусть пошлют кого-то, кто умеет говорить на государственном языке!

Степан задрал голову и громко закричал в сторону башни. Чумазый детина на стене что-то прокричал ему в ответ, после чего скрылся из виду. Прошло довольно много времени, прежде чем на стене появился молодой человек в чистом синем халате книжника. Он смерил пиратов ледяным взглядом и процедил: — Ну и чего вам надо, разбойничье отребье? Выкладывайте свой бред быстрее! Его официальное наречие было безупречным, чеканным и столичным, вот только тон не предвещал бандитам ничего хорошего.

Глашатай повторил свои угрозы, но в ответ Алексей лишь презрительно рассмеялся: — Знаете что? Вы лучше прямо сейчас поголовно перережьте друг другу глотки. Избавите нас от лишней работы. — Ты что, пентюх, в сказку попал⁈ — взбесился пират.

Улыбка мгновенно сошла с лица Алексея. Окровавленным пальцем он указал на стоящих внизу врагов и жестко произнес: — Это я должен спросить у вас! — Его голос окреп, в нем зазвенел металл. — Вы, псы, терзаете нашу империю не первый год. Сколько городов и деревень за это время вы взяли обманом, штурмом или вошли туда вовсе без сопротивления? И когда хоть раз в ваших черных душах проснулась жалость? Хоть раз вы ушли, не ограбив всё дочиста, не вырезав людей и не пустив дома по ветру⁈ — Ярость захлестнула его, он с силой ударил ладонью по парапету стены и закричал: — Все знают, что там, где ступала ваша нога, остаются лишь горы костей да выжженная пустыня! И после этого вы надеетесь обмануть нас⁈

Крестьяне и ополченцы на стенах, которые еще минуту назад малодушно подумывали, а не открыть ли ворота ради спасения жизней, после слов Алексея разом отбросили эти мысли. Они поняли простую и страшную истину: капитуляция — это всё та же смерть, только без боя. Так лучше лечь здесь, забрав с собой как можно больше этих тварей.

Страх никуда не делся, люди по-прежнему дрожали, но мысль о сдаче была похоронена навсегда.

Алексей чутко уловил, как изменился воздух на стене. Это едва заметное единение сплотило людей, и давящее чувство одиночества, терзавшее его с самой ночи, наконец отступило.

Видя, что их уловка не сработала, главарь пиратов решил сменить тактику: — Ладно! Мы даем вам полчаса, чтобы вы грузили свои пожитки и убирались вон. Как только время истечет — мы сотрем этот город с лица земли!

Алексей не дал ополченцам опомниться и, опережая любые панические мысли, оглушительно расхохотался прямо в лицо врагу: — Бежать⁈ Позади нас — наши дома! Там наши отцы, матери, жены! Там всё, что мы обязаны защищать! Ну что, братцы, побежим мы⁈

Первобытный мужской инстинкт защиты своего очага в один миг выжег липкий страх в сердцах крестьян. Стоящие на стенах ополченцы один за другим подхватили этот клич, яростно закричав: — Не побежим! Их голоса звучали вразнобой, но этот рев был настолько мощным, что содрогнулся воздух.

— Слышали⁈ — Алексей снова рассмеялся, и в его смехе звенела зловещая уверенность. — Ну же, заморские черти, попробуйте сунуться! Срежете нас на стенах — из города выйдут еще пятьсот бойцов! Лягут они — в бой вступят восемьсот мужчин из посадов! Но и когда они падут, здесь останутся старики, женщины и дети! Мы пустим вам кровь до капли! Посмотрим, у кого из нас раньше кончатся люди⁈ — Он резко вскинул руку раскрытой ладонью вверх: — Ну! Идите сюда!

Вся палисада стен, усыпанная плотными рядами защитников, как один человек, выдохнула вслед за ним в едином порыве: — Идите сюда!

Главарь пиратов никак не ожидал, что какой-то безвестный столичный книжник окажется настолько сильным оратором. Этот парень одним махом вдохнул