Ледяное проклятье, или Как растопить сердце дракона - Анна Сиротина

было в Заполярной цитадели, но смотреть на её нагое тело выше моих сил. Пусть прикроется. А раздеваться будет только непосредственно перед встречей с тенями. Чтобы не поддаваться искушению, на сеансы буду брать с собой Карлаха. Внутри что-то протестующе зарычало. Хотя нет, он не подойдёт, лучше Мару.

Ещё немного подумав над моим разговором с Исхирь, решил удовлетворить её желание. Действительно, пусть уже, наконец, выучит правила и перестанет меня донимать глупыми вопросами. Всем от этого легче станет. Послал тень за Марой. Экономка появилась почти сразу, словно караулила под дверью.

— Ваше превосходительство! Какие будут распоряжения? — Её холодные глаза не выражали ничего. Божественное наказание так и не смогло изменить Марабель. В цитадели она появилась сразу после меня. За прошедшее с тех пор время, состав прислуги менялся многократно, люди, искупив вину, получали свободу, но не она. Я не получал досье на обслуживающий персонал и не знал в чём их вина, это меня не волновало. До сегодняшнего дня! Теперь я всё чаще ловил отголоски собственных эмоций. Например, сейчас появилось любопытство. Захотелось узнать, что совершила Мара? Вопрос вертелся на языке, но я так и не задал его, а сухо приказал:

— Мара, подготовьте для новой арестантки гардероб. С завтрашнего дня вы будете присутствовать на каждом сеансе. Ваша обязанность — тщательно следить за состоянием Исхирь, и при любом отклонении оповещать меня. Она оказалась слишком восприимчива к теням.— Экономка невозмутимо кивнула, не задавая никаких вопросов, хотя моё распоряжение было, мягко говоря, нестандартным. — После того как поможете арестантке одеться, проводите её в библиотеку. Пусть ознакомиться со сводом правил цитадели.

— Мне нужно за ней следить?

— Нет, только проводить, запечатать проход и идти заниматься своими делами.

— А если она воспользуется моим отсутствием и найдёт не предназначенную для неё информацию?

— Мара, единственная запретная книга — это манускрипт Хранителя Заполярья! Она не сможет его даже открыть, на нём стоит моя магическая печать. Если попробует, я тут же об этом узнаю. Сигнальные чары меня оповестят об использовании любой чужеродной магии.

— Ваше превосходительство, по поводу гардероба, будут какие-то особые распоряжения? Поскольку у нас это первый случай, временно могу выделить одежду прислуги.

— Этого вполне достаточно. Простые закрытые повседневные платья, без изысков. — Желательно поуродливее и на пару размеров больше, подумал про себя.

21

Как дурочка пялилась в зеркало на татуировку, в виде бутона фиолетовой розы, мерцающего и переливающегося на моих нижних губках и лобке. Твою мать! Меня заклеймили, как преступницу! Хотя почему как? Ею и была хозяйка тела. Но почему там? У Миледи, например, на плече была. Первым желанием было устроить скандал, вызвать. Его извращейшество и спросить, какого хрена он это сделал. Ярость, негодование и обида — взрывоопасный коктейль! Объединившись в единое целое, они породили мощнейший эмоциональный смерч, готовый снести всё на своём пути. Внутри росло что-то страшное, оно хотело вырваться на свободу и убивать, ровнять с землёй деревни, города, страны. Но где-то на самом дне сознания, очень глубоко, вспыхнула маленькая тёплая искорка. Любопытство, восхищение и предвкушение — откуда они вообще взялись? Я всё разглядывала своё отражение и поймала себя на мысли, что любуюсь. Татуировка смотрелась экзотично и вместе с тем, потрясающе. Серебряный полумесяц, морозные завитки и в центре бутон, она выглядела объёмной и живой. Захотелось пощупать и понять гладкая она или всё-таки выступает за пределы кожи. Провела пальчиками по складочкам, чтобы убедиться в реальности узора, а перед глазами возникла картина, как это делают другие руки, мужские, уверенные, немного грубые, низ живота тут же скрутило сладким спазмом. Приём-приём, мозг вызывает Аву! Отставить пошлые мысли, лучше проблемами насущными займись. Тебе надо в библиотеку попасть, чтобы найти способ избежать наказания тенями, убедить Эйрхара, что ты не преступница, получить право носить одежду и вернуться домой. Цель отличная, теперь надо разработать стратегию её воплощения в жизнь. Думай Ава, как исправить то, что наворотила. Прощение, разумеется, просить не буду, за правду не извиняются, а вот уговорить вредного тюремщика как-то надо. Опустила наконец подол и побрела в комнату. Села на кресло. Мысли вертелись вокруг татуировки. Может это какая-то подчиняющая магия? Ведь когда я дотронулась до неё, сразу вспомнила наглого мужика с загребущими лапами, которыми он меня щупал. В любом случае ничего хорошего она не несёт. Ещё и внутренний голос упрямо твердил, что татуировку никому нельзя показывать. Только как это сделать? Одежда мне не положена, нижнее бельё тоже. А на лобке даже растительности нет, чтобы скрыть моё новшество.

Я так глубоко задумалась, что не сразу ощутила щекотку в районе промежности. Кто-то гладил меня пушистым хвостиком. Уже хотела отругать бельчонка за непотребство, но его там не было, а был мой хвост, который обвил бедро и распушил кисточку на манер веера, полностью прикрывая татуировку. Если хвост появился, то… С опаской потрогала голову, но рогов не было. Фух! Что же к хвосту можно привыкнуть, к тому же он оказался очень полезным, вон как ловко прикрыл моё новшество. Ну что же, одна проблема решена, осталось решить остальные. Я снова подошла к окну и взглянула на свинцовые тучи, закрывающие небо. И поддавшись внезапному порыву, раскрыла окно. Морозный воздух пронизал моё тело, но я высунулась наполовину и громко крикнула.

— Халява, приди! Халява, приди! Халява, приди! — Студенческая традиция, а вдруг прокатит!

И вселенная меня услышала! На пороге появилась вредная Мара, но мне было глубоко пофиг на её кислую рожу, ведь в руках она держала простое тёмно-синее платье и две небольшие коробки, в которых оказались бельё и туфли.

— Я помогу переодеться. — Бесцветным голосом сказала эта снежная баба.

— Я сама справлюсь, не стоит утруждаться.

— У меня чёткое распоряжение от Его превосходительства. — Не унималась эта фурия. Жалко не она попала в ловушку Зимчика. Котики уже идут к тебе, злыдня. — К тому же я должна вас сопроводить в библиотеку. — В её голосе появилось раздражение, или мне показалось? У ледяных статуй ведь нет эмоция. Но, мне сегодня определённо везёт. Интересно, почему Эйрхар передумал? Впрочем, какая разница, главное — результат!

— Хорошо, но бельё я надену сама. — Она раскрыла рот, чтобы возразить, но я не дала её произнести ни слова, выхватила коробки и ломанулась в ванну. — Это называется компромисс, — крикнула, захлопнув дверь перед её носом.— Судя по всему, вы никогда