Ледяное проклятье, или Как растопить сердце дракона - Анна Сиротина

и другой, стеклянной, внутри сознания. О страхе. О боли. О выборе. Всё это кажется далёким, словно чужой сон. Но я знаю, ничего не исчезло бесследно. Просто теперь это часть меня, не ноющая рана, а бесценный опыт.

Сегодня я узнала, что жду ребёнка и планирую осчастливить за ужином будущего отца. Я кладу ладони на живот — почти машинально, ещё не веря до конца. Внутри теплое и тихое новое присутствие.

* * *

Наши дочери родились в день осеннего солнцестояния. Рыжие и зеленоглазые — в меня, со второй ипостасью — в Киана. Одинаковые и такие разные. Свет и тень, как было всегда в роду аметистовых драконов.

Я всё поняла, как только целитель сказал, что у нас не мальчики, а девочки-близнецы. Да, я сделала выбор тогда перед богами и нисколько не жалею. Я дам своим крошечкам всё, и не позволю никому исковеркать их души. Они будут купаться в любви, заботе и понимании. Ни одна злобная богиня не получит власть над нашими девочками!

Бонус

В божественных чертогах стояла ругань. Трое мужчин не вмешивались в женские разборки, а спокойно попивали за столом вино.

— Дорогая Нинлиана, позволь заметить, что это всё твоих рук дело. Ты привела Исхирь к её концу в ледяной тюрьме, ты же привела в этот мир Аврору.

Рыжая богиня сверкнула глазами в сторону блондинки. Да, это действительно была она. Но кто же знал, что эта душа окажется истинной для дракона? Единственное, что она могла сделать в подобных обстоятельствах, чтобы не потерять лицо, — это обвинить мелкую выскочку.

— Это ты подарила им истинность!

— Я всего лишь разбрасываю зёрна, а дадут ли они всходы — зависит от тебя! — парировала Эльтоника.

— Как ТЫ посмела вмешиваться в судьбу? То, что я написала в книге жизни, то и должно быть! — ваза просвистела над головой Эльтоники.

— Это как ТЫ посмела лишать всех подряд моего дара? — Статуя почти оцарапала плечо Нинлианы.

— Я распоряжаюсь судьбами и решаю, кому и кого любить!

— А с каких пор богиня удачи вдруг стала богиней любви? Ты что-то путаешь, Нинлиана!

— Что-о-о⁈ Ах ты сопливая выскочка! Я не просто богиня удачи — я вершила судьбы, когда ты ещё не родилась!

— Я знаю твой возраст и стараюсь проявлять уважение к твоим сединам. Поэтому никогда не начинаю первой. Но я понимаю, отчего ты так бесишься — это свойственно всем старушкам: вредность и зависть к таким молодым ягодкам, как я.

— Чему завидовать? Тому, что ты неспелая и кислая?

— Это явно лучше, чем быть сладким, но сморщенным сухофруктом. У меня всё впереди — доспею.

— Ты постоянно вмешиваешься в жизнь моих детей. Мало того что изгнала фениксов и грифонов, так теперь и за остальных взялась!

— Дорогая, ты слишком накалена. Говорю же, я ни во что не вмешивалась — просто магия любви сильнее.

Из ушей рыжей богини повалил настоящий пар, а блондинка не упустила возможности её поддеть.

— Будь осторожна, Нинлиана. Потеря жидкости очень вредна для кожи. Хотя тебе уже не поможет.

— Ты считаешь, что тебе всё можно, если твой муж — древний бог?

— Ничего подобного. Это ты цепляешься за иерархию. Недаром так долго не могла выбрать, с кем из моих братьев быть. Не понимаю, что они в тебе нашли. Причём все трое.

Ловко уколола рыжую блондинка.

— Почему всегда так, как хочет она? Я вершу судьбы, но даже тут последнее слово за ней. Почему? Только из-за того, что спит с Кронасом? Ты старше всех, Энлиэль, — она повернулась к своему мужу и обиженно надула губки, — почему же не ты главный? Или Энкир? Или Энгар?

— Так вот почему ты вышла за меня — потому что я старший?

— Не прошло и пяти тысяч лет, и ты прозрел, братец! — рассмеялась Эльтоника.

— Ты жила с каждым из нас, Нинлиана, только ради власти? — Энгар поднял свои глаза цвета морской волны и пристально посмотрел на рыжую.

— Да сегодня просто день открытий, — белокурая богиня тряхнула копной волос и в очередной раз разразилась смехом.

— И все твои слова были обманом? — в синих глазах Энкира блеснуло понимание.

— А ты вообще молчи и научись держать своё слово. Обещал разобраться с тигром — почему передумал? Опять на поводу у сестрёнки пошёл? Ты же клялся, когда мы… — рыжая прикусила язык, поняв, что сболтнула лишнего.

— Ты опять путалась с моим братом? — шум приближающегося урагана гремел в голосе Энлиэля.

— Ой, подумаешь, один раз.

— У тебя от него детей больше, чем от меня. А если посчитать детей от Энгара…

— Но я же твоя жена, а не их!

— Ненадолго!

Энлиэль схватил её за руку и переместил в их чертоги.

— Можешь собираться, Нинлиана. Я больше не буду терпеть твоего распутства. Я развожусь с тобой.

Грянул гром, сверкнула молния и сожгла брачные метки на их запястьях.

— Хотя не стоит тратить время, — снова сверкнула молния, и остров разделился на две части: на одной половине осталась Нинлиана, а другая исчезла вместе с Энлиэлем.

И всё это — из-за гадкой белобрысой выскочки. Если бы она не вынудила Нинлиану сорваться и наговорить глупостей, ничего бы этого не было.

Как же хотелось придушить эту занозу собственноручно. Но, к сожалению, сделать этого Нинлиана не могла.

Зато могла сделать кое-что другое.

Она бы не была богиней судьбы, если бы не оставила себе козырей в рукаве. Получив астролябию, она специально грубо наследила, подправляя прошлое тигриного королька и техномагички, даже сделала вид, что случайно упустила новую душу. Ведь она всё равно к ним вернулась — просто на пару недель позже.

Но самое главное — этим шагом она отвлекла внимание от своего более раннего, тонкого вмешательства. Всего лишь вместо пустой близняшки при родах выжила «универсальная». Линия не прервалась, и теперь её потомок уже вступил в игру.

Посмотрим, как тебе понравится мой сюрприз, Эльтоника, — злобно улыбнулась Нинлиана.