Несокрушимые Осколки - Сана Кхатри

Ниа цокает языком.

— Она даже не знает меня, но уже смотрит с презрением. Как будто я плюнула в ее кофе или что-то в этом роде.

— Тебе непременно нужно было упомянуть кофе, да? — поднимаю бровь. — Неужели нельзя было обойтись без клише?

Вижу, как она сдерживает улыбку, сжимая губы.

— Я не сильна в изящных выражениях, ладно? Пощади меня.

— Оправдания, оправдания.

Она показывает мне средний палец. Когда я встаю прямо перед ней, она медленно скользит взглядом по моему телу.

— Годы явно пошли тебе на пользу, не так ли?

От ее слов у меня вырывается удивленный смех.

— Ты только сейчас это заметила?

Она пожимает плечами.

— Я подмечала это понемногу последние несколько дней.

— Это комплимент? Я что-то не уверен.

— Бери, что дают, Мэдден, — язвит она. — И не вздумай задавать вопросы.

— Справедливо, — соглашаюсь я. Достаю телефон из кармана, включаю Sentiments Джено и Брайса Фокса и кладу аппарат на тумбочку рядом с нами.

Ниа приподнимает бровь.

— Я заметил, что тебе нравится эта песня.

Она улыбается, цепляет пальцем пояс моих джинсов и подтягивает меня к себе.

— Нравится, — подтверждает она и быстро целует меня. — Касс?

От того, как она произносит мое имя, у меня твердеет член, а дыхание сбивается, когда я замечаю озорной блеск в ее ярко-голубых глазах.

— Да?

Она снова прижимается поцелуем к моим губам, потом медленно проводит тыльной стороной пальцев по моей щеке.

— Волосы — распусти их, — приказывает она.

Я ухмыляюсь, снимаю резинку и бросаю ее на кровать.

Ниа заметно задерживает дыхание, когда мои длинные волосы падают вперед, обрамляя лицо.

— Ты… просто возмутительно сексуальный вариант греческого полубога или что-то в этом роде, — выпаливает она, заставляя меня рассмеяться.

— Прости, ты что, издеваешься надо мной?

— Я же говорила: бери, что дают, и не задавай вопросов.

Я поднимаю руки в знак капитуляции.

— Ладно, ладно, сдаюсь.

— Хороший мальчик, — хвалит она, улыбается и снова дергает меня за пояс. — Иди сюда, — шепчет она и властно захватывает мой рот в поцелуе.

Одной рукой я опираюсь о стену позади нее, другой сжимаю ее бедро и прижимаюсь к ней, приоткрывая губы.

Песня доходит до бриджа, а мы все целуемся — так, словно нам отмерено лишь мгновение; словно сам воздух, которым мы дышим, ядовит в сравнении со вкусом друг друга.

Я улыбаюсь ей в губы, когда она просовывает руки под мой свитер и царапает ногтями пресс.

— Ниа…

— М-м-м… — Она опускает руки ниже и, слегка прикусив мой язык, расстегивает ремень и ширинку на джинсах. Когда я одобрительно рычу, она запускает руку в мои боксеры и обхватывает основание твердого члена.

— Блядь, — стону ей в губы. — Сожми крепче.

Она отстраняется, смотрит мне в глаза, чуть сжимает ладонь и медленно ведет рукой вверх-вниз.

— Так?

— Быстрее.

Она подчиняется. Наше дыхание становится прерывистым, пока она продолжает дрочить мне.

Ниа дергает за пирсинг, крутит его, снова дергает, и по телу прокатывается головокружительная волна боли, смешанной с наслаждением, от которой сводит низ живота.

— Господи Иисусе, — выдыхаю я, припадая к ее телу.

— Хочу почувствовать, как твоя сперма стекает по моим пальцам, Касс, — шепчет она мне в ухо.

— Боже, женщина… — Я прижимаюсь носом к ее шее, вдыхаю медово-сладкий аромат ее духов и начинаю двигать бедрами в такт ее руке. — Черт… — Прикусываю нежную кожу, и она громко стонет.

От ее голоса у меня сводит живот, и я продолжаю толкаться в ее ладонь, пока…

В дверь не стучат… а точнее, в нее буквально колотят.

Я отстраняюсь, оглушенный и разъяренный, резко поворачиваясь к двери.

— Что?! — почти рычу я.

— Э-э… сэр… Касс… я…

Я стискиваю зубы и отхожу от Ниа, она отпускает мой член.

— В чем дело, Рэндалл?

Он прокашливается:

— Все готово на площадке, сэр… то есть Касс. Все ждут вас снаружи.

Я поправляю джинсы, застегиваю ремень и стараюсь не сорваться:

— Передай Аманде, что я не ценю ее косвенное вмешательство и спущусь через пару минут.

Он молчит секунду.

— Эм… правда нужно передать ей первую часть?

Я резко открываю дверь, и он едва не падает от неожиданности.

— Ты слышал, чтобы я запинался, когда говорил это, Рэндалл?

— …Нет?

Я приподнимаю бровь. Он снова прокашливается и кивает.

— Я… я передам Аманде то, что вы сказали. — Он снова кивает, уже скорее себе. — Да. Я… пойду. — Он резко разворачивается и почти проскальзывает по ковру, спеша убраться подальше.

Я закрываю глаза и упираюсь лбом в дверной косяк.

— Зачем ты так с ним? — звучит голос Ниа. Она гладит меня по спине и целует в плечо. — Он просто делает свою работу, Касс. Дай ему передышку.

Я оборачиваюсь и смотрю на нее:

— Я раздражен, ладно? Дай мне передышку.

— Значит, раздражение автоматически дает тебе право вести себя с ним как стервецу? — парирует она.

Я фыркаю:

— Я вовсе не вел себя как стер…

— Можешь оправдываться до скончания веков, но я с тобой не соглашусь, — твердо говорит она.

Я усмехаюсь, немного расслабляясь:

— И как же мне повезло, что в моей жизни есть человек, который не моргнув глазом называет меня стервецом?

Она хлопает ресницами и одаривает меня холодно-учтивой улыбкой:

— Можешь спросить об этом Аманду. Уверена, она уже составляет ответ на этот вопрос.

Я улыбаюсь, обхватываю ее затылок и нежно целую.

— Прекрати. — Она слегка толкает меня в грудь. — Тебе пора идти, Касс. Команда ждет тебя внизу.

Я отступаю:

— Ладно, но вечером я приду.

— Знаю. — Она запускает пальцы в мои волосы, перебирая их. — А пока буду заниматься всякой ерундой, чтобы время шло быстрее.

Я подмигиваю:

— Я — ерунда, займись мной.

— У-у-у. — Она отталкивает меня. — Не могу поверить, что ты это сказал.

— Признайся, втайне тебе понравилось.

Она закатывает глаза:

— В этой жизни я ни за что не доставлю тебе такого удовольствия, уверяю.

— Злюка, — улыбаюсь я.

Она приподнимается на цыпочках и мягко целует меня в уголок рта:

— М-м-м. Самая лучшая из всех злодеек, не смей