Академия Теней. Истинная трех - Эн Бакли

ГЛАВА 11. Кровь, бинты и демон, который не умеет лгать

Из Зала Теней я не пошла в свою комнату.

Ноги сами принесли меня на второй этаж, в крыло демонов. К двери с чёрными рунами. К Кассиану.

Я постучала.

Тишина.

Постучала громче.

— Войди, — раздался хриплый голос.

Он лежал на кровати в той же позе, что и утром. Без рубашки. Бинты на плече пропитались кровью — свежей, алой, почти чёрной в свете факелов.

— Ты не спишь, — сказала я.

— Ждал тебя.

— Откуда ты знал, что я приду?

— Ты всегда приходишь, когда я ранен, — он усмехнулся. — У тебя комплекс спасательницы.

— У тебя комплекс идиота, — я села на край кровати. — Дай посмотрю.

— Не надо.

— Кассиан.

— Я сказал — не надо.

Я проигнорировала его. Откинула край бинта. Рана выглядела паршиво — края почернели, из глубины сочилась зелёная жидкость.

— Яд, — сказала я. — Он не выводится.

— Выведется. Демоны сильные.

— Не настолько.

Я встала, оглядела комнату. На столе — пузырьки с зельями, книги по анатомии демонов, окровавленные тряпки.

— Где у тебя антидот?

— Нет антидота.

— Кассиан.

— Элиана, — он посмотрел на меня. — Я сказал — нет антидота. Яд Лириэль сделан специально для демонов. Он плавит нашу кровь изнутри.

— И что делать?

— Ждать.

— Сколько?

— Дня три. Или умру. Или нет.

Я сжала кулаки.

— Дурак.

— Это я уже слышал.

— Идиот.

— Тоже слышал.

— Придурок с рогами.

— Это новое, — он улыбнулся. — Запишу.

Я развернулась и пошла к двери.

— Ты куда? — спросил он.

— За антидотом.

— Нет, — его голос стал жёстким. — Элиана, стой.

Я остановилась.

— Не ходи туда. Лириэль в карцере, но её лаборатория запечатана. Ректор не пустит.

— А я и не спрошу.

— Тогда убьют тебя. А не меня.

— Мне плевать.

— А мне нет, — он сел на кровати. Скривился от боли. — Подойди.

Я не двигалась.

— Элиана, пожалуйста.

Я подошла.

Он взял меня за руку. Горячей ладонью сжал мои пальцы.

— Посмотри на меня.

Я посмотрела.

— Ты не пойдёшь туда, — сказал он. — Потому что если ты умрёшь, я выживу. И буду жить с этим. А это хуже смерти.

— Не преувеличивай.

— Я демон, я не умею преувеличивать. Мы живём страстями. Всё или ничего. Сейчас — ты или смерть. Я выбираю тебя.

У меня пересохло в горле.

— Кассиан…

— Тш-ш-ш, — он прижал палец к моим губам. — Не говори ничего. Просто посиди со мной. Пожалуйста.

Я села рядом. Прислонилась к спинке кровати.

— Ты всегда такой упрямый? — спросила я.

— Только когда дело касается тебя.

— Это плохо.

— Знаю.

Мы молчали. Где-то в коридоре хлопнула дверь. Завыл ветер. Факелы мигнули.

— Расскажи мне что-нибудь, — сказал он.

— О чём?

— О себе. О настоящей. Не об уборщице. Не о студентке. О той, кого ты прячешь.

— Я никого не прячу.

— Прячешь, — он повернул голову. — Я вижу. Иногда, когда ты думаешь, что никто не смотрит, твои глаза становятся другими. Старше. Глубже. Будто ты прожила тысячу жизней.

— Может, я старая душа.

— Может, ты просто боишься.

— Чего?

— Быть счастливой.

Я не ответила.

— Ладно, — сказала я через минуту. — Расскажу.

Он устроился удобнее, положил голову на подушку, но руку не отпустил.

— Когда мне было семь, я потеряла родителей, — начала я. — Не помню как. Не помню где. Помню только грязь, холод и свой медальон.

— Тот самый?

— Да. Он всегда был со мной. Я думала, это просто украшение. А оказалось — ключ.

— К чему?

— Ко всему, — я посмотрела на медальон. — К прошлому. К магии. К вам.

— Ко мне?

— Ты сказал, что я — твоя Истинная. Может, это правда. А может, медальон врёт.

— Медальоны не врут.

— Откуда ты знаешь?

— У меня был такой же, — он отпустил мою руку и потянулся к тумбочке. Открыл ящик, вытащил цепочку с кулоном — чёрным, рваным, будто расколотым ударом молнии.

— Это он? — спросила я.

— Был, — Кассиан провёл пальцем по трещине. — Он раскололся, когда я… когда я сделал неправильный выбор.

— Какой?

— Я выбрал месть вместо любви. И потерял всё.

Он замолчал. Я не перебивала.

— Это было давно, — сказал он наконец. — Я любил девушку. Человека. Она была красивой, доброй, сильной. Мы хотели быть вместе. Но мой клан был против. Они убили её. А я… я убил их всех.

— Всех?

— Всех, — его голос стал тихим. — Я уничтожил свой род. Остался один. С этим медальоном. И с проклятием.

— Каким проклятием?

— Я не могу любить. Не могу быть счастлив. Каждый раз, когда я начинаю чувствовать что-то настоящее, моя магия выходит из-под контроля. Я становлюсь монстром.

— Ты не монстр.

— Был, — он посмотрел на меня. — Пока не встретил тебя.

— И что изменилось?

— Всё, — он снова взял меня за руку. — Ты смотришь на меня и не боишься. Ты трогаешь меня и не обжигаешься. Ты…

Он запнулся.

— Что?

— Ты пахнешь домом, — прошептал он. — Тем, которого у меня никогда не было.

Я не знала, что ответить.

Вместо ответа я взяла с тумбочки пузырёк с зелёной жидкостью — тем самым антидотом, которого, по его словам, не существовало.

— Что это? — спросила я.

— Обычная вода.

— Врёшь.

— Немного.

Я открыла пузырёк, понюхала. Пахло мятой, кровью и ещё чем-то — сладким, тягучим, знакомым.

— Это твоя кровь, — сказала я.

— Да.

— Ты пытаешься лечить себя своей же кровью?

— Это единственное, что замедляет яд.

— Дурак, — я отставила пузырёк. — Ты же ослабеешь ещё больше.

— А ты предлагаешь сдаться?

— Я предлагаю позволить мне помочь.

— Чем? Ты не маг. Не целитель. Ты…

— Я — Истинная, — перебила я. — И если твоя кровь помогает, может, моя поможет ещё лучше?

Он замер.

— Ты серьёзно?

— Абсолютно.

Я взяла с его стола маленький ритуальный нож — демоны всегда держат их под рукой — и полоснула по пальцу.

— Элиана! — он попытался остановить меня, но я отшатнулась.

— Не двигайся, — сказала я. — Ты ранен.

— А ты — сумасшедшая.

— Это мы уже выяснили.

Я поднесла палец к его губам.

— Пей, — сказала я. — Моя кровь. Она чистая. Сильная. Может, она вытянет яд.

Он смотрел на меня. Красные глаза — расширенные, голодные.

— Ты не понимаешь, что делаешь, — прошептал он. — Если я попробую твою кровь…

— Что?

— Я не смогу остановиться.

— А ты попробуй.

— Элиана…

— Кассиан, — я придвинулась ближе. — Я тебе доверяю. Доверься ты мне.

Он закрыл глаза. Открыл рот. И взял мой палец в свои губы.

Тёплые. Мягкие. Осторожные.

Он пил мою кровь маленькими глотками — будто пробовал дорогое вино, боясь расплескать.

Я чувствовала, как его язык касается моей кожи. Как втягивает, ласкает, забирает.

По позвоночнику