Ритуал для двоих - Матильда Старр

— Час прошел, — сказал он коротко. — Завтра увидимся на занятиях.

И ушел — широким, размашистым шагом, не оглядываясь. Я осталась в беседке одна, если не считать учебника, тетрадей и противного, тянущего чувства — не то от проклятия, не то от чего-то еще.

Глава 13

С утра я, конечно же, еще раз извинилась…

— Да я и не злюсь… — пожал плечами Сандрес. — Если бы я родился в твоей семье и был воспитан твоими родителями, наверное, думал бы так же… Ну, по крайней мере, до поры до времени. Потом бы, конечно, стал пытаться разобраться во всем сам.

После этого мы с Сандресом словно заключили негласное перемирие.

Нет, мы не стали друзьями — с чего бы вдруг! — но перестали огрызаться друг на друга по каждому поводу. Колкости сыпались куда реже, а иногда мы даже замолкали просто потому, что молчать вдвоем оказалось… терпимо.

Мы сидели за одной партой на всех лекциях. Поначалу я переживала, что это вызовет новую волну пересудов, но на нас уже и так смотрели — так какая разница? По крайней мере, когда он был рядом, а голова не раскалывалась от боли. В столовой мы тоже держались вместе. И Сандрес наконец разобрался, какой вилкой нужно что есть, и теперь брал правильную. «Не вижу в этом никакого смысла, — ворчал он. — Вилка она и есть вилка, нужна для того, чтобы не пачкать руки едой, а уж какой она конфигурации, значения не имеет. Но если тебе так спокойнее, мне нетрудно».

Иногда к нам присоединялась Синти. Она рассказывала о последних новостях: кто-то с кем-то поссорился, кто-то кого-то вызвал на дуэль (а они запрещены!), какой-то профессор так задумался о смысле бытия, что забыл прийти на лекцию и его полчаса искали по всей академии. Сандрес терпеливо слушал ее рассказы, но я пару раз замечала, как уголки его губ.

— Вы такая прекрасная пара, — заявила как-то мне Синти. — Серьезно…

— Никакая мы не пара! — вспыхнула я.

— И если все это просто из-за какого-то спора… Мне жаль. Он так на тебя смотрит! Как… как… — она не сразу нашла нужные слова. — Как ты на него!

Ну да, конечно.

Из-за проклятья мы смотрим друг на друга… вот так. Но, к счастью, это скоро закончится. Да-да! Еще немного, и мы сможем разойтись каждый своей дорогой и забыть друг о друге. И я жду этого с нетерпением.

— Мы не пара! И никогда ею не будем!

— Как скажешь, — Синти так лукаво улыбалась, что было ясно: она мне ни капельки не верит.

Так проходили дни — относительно спокойно. Все закончилось в один день, когда, явившись на занятие, Сандрес тихо сказал:

— Сегодня.

Я удивленно спросила:

— Что — сегодня?

— Идем в ритуальный зал. Я наконец подготовил все, что нужно. Да и ждать больше нельзя… Так что будь готова.

— А как же мой предок? Ты ведь помнишь о своем обещании?

— Разумеется помню! Мы обязательно его призовем. Ну по крайней мере, попытаемся.

Я хотела спросить, когда, но в аудиторию уже вошел преподаватель.

* * *

Пробираться ночью по коридорам академии во второй раз оказалось и легче, и страшнее. Легче — потому что я уже знала дорогу и все повороты. Страшнее — потому что теперь я куда лучше осознавала последствия. А вдруг кому-то из дисциплинарного комитета придет в голову прогуляться с проверкой?

До заветной двери мы дошли без приключений. Сандрес стал возиться с замком, и лишь спустя добрую четверть часа толкнул створку плечом. Вот оно что… Оказывается, ритуальный зал закрывают! И в ту самую ночь, если бы Сандреса тут не было, я бы просто подергала дверь и несолоно хлебавши отправилась назад в общежитие думать, как вскрыть эту дверь? Вот это новость…

— Стой здесь, — велел он, останавливая меня у входа. — Что бы ты ни услышала, что бы ни случилось — не заглядывай и не входи… Я не могу запереть дверь — мы должны быть вроде как в одном помещении… Просто прикрою. Но слышишь, ты должна оставаться здесь! Поняла?

Я хотела возразить — но что я могла сказать? Что мне страшно? Что я не хочу оставаться одна в тёмном коридоре, пока он там, внутри, сражается неизвестно с чем? Нет, этого я ему точно не скажу.

— Поняла, — ответила я сухо.

Он кивнул и скрылся за дверью. Тяжёлая дверь закрылась с глухим, протяжным стуком, отрезав меня от ритуального зала. Я прислонилась спиной к холодной каменной стене, скрестила руки на груди и приготовилась ждать. Поначалу была только тишина Я слышала собственное дыхание, слишком частое и громкое. Слышала даже стук своего сердца, шелест ткани, когда переступала с ноги на ногу.

А потом из-за двери донёсся голос Сандреса. Кажется, он читал заклинание. Что ж, вроде пока все идет неплохо…

Стоило мне так подумать — за дверью загрохотало — глухо и тяжко, словно обрушился каменный свод. Я вздрогнула и сжалась в комок. Потом донёсся рёв — низкий, звериный полный такой древней, первобытной ярости, что у меня подкосились ноги.

Божечки, кого же он там призвал? Я знала, что Сандрес призывал тварей, от одного вида которых седели бывалые маги. Он легенда, ему не впервой. Но что, если именно сегодня удача ему изменит? Что, если это существо — чем бы оно ни было — окажется сильнее? Я представила, как он там, внутри, один, стоит против существа из бездны, и сердце сжалось в тугой, болезненный комок. Я не хотела, чтобы с ним что-то случилось…

Грохот и рев между тем не прекращались, и кажется, становились только сильнее. А ведь из-за проклятия его магия ослабла. Вдруг того, что я нахожусь где-то за дверью, недостаточно? Вдруг мне нужно быть ещё ближе. Вдруг он не рассчитал свои и теперь погибнет. Только потому, что меня не было рядом…

Я уже совсем было решилась пренебречь запретом и войти в ритуальный зал, когда дверь распахнулась. Сандрес вышел — потрепанный, взлохмаченный, с подпалиной на рукаве и ссадиной на скуле, но глаза его сияли. Он был доволен — как человек, который только что провернул невозможное и знает это.

— Получилось, — выдохнул он хрипло.

И тут я увидела.

На его груди, висело украшение — дракон с рубиново-красной чешуей, которая мерцала в полумраке, точно раскаленные угли. Не просто украшение — фамильяр. По требованию хозяина оно превратится в настоящего…

Ох, в такое даже поверить невозможно!

— Это… — голос прервался. — Это же… Этого не