Летняя практика Элсины Грейзен. Книга 2: Спросите демона - Алла Анатольевна Гореликова

что вместо сватовства он отправился к цвергам договариваться о кредите. Ну в самом деле, откуда-то нужно же брать деньги? Финансировать Лоссеивалей из своего кармана демон не собирался, такого клятва не предусматривала. Упустил старик.

Зная и цвергов, и Хагоса, предугадать ход переговоров было легко: долгая торговля «ни о чем», тупик, и в последний момент – некое предложение, от которого, конечно, Хагос волен будет отказаться и на всплеске фамильной гордыни непременно откажется, но через пару-тройку дней, остыв, вернется и согласится. А вот что это будет за предложение… Как говорится, возможны варианты. Но пока демона ждал другой визит, о котором Хагос ни в коем случае не должен был узнать.

Грас Лоссеиваль очень хотел посмотреть на Делсена Шаррота.

Посмотрел. И понял, что отыскал свой шанс. Делсен – умный, рациональный, умеющий держать себя в руках, твердо знающий, чего хочет и на что ради этого готов и не готов пойти – вполне подходил на роль главы рода. А еще у него обнаружилась преотличная уязвимость, которую сам он пока не осознавал. Элсина, Эл. Чудная девушка. Милая, добрая, без предубеждений, с жаждой знаний и стремлением к независимости.

Осталось решить, как избавиться от Хагоса за три дня.

ГЛАВА 7. Индивидуальное обучение в магическом мире

Не знаю, что за дела были у Делсена с цвергами, но, похоже, он полностью их решил. Потому что наутро вспомнил о вчерашнем обещании и, едва дождавшись конца завтрака, спросил:

– Учиться будем? Я обещал тебе курс родовой ритуальной магии.

– Можешь начинать, – кивнула я, дожевывая булочку.

– Не так быстро. Пойдем, прогуляемся. Надо обговорить несколько моментов.

Улейв подмигнул:

– Не огорчай Элси, босс, сегодня никто не поможет тебе утирать ей слезы.

– А кружкой по башке? – мрачно пошутила я. За вчерашний срыв до сих пор было стыдно.

– Не догонишь, – этот шут вскочил и тут же оказался у дверей. – У меня дела далеко-далеко отсюда, так-то, милая Элси. Но если очень захочешь выплеснуть эмоции, босс в твоем распоряжении. И все кружки, какие здесь у нас есть, тоже! Пользуйся.

Делсен с каменно-спокойным лицом подхватил меня под руку, мы вышли на лужайку перед домом и свернули к озеру. Узкая тропинка, обсаженная высокими кустами роз, вынуждала идти вплотную друг к другу, но меня это не беспокоило. Просто прогулка. И разговор, скорей всего, исключительно деловой. В конце концов, вчера мы многое не успели обговорить, слишком суматошный день получился.

Ослепительно-голубое зеркало озера морщилось мелкой рябью под порывами холодного ветра с гор. Я поежилась, Делсен спросил:

– Замерзла?

– Да, надо было кофту накинуть. Но наша жара хуже. И вообще, лето в большом городе – это ужасно. Здесь хоть дышать есть чем.

Дышалось и вправду легче, чем в знойном асфальтово-бензиновом мареве летней столицы. Хотелось пить свежий, насыщенный незнакомыми и почему-то волнующими ароматами воздух, и смаковать каждый глоточек.

Делсен между тем свернул с тропинки вверх. Пришлось немного попрыгать по камням, и в паре десятков шагов обнаружился небольшой грот, а в нем – выбитая в камне лавка с толстым деревянным сиденьем. Казалось бы, довольно слабое укрытие от непогоды, но, наверное, усиленное чарами: здесь было тепло, а лавка так и манила присесть.

– Тебе удобно? – спросил Делсен.

– Да, здесь хорошо, – дерево было отполировано до шелковой гладкости, и вид на озеро открывался чудесный: края грота, словно рама, отрезали лишнее, оставив голубую водную гладь, в которой отражались белые облака и снежные вершины. – Приятное место. Только, скажи, зачем ты меня сюда привел, разве с ритуальной магией не в ритуальном зале надо разбираться?

– Ритуальный зал будет на втором этапе. – Делсен помолчал и вдруг спросил: – Ты мне доверяешь?

Кажется, я покраснела. Очень уж ярко вспомнилось, как он задал мне тот же вопрос в прошлый раз. И тут же рассердилась:

– Не вижу под ногами пропасти. Или ты снова задумал какую-нибудь авантюру вроде смертельно опасного ритуала?

– Сколько повторять, он не был смертельно опасным! И сейчас ничего опасного не будет.

– Тогда почему такие вопросы?

– Потому что я собираюсь применить к тебе ментальную магию, а для этого нужно доверие.

– Ну знаешь! – возмутилась я. – Раньше ты у меня разрешения не спрашивал. И не говори, что ты на меня ни разу еще не воздействовал – не поверю! Я, по-твоему, совсем ничего не замечаю?

– Я на тебя воздействовал только в смертельно опасных ситуациях, – нахмурился Делсен. – Только ради твоего и нашего спасения. Если ты в самом деле так наблюдательна, как говоришь, то должна это понимать.

– Может, и понимаю, но это не отменяет вопроса. Раньше ты разрешения не спрашивал и о моем доверии не беспокоился. Что изменилось?

Он пожал плечами:

– Сейчас речь не идет о жизни и смерти. Напрямую и немедленно, – добавил, подумав. – Хотя в перспективе нехватка знаний вполне может убить.

– Трудно не согласиться, – буркнула я.

– Я могу дать тебе книгу и объяснить, что захочешь, а могу вложить тебе свои знания напрямую. Это принципиально другой уровень воздействия. Глубже и агрессивней. Не наведенная эмоция, не трансляция какой-то мысли, а быстрая имплантация всей системы знаний. Если передать таким способом мое мнение о чем угодно, ты начнешь считать его своим, понимаешь?

– Ты можешь дать магически подкрепленную клятву, что не станешь так делать, – быстро сказала я. – Насчет мнений. Только знания.

– Не могу, – покачал он головой. – Это не так работает. В голове – не книга, в которой можно перелистнуть или вырвать ненужные страницы. Это знания, опыт, понимание. Я не буду ничего лишнего вкладывать специально, поставлю все возможные фильтры, но твердых гарантий дать невозможно. Подумай. Оставить тебя одну?

– Ненадолго, – согласилась я.

Он кивнул и ушел, а я забралась на лавку с ногами и замерла, глядя на озеро.

«Ты мне доверяешь?»

Почему я так разозлилась от этого вопроса? Нет, в самом деле? Я ему доверяю? Если бы не доверяла, меня бы здесь не было сейчас, разве нет? Я полетела сюда без тени сомнений, стоило ему позвать…

И, если не считать того опасного ритуала, других поводов для недоверия ни Делсен, ни Улейв не давали. А тогда – я ведь сама согласилась. Для них это было важно. Может быть, на самом деле вопрос жизни и смерти.