Изгнанная для князя Вьюги - Женя Громова

— Ты слишком много говоришь…

Глава 18. Ну нет!

С этим мужчиной никогда не знаешь, что тебя ждёт через минуту!

Его пальцы задержались на моих губах, и я почувствовала, как по телу пробежала дрожь. Жар от его прикосновения был таким неожиданным, что мне казалось, будто он оставляет огненно-ледяные следы на моём теле.

Я приоткрыла рот, чтобы сказать что-то — возразить, — но в следующий миг он сделал то, чего я никак не ожидала.

Рейнар притянул меня к себе, резко и решительно, одной рукой удерживая за талию, а другой оттягивая волосы на затылке. Его глаза, холодные, как северный лёд, вдруг вспыхнули, и это единственное предупреждение, которое я получила.

А потом он поцеловал меня.

Не было ни мягкости, ни нерешительности. Его губы обрушились на мои горячим и жадным поцелуем, как огонь, охватывающий сухую траву. Как ураган. Как шторм! Это был поцелуй, который не оставлял места сомнениям. Он забирал всё: дыхание, мысли, само время вокруг нас.

Я попыталась отстраниться, но его хватка была железной. Его пальцы сильнее прижали меня к нему, а губы настойчиво требовали ответа.

Это было слишком: слишком близко, слишком жарко, слишком властно. Но ещё более шокировало то, что часть меня хотела поддаться. Хотела раствориться в этих жёстких объятиях.

Его рука скользнула вниз по моей спине, пока другая удерживала волосы. Я почувствовала, что его пальцы сжимают меня крепче, и это заставило меня застонать — не от боли, а от того, как это будоражило.

Он услышал этот звук, и его поцелуй стал ещё глубже, ещё настойчивее. Казалось, он хотел доказать что-то — себе, мне, всему миру. Каждый его жест говорил: ты моя, и никуда от этого не деться.

Когда он наконец оторвался, мне казалось, что я забыла, как дышать. Его взгляд всё ещё пронзал меня, а дыхание было таким горячим, что казалось, оно согревает весь воздух вокруг.

— Теперь ты поняла? — спросил он, голос хриплый, срывающийся на рык.

— Да! — рявкнула я, а потом занесла руку для пощёчины.

Когда моя рука взметнулась вверх, готовая обрушиться на его лицо, он поймал её. Быстро, решительно, так, что я даже не поняла, как это произошло. Его пальцы крепко, но без боли сомкнулись на моём запястье.

— Не надо, — произнёс он спокойно, но в его тоне звучала сталь.

Я пыталась вырваться, но он стоял, как несокрушимая скала. Его хватка была крепкой, но не грубой, скорее предупреждающей. Его глаза, горящие ледяным пламенем, встретили мой взгляд.

— Ты не можешь меня трогать! — выпалила я, голос дрожал от злости и… не только от злости.

— Илария, — медленно произнёс он, — ты сама знаешь, что я могу.

Прежде чем я успела что-то возразить, он потянул меня ближе. Всего один шаг, и... мы оказались на кровати так быстро, что у меня закружилась голова. Его тело нависло надо мной, но он держал дистанцию, словно нарочно давая мне пространство.

— Ты не можешь! — крикнула я, снова пытаясь оттолкнуть его. — Ты не имеешь права!

Он смотрел на меня пристально, его взгляд прожигал насквозь, заставляя моё дыхание сбиваться.

— Мы во Вьюге, здесь другие права, — сказал он.

— Нет! — закричала я, пытаясь выпутаться из его объятий.

— Ты уверена? — спросил он тихо, но в его голосе было больше силы, чем в любом крике.

— Да! — ответила я без промедления.

— Тогда почему твоё сердце трепещет, как крылья ваших лесарских бабочек?

Его слова обожгли меня сильнее любого прикосновения. Я замерла, чувствуя, как внутри всё сжимается и пульсирует одновременно. Сердце и правда колотилось так, будто готовилось вырваться из груди.

— От страха! — выкрикнула я, но голос предательски дрогнул.

— Страх, значит? — Его губы тронула лёгкая усмешка. — А пахнешь ты не страхом, а желанием.

— Что? — нахмурилась я. — “Пахну”?

Я попыталась найти ответ, попыталась сформулировать что-то более менее напоминающее нормальное предложение, но слова не шли. Он, как хищник, терпеливо ждал, наблюдая за мной, его лицо было пугающе спокойным.

Но кажется время для моей передышки вышло. Он наклонился ближе.

— Чего ты хочешь от меня? — наконец бросила я, когда его лицо оказалось так близко к моему, что я могла почувствовать дыхание Рейнара на своих губах.

— Правду, — произнёс он, его голос был низким и обжигающим. — И тишину.

Его взгляд задержался на мне ещё на мгновение, словно он хотел убедиться, что я поняла его слова. Взгляд, полный непоколебимой силы и скрытой бури.

Рейнар медленно отстранился, позволяя воздуху заполнить пространство между нами. Его движения были плавными, контролируемыми, но в них чувствовалась напряжённость, словно он боролся с самим собой.

— Отдыхай, — сказал он, отворачиваясь.

Его голос прозвучал хрипло, но уже без прежнего накала. Он поднялся с кровати, забрал свои ножи со стола и накинул меховой плащ, который с мягким шорохом лёг на его плечи.

Я села, словно загипнотизированная, наблюдая, как он направился к двери.

На пороге он обернулся. Между нами осталась недосказанность. Но не сказав больше ни слова, он вышел, закрыв за собой дверь.

В комнате снова стало тихо. Только слабый треск магической сферы да моё учащённое дыхание напоминали о том, что я всё ещё здесь.

Я прижала ладони к щекам, чувствуя, как жар от недавнего разговора всё ещё пульсирует в моём теле.

— Тишина, — пробормотала я себе под нос, пытаясь прийти в себя. — Да он бы на ней женился, если бы мог!..

Глава 19. Шёпот ветра

Ночь. Тишина. Темнота. Одиночество.

А я всё ещё сидела на кровати, обхватив руками горящие щёки. Слова, взгляд, его близость — всё это оставило в голове хаос, от которого невозможно было избавиться.

Я невольно взглянула во мрак, туда, где предположительно была дверь, за которой исчез Рейнар.

Что вообще всё это сейчас было? Он сказал, что я “пахну”. Я не ослышалась. Значит ли это, что я имею дело с оборотнем? А вдруг он — тоже дракон? Я прикусила губу. Где он? Что делает? Неужели так сложно просто объяснить, что у него на уме? Или это его любимая игра?

С этими мыслями я уткнулась в подушку и громко выдохнула.

Он так и не пришёл. До утра.

Я проснулась от того, что меня нагло трясли за плечо.

Решительно, упорно и явно намереваясь довести дело до конца.

— Вставай, — раздался хриплый голос.

Я приоткрыла глаза и тут же зажмурилась. Надо мной стоял Рейнар, словно воплощение утреннего кошмара. Его тень