Изгнанная для князя Вьюги - Женя Громова

— Встаю, встаю, — пробормотала я, поворачиваясь на другой бок.

— Ты не двигаешься, — констатировал он.

— Это внутреннее движение, — ответила я, не поднимая головы с подушки. — Душой я уже на ногах.

Рейнар не разделил моей философии. Его руки обхватили край одеяла, и я с ужасом поняла, что сейчас произойдёт.

— Не смей! — вскрикнула я, но было поздно.

Одеяло исчезло. Вместе с последними остатками тепла. Я вскочила, кутаясь в плащ, брошенный на кровать.

— Встаю! — решительно сказала я и повернулась на другой бок.

Все эти походы по заснеженным лесам меня изрядно вымотали, и единственное, чего мне всерьёз хотелось — проспать всю зиму.

Только вот незадача, во Вьюге другого времени года последние четыреста лет не видели.

— Это жестоко! — возмутилась я, глядя на него с прищуром.

— Ты отдыхала всю ночь. Теперь пора идти.

— Очень смешно, — пробормотала я, садясь и приводя себя в чувства. — Куда мы идём на этот раз? Ещё один лес? Ещё одна деревня? Или, может, наконец, в столицу?

— Увидишь, — коротко бросил он, направляясь к двери.

— Какой понятный ответ, — пробормотала я себе под нос, но всё же последовала за ним.

Это было очень быстро. Мне было позволено умыться и собраться, и даже съесть завтрак, если успею. Я успела. Чему только не научишься в пути с таким жестоким мужчиной.

Затем Рейнар распахнул дверь, и я едва успела за ним. Он шагал вперёд, не оглядываясь, его движения были быстрыми, точными, словно у человека, привыкшего всегда быть на шаг впереди опасности.

— Куда мы так летим? — спросила я, но он даже не обернулся.

На первом этаже, у стойки, ещё сидело несколько мужчин, их взгляды тут же устремились к нам. Шрамированный, теперь с разбитой губой и злым прищуром, переговаривался с хозяином таверны, но при нашем появлении замолчал. Я почувствовала, как на меня наваливается их ненависть, словно морозный туман.

Рейнар остановился у стойки, бросил несколько монет, не произнеся ни слова, и толкнул дверь, впуская в помещение ледяной ветер.

— Ну, конечно, — пробормотала я, кутаясь в тёплый плащ. — Словно это что-то объясняет.

Снаружи воздух был свеж и резок, снег хрустел под ногами. Рейнар направился к стойлам, где стоял его конь. Я поспешила за ним, чувствуя, как взгляд Шрама и его товарищей буквально прожигает мне спину.

Конь всхрапнул, почуяв нас, и топнул копытом, словно приветствуя. Рейнар молча взял его под уздцы, провёл рукой по гривастой шее, и животное сразу успокоилось. Наши вещи быстро оказались пристёгнутыми к седлу, и я уже приготовилась взобраться на это чудовище, но Рейнар снова меня удивил — он хлопнул по крупу, вынуждая животное помчаться вперёд!

— Что?! — в шоке воскликнула я. — Что ты наделал?! Там же наша еда!

Глава 20. Догонят

Рейнар не соизволил ответить, а мне не оставалось ничего, кроме как последовать за ним.

Рейнар шагал впереди, словно не замечая холода. Его широкие плечи скрывала тёмная накидка, а мех на капюшоне был покрыт инеем.

Мы вышли на утоптанную тропу, ведущую из деревни. Ледяной ветер мгновенно ударил в лицо, заставив меня поёжиться.

— А что с жителями? — спросила я, оглядываясь через плечо. На пороге таверны уже показались несколько фигур. Среди них я разглядела Шрама. Он говорил с другими, активно жестикулируя.

— Скоро догонят, — коротко ответил Рейнар, прибавляя шаг.

— Прекрасно, — пробормотала я.

Холод пытался проникнуть под мою одежду. Рейнар, кажется, вообще не замечал этого. Он упрямо шёл вперёд, как будто мороз был его личным поклонником, а я вот плелась позади, одновременно подбирая слова, чтобы снова затеять спор.

— Ты хоть горячей воды мог бы предложить, — сказала я, с укором глядя ему в спину, сыр и хлеб на завтрак я ела в сухомятку.

— Для чего? — обернулся он.

Я открыла рот, чтобы ответить, но его взгляд остановил меня. Это был взгляд человека, который был готов убить за лишний вопрос. Поэтому я просто пожала плечами и решила, что разговор можно отложить.

— Не важно, — буркнула я, обняв себя за плечи и шагая следом.

Мы шли по тропе, которую трудно было назвать тропой. Лес сжимался вокруг нас, деревья с белыми, будто припорошенными сахарной пудрой ветвями, смотрели сверху вниз, как строгие старейшины. Снег хрустел под ногами, воздух был таким холодным, что дышать приходилось через выданный Рейнаром шарф, иначе мороз обжигал лёгкие.

— Куда мы идём? — спросила я, когда тишина стала слишком давящей.

— Вперёд, — коротко бросил он.

Я закатила глаза, зная, что с таким энтузиазмом от него больше ничего не добьёшься. Но молчать я не собиралась.

— Значит, ты думаешь, что теперь можешь так запросто меня целовать? — бросила я ему в спину, решив вернуться к тому, что меня волновало больше всего.

Он замедлил шаг, но не обернулся.

— А ты думаешь, что можешь влепить мне пощёчину, не заплатив за это? — ответил он спокойно, но с явной насмешкой.

— Это была самозащита, — возразила я, нагоняя его. — Я в праве защищаться, когда на меня нападают… особенно такими методами.

Он наконец остановился и повернулся ко мне, его взгляд был ледяным, но в нём сверкнуло что-то, что меня озадачило.

— Нападение? — переспросил он, насмешливо приподняв бровь. — Ты выглядела так, будто сама не против этого “нападения”.

— Какой же ты…! — возмутилась я, чувствуя, как щёки вспыхивают. — Невыносимый!

— Невыносимый? — Его голос был холодным, но тонулась тень усмешки. — Возможно. Но я редко ошибаюсь.

Он сделал шаг ближе, его взгляд обжигал, а голос стал ниже, опасно мягким:

— Твоё сердце кричало громче, чем твои слова.

Я замерла. Этот мужчина с его ледяным взглядом выбивал меня из равновесия.

— Моё сердце трепетало от страха, — упрямо ответила я.

Он наклонился ближе, его дыхание обжигало лицо, а в глазах вспыхнул холодный огонь.

— Тогда почему ты отвечала на поцелуй?

— Я не отвечала! — выкрикнула я, но голос дрогнул, предательски выдавая сомнения.

Его усмешка была лёгкой, почти неуловимой, и от этого ещё более раздражающей.

— Конечно, — проговорил он, развернувшись, будто разговор действительно окончен. — Убеждай себя дальше.

Я осталась стоять посреди тропы, злясь на него и на себя. Стиснув кулаки, я едва удержалась, чтобы не прокричать что-то в спину этому… урагану в человеческом обличье.

— Ну нет! — прошипела я, бросаясь за ним. — Мы ещё не закончили!

Но он шагал так уверенно, будто давно поставил точку в этом споре.

Я бросилась за Рейнаром, но он, казалось, совсем не замечал моего возмущения. Его шаги были быстрыми,