Поздравляю, Синичкина! Ты попала - Вероника Ольховская

Я глубоко вздохнула, собираясь с мыслями. Слова застряли в горле, но я знала, что должна признаться.

— Максим, — начала я твёрдо, глядя ему прямо в глаза. — Я должна тебе кое-что сказать.

Он напрягся, но не перебивал.

— Вчера я сделала тест, — продолжила я. — Целых пять… И все они положительные.

Максим смотрел на меня несколько секунд, переваривая информацию. А потом его лицо озарила улыбка… Такая широкая, такая счастливая, какую я ещё не видела.

— Ты шутишь?.. — недоверчиво спросил Максим.

— Нет, — помотала головой я. — Если не веришь, можешь сходить в ванную… Они там все на стиральной машинке лежат.

Максим продолжал смотреть на меня так, словно не верил своим ушам. Словно боялся, что все это сон, и он вот-вот проснётся…

— Ты выйдешь за меня?.. — неожиданно спросил он.

Теперь пришла моя очередь не верить.

— Что?..

— Замуж, — повторил Максим. — Выйдешь за меня?..

Я замерла, глядя в его глаза. В них не было ни тени сомнения, ни капли игры — только любовь, надежда и лёгкий, едва уловимый страх.

Максим боялся… Этот сильный, уверенный в себе мужчина, который привык контролировать всё вокруг, боялся моего ответа. Господи, как же это было трогательно!

— Я понимаю, рано, мы не так долго вместе, — тихо проговорил Максим. — Но я знаю точно — ты та, с кем я хочу прожить жизнь. А теперь ещё и… — он запнулся и ещё шире улыбнулся. — Я стану папой. Оля, я стану папой!

— Да, — не веря своим словам, прошептала я. — Да, конечно… Да!

Максим поцеловал меня. Нежно, бережно, до ужаса трепетно… Моё несчастное сердце, которое ещё несколько недель назад разбилось на этом самом месте на кусочки сейчас забилось с новой силой.

Оно не просто билось… Пело, ликовало от каждого прикосновения этого потрясающего мужчины.

Моего мужчины..

— Я люблю тебя, Оля, — нехотя оторвавшись от меня, прошептал Максим. — Очень люблю…

— И я тебя, — погладив его по небритой щеке, выдохнула я. — Люблю…

Свет из окна мягко освещал кухню, играя тенями на стенах. Я смотрела на Максима и думала о том, как же хорошо, что Паша изменил мне. Что Лера вытащила меня из дома в этот клуб… И как хорошо, что сейчас я была здесь.

С ним…

Эпилог

Восемь месяцев спустя

Я открыла глаза и несколько секунд не могла понять, где нахожусь.

Взгляд медленно сфокусировался на тусклой лампе, слегка мигающей прямо над моей головой. Воздух был наполнен запахами стерильной чистоты, лекарств и ещё чего-то неуловимо больничного.

А ещё где-то за стеной надрывно плакал ребёнок…

Я попыталась повернуться, но адская боль сковала тело. Меня словно переехал бульдозер… Яркие воспоминания, словно кадры из не самого приятного фильма, вспыхивали перед глазами, разрывая пелену забытья.

Схватки. Невыносимая боль. Нежные руки Максима, разминающие разрывающуюся поясницу, его голос, шепчущий: «Дыши, любимая, дыши со мной, я рядом». А потом — взволнованный голос врача, чьи-то быстрые команды, суета вокруг и холодок наркоза, погружающий в спасительную темноту.

Я с трудом повернула голову.

Максим, вытянув свои роскошно длинные ноги, уснул прямо на стуле рядом с кроватью. Выглядел он, признаться честно, неважно… Помятая рубашка, тёмная щетина, растрёпанные волосы. Даже во сне Максим хмурился.

То ли от неудобной позы, то ли от пережитого стресса…

Я смотрела на него и чувствовала, как сердце переполняют любовь и благодарность. Этот потрясающий мужчина не отходил от меня ни на шаг всё это время. Держал за руку, когда было страшно. Шептал что-то ободряющее, когда боль становилась нестерпимой.

— Максим, — тихо позвала я.

Даже не пошевелился.

— Максим…

Он резко дёрнулся, открыл полные дремоты глаза. Несколько секунд он растерянно моргал, пытаясь сообразить, где находится и что происходит.

А потом увидел меня.

— Оля, — облегченно выдохнул Максим. — Ты проснулась!

Подскочив, он в два счёта оказался на моей кровати.

— Как ты? Воды? Может, позвать врача? Я сейчас. Я быстро...

— Тише, — я поймала его за руку, останавливая этот ураган. — Всё хорошо. Посиди со мной…

Максим замер на мгновение, глядя на пальцы, сжимающие его запястье. Потом медленно опустился обратно на кровать.

Правда, мою ладонь он так и не выпустил. Поднёс к губам и нежно поцеловал.

— Я так испугался, — прошептал он, прижимаясь щекой к моей руке. — Когда ты побледнела... Когда они тебя увезли... Я думал, сойду с ума! Хотел разнести всё к чертям.

— Но всё обошлось, — натянуто улыбнулась я. — Мы справились!

— Ты справилась, — поправил Максим. — Ты — герой. Я просто находился рядом и, как последний трус, трясся.

Я с трудом перевернулась на бок и провела свободной рукой по колючей щеке.

— Не наговаривай… Если бы не ты, я бы, наверное, не вывезла.

Максим закрыл глаза, прижимаясь щекой к моей ладони. Мой сильный, уверенный мужчина сейчас был таким уязвимым, таким трогательным, что у меня невольно сжималось сердце.

Всё-таки кто бы, что бы ни говорил, женщины были более сильным полом…

— Я люблю тебя, — сдавленно прошептал Максим. — Очень.

— И я тебя, — так же тихо ответила я.

Несколько минут мы сидели молча. Я смотрела в окно на чёрное, морозное небо, которое было усыпано редкими звёздами, и чувствовала небывалое спокойствие. Максим же гладил мою руку, вычерчивая на коже невидимые узоры.

— Где Саша?.. — наконец, опомнилась я.

Мой мальчик. Долгожданный сын…

— В детском отделении. С ним всё в порядке… Сказали, чуть позже принесут кормить.

— Ты видел его?! — позабыв о боли, я поднялась на локтях.

— Видел, — глаза Максима загорелись пуще прежнего. — Он такой маленький. Даже крошечный… Я боялся к нему прикасаться — думал, сломаю. Но медсестра сказала, что это нормально, что все папы боятся, и просто сунула мне его в руки.

— И как? — улыбнулась я.

— Я забыл, как дышать, — честно признался Максима. — Стою, смотрю на этот комочек, и не могу поверить, что это наш. Что это я — папа… Что у меня есть сын!

Я слушала его и чувствовала, как на глазах наворачиваются слёзы. Про малюсенькие пальчики, про носик, про то, как смешно малыш морщился во сне…

Каждое слово Максима ложилось на сердце теплом, от которого хотелось закрыть глаза и раствориться. От безмерной любви, непередаваемого счастья и приятного тела, наполнявшего каждую клеточку моей души.

— Сашка похож на тебя, — продолжал Максим. — Те же бровки, тот же носик. И хмурится так же, когда недоволен. Точь-в-точь ты…

— Помнишь, как на УЗИ говорил, что он пойдёт в вашу породу?.. — я не у спустила