Печать безумных. Пророчество - Екатерина Ивановна Гичко

Послушно выпустив губу, Рияда всхлипнула. Лисьи глаза припухли, по лицу рядом с веснушками расползлись красные пятна, аккуратный вздёрнутый нос выглядел весьма простуженно. Слёзы его невесту совершенно не красили. Хотелось обнять её и долго-долго гладить по торчащим в разные стороны светлым вихрам и болтать какую-нибудь успокаивающую чушь.

— Нет, — Рияда обиженно искривила губы. Видимо, чувство вины требовало, чтобы её ругали. — Я рассказала папе и маме всё! Я хорошо запомнила торговца. Даже зарисовала его!

Викан с трудом сдержал смешок. Очень в её духе. Он нисколько не сомневался, что Рияда воскресила этот случай в памяти с мельчайшими подробностями.

— Тогда успокаивайся, всё хорошо. Его найдут.

— Ага, как же! — девчонка презрительно скривилась. — Они его теперь сто лет искать будут и не сыщут!

Выросшая на самом дне общества и всё детство промышлявшая воровством, Рияда мало верила в силу закона. Да и сама до сих пор не особо его уважала. Добиться того, чтобы она перестала хотя бы очевидно его нарушать, удалось большими усилиями со стороны отца, который доходчиво объяснил ей, что такое репутация и какое значение она имеет для уважаемого оборотня, ведущего торговые дела. Значение, которое можно было посчитать в деньгах.

— Я сама его найду и сниму с него шкуру! — кровожадно пообещала Рияда.

— Вот только посмей! Он в шкуре ещё пригодится на нужды страны.

— Он меня обманул! Мой первый подарок… — губёшки опять расстроенно задрожали.

Почему-то Рияда считала, что должна осыпать своего избранника подарками. Откуда она уж взяла эту глупость… Переубедить её не удавалось. Она была совершенно уверенна, что должна стать богатой, чтобы иметь возможность содержать мужа. Из-за этих её убеждений над Виканом постоянно подтрунивал Леахаш, да и отец порой подшучивал, что надо ему обеспечить младшего сына достойным приданным.

Первый подарок для Рияды был самым важным. Лавка, которую она открыла при поддержке отца Викана, только-только начала приносить доход, и что-то дорогое девушка себе позволить не могла. Поэтому искала не ценное, а оригинальное. Брошь из дерева с разноцветными разводами вполне соответствовала её целям и возможностям.

И для Викана этот подарок тоже был дорог. Мелкая ведь так старалась, когда искала его. Обшарила весь город. Он лично два раза ловил её на чёрном рынке! Заразина…

— Ну вот, теперь подарки буду делать только я.

— Так нельзя, — Рияда упрямо прищурила лисьи глаза. — Я обещала, что ты никогда и ни в чём не будешь нуждаться…

— Хватит, — поспешил осадить её Викан. — Моё самолюбие сегодня и так пострадало. Тебя вообще как сюда пустили?

— Взятку дала! — на заплаканном лице появилось привычное наглое выражение.

— Охранникам деда? — развеселился Викан. — Скорее уж дед позволил им нажиться за твой счёт. Но я не про это. Почему тебе позволяют так свободно разгуливать? Ты же тоже прикасалась к амулету.

— Не прикасалась, — расстроенно протянула девушка, утыкаясь лбом в решётку. — Сперва думала, что прикасалась. Но меня сразу оттащили к этому… в лечебницу для двоедушников. Он что-то там посмотрел и сказал, что нет, у меня никто не бывал. А если побывает, то пожалеет.

Девчонка обиженно и зло прищурилась, а Викан разразился хохотом.

— Потом начала вспоминать и поняла, что действительно не трогала эту деревяшку. Как-то так получилось, что скляда та завернула её сразу в шёлк, а я и не разворачивала. Знала бы, всю бы обмацала! Пусть бы только явился… хоть кто-то явился! Я бы такое устроила! Он бы у меня до скончания веков в чужие головы лезть боялся! Викан, прости меня, — Рияда стремительно из боевого настроя опять перешла к слезам. — Тебя теперь из сыска выгонят, да? Я слышала. И запрут? Давай сбежим! Мы сейчас с Хошем решётку выдерем и умчим тебя подальше отсюда!

Дракон с готовностью рыкнул. Викан в который раз пожалел о щедрости отца, который решил поощрить усердность своей ученицы. Нет, всё-таки дарить дракона девчонке с преступными наклонностями безответственно!

— Думать не смей наносить урон дедовскому дому! Я никуда сбегать не собираюсь. И подбери сопли. Всё образуется.

— Да кто образует⁈

— Риядера!

Судя по всему, мама искала девчонку на улице. И дракон, и Рияда вздрогнули и воровато обернулись.

— Не заставляй мать нервничать. Иди, — велел Викан.

Лисьи глаза посмотрели на него самым несчастным образом, и мужчина всё же протянул руку между прутьями и погладил прижмурившуюся девчонку по мягким волосам. Та совсем поникла. Но уныние не длилось долго. Вскинув голову, она решительно поджала губы, шмыгнула носом и заявила:

— Я всё исправлю!

— Только… — начал было Викан, но Рияда свистнула, и дракон, оттолкнувшись от стены, круто развернулся и тяжело взмыл вверх, — … посмей. А-а-а-а! Эй, охрана! Донесите моему отцу, что его воспитанница полетела восстанавливать справедливость. Эй, поганка! — что есть мочи крикнул он вслед улетающей девушке. — Если тебя опять поймают в злачном месте, перемещаться ты будешь только пешком!

— Не поймают! — проорала в ответ та.

Обеспокоенный Викан раздражённо зарычал, подозревая, что реально не поймают.

Но это не означает, что она туда не сунется.

— Уф-ф-ф, — Риш с тяжёлым вздохом рухнул в кресло, сбрасывая маску холодной отстранённости, которую нёс на лице до самого кабинета. — Что у нас ещё осталось?

Поморщившись, он посмотрел в окно, где над деревьями догорал закат.

— Самое основное всё равно не успели, — с досадой отозвался Саврий, выглядящий против обыкновения даже замотаннее хайнеса. На документы он смотрел с отвращением, а в окно — с такой же тоской, что и господин.

Переговоры с давриданцами о совместных владениях в Рирейских горах шли туго. Они всегда туго шли, Риш и не был готов к тому, что они быстро придут к решению, которое устроит обе стороны. Всё же владения — лакомые алмазные рудники. И то, что они столько веков умудряются договариваться, а не рвать друг у друга шахты из рук насильным путём, всё же говорило о высоких дипломатических способностях обеих сторон.

Ещё бы обе стороны не стремились покрасоваться этими способностями со всех сторон, а быстрее переходили к делу. Риш был готов завершить обсуждение как можно скорее, но ни его советники, ни советник Рем не хотели торопиться и с удовольствием отдавали дань политическому красноречию. От их велеречивости уши заплетались. Самое паршивое, для переговоров отводилась добрая часть дня, что приостанавливало ход других дел. В частности, Риш бы с бо̀льшим интересом лично проверил, насколько эффективен пущенный слух о его отношениях с даной Лиркаа.

Ему пришла в голову блестящая идея оправдать свой порыв заботой о бывшем друге. Мол, он испугался, что крайне щепетильная магичка собралась за