Ильхан. Несмотря ни на что – моя! - Лика П.

— Охмурила моего мальчика! — шипящий голос Ангизы прозвучал как пощёчина.

«Ну давай, ты ещё добей меня, змея подколодная!», — подумала, громко вздохнув.

— Что тебе надо? — устало спросила, не до расшаркиваний мне сейчас, и плевать, что она вдвое старше меня.

— Мне что надо? Мне?! Ты что задумала? — её глаза прямо прожигали меня.

— Спроси у своего племянника, — ответила я и плюхнулась за стол, взяла кофе и стала демонстративно пить.

Поджав губы-нитки, Ангиза закивала головой, как «китайский болванчик» на панели машины:

— Ангиза сразу тебя раскусила, ах ты ж зме-я-я.

Я чуть не прыснула кофе.

— Это я-то? — меня разобрал смех.

— Вот это всё, — подняла она руку и обрисовала в воздухе круг, — не для тебя, и даже не надейся. Думаешь, Хан замуж тебя возьмёт? Не-е-ет, — зыркнула на меня своими глазами, — у него невеста есть и ждёт его покорно. Красавица, волосы смоляные, не то что у тебя, аж глаз режет, смотреть противно! Поняла? С тобой поиграет и выкинет.

После её слов меня вдруг затошнило и ещё больше в голове всё запуталось. «Мало мне ребусов, так ещё и невеста».

— Уйди, надоела, тебя слишком много, — сказала я и надкусила рахат-лукум с орехами.

— Зулнара-а-а!!! Зула-а-а!!! — заорала Ангиза, и у меня аж в ухе зазвенело.

— Ммм… вкусно, — делая вид, что мне всё равно на неё, облизываю пальцы, хотя на самом деле я вообще не чувствую вкуса.

— Я здесь. Что случилось? — краем глаза увидела, что в столовую влетела Зула. У меня даже пальцы дрогнули, так я нуждалась хоть в чьей-то защите, но упорно продолжала есть восточные сладости.

— Уведи с глаз моих, чтобы я не видела эту… бесстыжую! — последнее слово тётка Хана буквально выплюнула.

— Ангиза… Ангиза… хозяин вернулся в дом, — кто-то позвал её. Она сразу встрепенулась и, поправляя на ходу платок, пошла из столовой. Из-за её крутых бёдер подол платья ходуном ходил.

— Что произошло, Ева? — подошла ко мне Зула.

Я оглянулась посмотреть, ушла ли надзиратель этого дома, и кинулась в объятия домработницы.

— Ну что Вы, что Вы, — она стала гладить меня по спине успокаивая.

— Прошу, Зула, уведи меня в место, где я не увижу этих родственников.

Глава 12. Ева

— Ты здесь живёшь? — спросила я, когда Зулнара привела меня в небольшой уютный домик. Прохаживаясь внутри, рассматривала интерьер комнат, которых было две.

— Да, хозяин был великодушен и предложил мне здесь жить.

Я повернулась к домработнице.

— Видать, ты у него на хорошем счету, у нас, в папином доме, ни один работник не имел отдельного домика, — улыбнулась ей.

— Ильхан хороший человек, — похвалила хозяина Зула, и моя улыбка сошла с лица.

— Кому как, — произнесла я с тяжёлым вздохом, — мне он противен.

— Вы его просто ещё недостаточно знаете, а когда узнаете, то полюбите всем сердцем.

— Ещё чего! — тут же взбрыкнула я. — Чтобы я полюбила такого, как он? Да никогда!

Зула лишь мягко улыбнулась на моё высказывание, но глаза её при этом оставались грустными.

— Всему своё время, ещё и замуж за него захочешь.

— Замуж?! За кого? За этого черномазого мусульманина?! Стать второй или пятой женой?! — вытаращила я глаза на женщину, лицо которой после моих слов будто окаменело. — Прости, Зула… я… Это во мне говорит злость, я ко всем национальностям хорошо отношусь, — но она молчала. Я села на диван и виновато опустила голову. — Меньше всего мне хотелось обидеть тебя, ты добрый и светлый человек. Скажу, что никакое время не поможет, для меня он есть и останется насильником. Тебе не понять.

— Отчего же… я прекрасно знаю, что такое насилие, и оно совсем разнится от того, как Ильхан поступил с тобой, — Зула впервые говорила резко и стала раздеваться. — Я тебе наглядно покажу, что значит насилие.

— Что ты делаешь? — выпрямилась я на месте. Когда же она сняла с себя платье с комбинацией и повернулась ко мне спиной, я ужаснулась — вся её спина и бёдра были иссечены глубокими шрамами. — О боже-е-е… — воскликнула я, прикрыв рот ладонями, от шокирующей картины, что предстала передо мной. — Кто сделал это с тобой, Зула?

— Мой муж, — безэмоционально ответила она.

— Муж? — я была поражена.

— Да, — ответила Зула, надевая обратно одежду. — Если думаешь, что меня выдали замуж насильно, то нет, я хотела выйти именно за него. Хотя у нас всё решения и принимают за тебя, но я влюбилась без памяти, дни считала. А в первую брачную ночь с меня слетела пелена влюблённости — муж меня избил и насиловал до разрывов. У меня навернулись слёзы и побежали по щекам.

— А как же родители, они узнали, ты рассказала им?

— У меня нет родителей, только родственники. Они ничего и слышать не хотели.

— Ты смогла уйти от него? — я пребывала в таком шоке, будто сама пережила весь этот кошмар.

— Смогла… — окончательно одевшись, она развернулась ко мне лицом. — Убила ублюдка.

— У-уби-ила-а? — мои глаза разве что не вывалились из орбит.

— Да. После полугода истязаний надо мной. Удивлена?

— Я… ну… ты не похожа на убийцу, — залепетала я растеряно.

— Я и сама не знала, что способна на крайние меры, но рано или поздно он убил бы меня. Его родственники и мои хотели потом совершить самосуд надо мной. Меня спас Ильхан.

— Как он смог?

— Не знаю, думаю, что он заплатил большие деньги и вывез меня из страны. С того дня я живу здесь. Я очень благодарна ему, он оплатил моё лечение, оно было долгим и болезненным. У меня никогда не будет детей, а я так хотела.

Услышав эти слова, я вообще заревела, а Зула погладила меня по спине со словами:

— Не плачьте, Ева, я уже смирилась.

— Зула, мы же уже перешли на ты, — всё ещё всхлипывая, напомнила ей.

Она мне улыбнулась, достала из кармана носовой платок и, промакивая мои слёзы, сказала:

— Хорошо.

— Твоя история очень печальная. Я рада, что ты смогла вырваться из этого ада. Что же касается моей, то когда девушка против, это ведь является насилием. Понимаешь, Зула? — я подняла на неё заплаканные глаза.

— У меня другой пример, — вздохнула она.

— Да уж… — порывисто вздохнув, я решила перевести тему: Скажи, пожалуйста, Азиз — это сын Ильхана?

Зула усмехнулась и лукаво посмотрела на меня.

— Не начинай, прошу тебя, это простое любопытство. А то сейчас придумаешь, что я питаю к нему тёплые чувства, — шмыгая носом, я закатила глаза.

— Нет, Азиз —