Новое тело для попаданки - Ариана Рос

Я перевариваю информацию.

— И где она сейчас?

— В гостевых покоях. Сегодня хотел познакомить её с лазаретом. Надо присмотреться к ней.

— Хм, — я продолжаю наводить порядок на перевязочном столе, — Целительница без магии, в вашем мире... в нашем.

— Да, — Том смотрит на меня с каким-то странным выражением, — И, похоже, руки у неё золотые. Раз смогла принять роды в лесу, без магии, без ничего.

Я молчу.

— Роб, — Том смотрит на дверь, потом на меня, — А что, если она останется? Помогать тебе?

— Помогать? — я кривлю губы, — Ты серьёзно?

— А почему нет? Ты сам говорил, что без ассистента на долгосрочную перспективу не справишься. А она, судя по всему, дело знает.

— Она девушка, — возражаю я.

— И что?

— Ну... — я задумываюсь, — Хирургия — это не женское дело.

Том вскидывает брови в изумлении, но ничего не говорит.

Я продолжаю делать свои дела молча несколько минут, пока в дверях не появляется заспанный адепт с подносом, полным склянок. Он спотыкается о порог, и поднос летит на пол.

Стерильная тишина разгоняется звоном вдребезги разбитого стекла.

Я замираю, глядя на осколки. Том смотрит на адепта с выражением глубочайшего сочувствия.

— Вениам, — говорит он проникновенно, — ты сегодня решил удивить нас новой техникой дезинфекции?

Парень краснеет, начинает что-то лепетать. Я усмехаюсь.

— Иди, — машу рукой, — Возьми веник, никакой магии. В следующий раз сначала смотри под ноги.

Адепт исчезает быстрее, чем я успеваю договорить.

— Талант, — констатирует Том.

— К уничтожению лабораторной посуды, — добавляю я.

Мы оба улыбаемся.

— Если следующий, вошедший в эту дверь, будет столь же талантлив, я решу, что сегодняшний день не задался, — говорю, громко вздыхая.

— Ха-ха, — смеётся Том, — Сейчас повалят пациенты — ты так и так это решишь!

— Надеюсь, у меня ещё есть немного времени. Я не жду раненых с утра, пусть сначала успеют позаниматься учёбой, затем уже друг друга калечат.

— Небось Квазар первым придёт на перевязку, он точен как часы, лишь бы на полигон побыстрее вернуться!

— Не думаю, первой приковыляет девушка с тростью, она уж очень активно мне вчера строила глазки, говорила, что придёт утром, — усмехаюсь я, — Сегодня точно продолжит соблазнять!

— Ты слишком много о себе возомнил! — подкалывает меня Том, — А давай поспорим.

— На что?

— На желание, — Том хитро прищуривается, — Если первым войдёт Квазар — выигрываю я. Если твоя поклонница с тростью — выигрываешь ты.

— А если кто-то другой?

— Тогда спор не засчитывается, и остаёмся при своих.

— Идёт, — я протягиваю руку, — Квазар или девушка. Никаких других вариантов.

Том хлопает по моей ладони.

— Договорились.

Мы замираем, глядя на дверь. Тишина в лазарете становится почти осязаемой.

— Девушка с тростью, — шепчу я, подмигивая Тому.

— Квазар, — парирует Том, сощурив глаза.

Дверь распахивается с такой силой, что ударяется о стену.

На пороге стоит Квазар. Бледный, взъерошенный, тяжело дышит. На руке — свежая повязка, пропитанная кровью.

— Господин Роберт, — выпаливает он, — там на полигоне… заклинание снова дало сбой… меня задело… я думал, не дойду…

— Садись, — командую я, подхватывая его под локоть и усаживая на стул, — Том, помоги с перевязкой.

Том уже у стеллажа, молча подаёт бинты, мазь. На его лице — довольная улыбка.

— Ну что, Роб, — говорит он, пока я разматываю повязку, — я выиграл.

— Квазар вошёл первым, — цежу я сквозь зубы, осматривая рану, — Не спорю.

— Значит, желание за мной.

— Значит, так, — соглашаюсь я, — Что ты хочешь?

— Потом скажу, — Том улыбается ещё шире, — Когда придумаю.

Я хмурюсь, но ничего не отвечаю. Рана неглубокая, но кровит. Я промываю, накладываю мазь, начинаю бинтовать.

В этот момент дверь снова открывается.

Я смотрю вполоборота. На пороге стоит девушка. Миловидная, с аккуратной косой светлых, почти льняных волос. Простое серое платье сидит ладно, подчёркивая лёгкую, изящную фигуру. Через плечо перекинута холщовая сумка, которую она придерживает рукой, словно боится потерять. Она делает шаг в лазарет, оглядывается. Взгляд спокойный, но я замечаю, как она сжимает ручку сумки.

— Мара, — Том приветствует девушку, — Проходи. Это Роберт, наш хирург.

Она кивает. Я продолжаю смотреть на неё из-за плеча и вдруг ловлю себя на мысли, что что-то в выражении её лица кажется мне знакомым. Но я не могу понять, что именно.

— Очень приятно, — говорю я, затягивая последний узел на повязке Квазара, — Том говорит, вы приняли роды в лесу?

— Да, — отвечает она, голос спокойный, ровный, — Дин с Лизой нуждались в помощи.

— Без магии, — уточняю я.

— Без магии, — подтверждает она.

Я отпускаю Квазара, вытираю руки и поворачиваюсь к ней.

Мара

Я просыпаюсь оттого, что кто-то тихо скребётся за дверью. Мгновенно открываю глаза, сердце колотится где-то в горле. Вокруг — каменные стены, высокий потолок, узкое окно, в которое бьёт утренний свет. Чужая комната. Чужая жизнь.

Воспоминания накатывают тяжёлой волной. Я машинально растираю плечо — мышцы ещё саднят, словно я не спала, а разгружала вагоны. Это тело всё ещё чужое. Иногда я поворачиваюсь слишком резко, не рассчитав его лёгкость и длину, и натыкаюсь бедром на мебель. А когда вижу в зеркале блондинку, до сих пор вздрагиваю, не сразу понимая, что это я. Старуха на берегу, лес, погоня, роды в лесу, ворота Академии, крики «Адель!», дракон, Дин, Том, койка в гостевых покоях. И сон без сновидений. Я будто прихожу в себя.

За дверью снова скребутся. Я приподнимаюсь на локтях, и тело отзывается тупой болью в мышцах. Всё болит — спина, плечи, ноги.

— Войдите, — мой голос уже не кажется мне чужим.

Дверь приоткрывается, и в щель просовывается голова девушки в сером платье. Лицо молодое, круглое, глаза настороженные.

— Леди Мара? — шепчет она, — Вам завтрак принесли. Господин Том велел передать.

Она проскальзывает в комнату, ставит на стол поднос, кладёт рядом свёрток ткани и тут же отступает к двери, будто боится, что я на неё наброшусь.

— Спасибо, — говорю я.

Девушка кивает и исчезает за дверью,