Сделай мне красиво! - Дина Зарубина

– Но Просперо не мог слышать, что ты говорила. Каким образом ты на него воздействовала?

– Н-не знаю. Со мной такое первый раз. Честное слово! Я никогда!

Мать Лаура достала круглый серебряный артефакт из стола.

– Положи на него руку, Лотта. Не бойся.

Я положила слегка трясущуюся руку сверху холодного кругляша. Красный кружочек на краю диска не сдвинулся.

– Слава Секлетее, – мать Лаура с облечением выдохнула. – Дара нет. Магистр тоже будет тебя проверять, и теперь нам нечего бояться.

– Нам?

– Конечно, – она снова усмехнулась. – Чего стоит настоятельница, просмотревшая ведьму? Меня заточат, тебя сожгут.

– Я не понимаю, сила есть, а дара нет?

– Что ты вообще знаешь о магии?

– Почти ничего. Что патер Цецилий в Ринге говорил, то и знаю. Маги зло, ведьмы зло.

Настоятельница побарабанила пальцами по столешнице.

– Сделаем так. Поступишь к Поликсене под начало. Мать Нисимина жаловалась, что ты ни к чему не пригодна. Попробуешь лечить больных.

– Мать Лаура, я же не умею лечить! Корнелия просто очень внушаемая, вот и получилось, а у Просперо не было органических поражений, чистая психосоматика… – торопливо захлопнула рот. Поздно!

Настоятельница наклонилась над столом.

– И откуда слабоумная дурочка из захолустного Ринга знает такие слова?

– Тетка говорила, все болезни от нервов! Только срамные болезни от любви! – пошла я ва-банк. – То есть, все от души! Если поправить в ней, то тело исцелится! Я книжки брала у патера Цецилия, там много было про душевные и нервные болезни, внушенные и наведенные. Слово лечит, им и убить можно.

– В твоих речах есть смысл, – кивнула мать Лаура. – Но лечить души умеют очень немногие. Попробуешь. Ступай к Поликсене завтра же с утра.

– Да, матушка, – ну, а что еще можно было ответить? Не мне спорить с настоятельницей, да и отказ не предусматривался.

Глава 8

Дядька вернулся, как обещал, через десять дней. Я сильно подозревала, что в Самбуне у него вторая семья. Доехать неделя, а еще три дня на что? В винопитии и страсти к азартным играм дядька замечен не был. Значит, баба.

Впрочем, что мне до теткиных страданий, у меня своих проблем не разгрести лопатой.

Целительский дар? Да еще и такой, что позволяет справляться с заиканием? Я ведь Селену избавила от недуга! Сама не заметила, как. Просто достало меня вслушиваться, когда она очередной фразой разродится, и пожелала ей нормально говорить. И вот…

Глаза дядьки заблестели, мысленно он уже стал барыши подсчитывать. Это же золотое дно! Дара нет, по всем признакам, а исцеление – есть! Не иначе, провидение вмешалось! А за внимание свыше платить надобно! Бесплатно только кошки родятся. Беспородные, дворовые. А породистой кошечке и ветеринара, и лекарства, и корм такой, что хозяевам дешевле ее парным мясом кормить.

Однако аббатиса его меркантильные желания вернуть меня в Рингу и денежки грести лопатой, обрубила на корню.

Девушка привезена в монастырь? Пребывание и послушание оплачено? Подарочки не отдарочки! Сегодня вы ее в божий дом привезли, радовались, что с рук сбыли, а завтра забрали? Не гоже так! А кому полечиться надо, так милости просим! За совсем другие деньги. Ибо святые стены раскрыли дар! Благодаря неусыпному попечению монахинь. Вот сюда и деньги несите, не стесняйтесь.

Паломников прибавится, скорбных телом и духом привозить начнут, монастырь оживет, может, и крышу починить удастся к зиме?

В Рингу дядька поехал, несолоно хлебавши. Пробовал бурчать, что не будет бельишко брать торговать, так ему экономка в глаза рассмеялась. Он не будет – других найдем! За меньший процент! Вон Просперо жилы рвет, что угодно для монастыря сделать готов! Не то, что подштанники с панталонами до Ринги возить!

Просперо утром из лекарской вывалился, едва стоя на ногах, с распухшими губами и синими тенями под глазами. Сестра Поликсена, как сытая кошка, улыбалась и облизывалась.

Но ведь бедолагу к себе тотчас аббатиса призвала и двое суток не выпускала из покоев! Мать Роберта лично им обеды носила, чтоб хоть одним глазком поглядеть! Она на кухне была и преображение Просперо пропустила. А слухи выше крыши уже вспенились и весь монастырь затопили поверх крепостных стен.

Если Просперо здоров, то нечего ему делать в монастыре, чай, не калека убогий. Матис сразу сказал, если Просперо изгонят, так и он с сыном уйдет! И пусть груши пропадают со сливами! Сын дороже!

Тут и ответ из консистории пришел. Направлен к нам магистр Кристобаль. Ждите. Маслицем запасайтесь. Неужели мать Лаура полагает, что им в консистории делать нечего, кроме как отвечать на письма экзальтированных дамочек? Ну, если на простой язык перевести.

А по-написаному, так консистория очень сильно сомневалась, что излечение имело место, и за попытку аббатисы привлечь внимание к своему захудалому монастырю мягко пеняло. Чудеса – дело тонкое. Их комиссия должна всесторонне изучить, проверить, зафиксировать, запротоколировать. И решить, было чудо или нет. У них уже все спланировано, деньги давно поделены, а вы тут вдруг лезете из глухого угла со своими глупостями! Если патер Фернан в маразм впал и ваши инсинуации поддерживает, то сменить духовника не сложно, есть в королевстве провинившиеся или просто неугодные патеры.

***

Теренс сдаваться тоже не собирался, нахлестывая лошадок. Ох, уж эта с-с-упруга! Чего перепугалась, дура взбалмошная? Сама же сказала, артефакт не сработал, мимо стража прошла орденская. Нет, всю плешь ему проела, отдохнуть дома не дала, надо избавиться от девчонки, наведет она на них беду! Взбучка ждет супругу, это точно! Дура она, а не Лотта! Он же с ней разговаривал, девчонка разумная, стойкая, даже не заплакала, в лесу одна очутившись. Нет, жена вдолбила ему, что в голове у племянницы пусто, в груди туман, под подолом ураган, увози ее немедленно! Дескать, влюбилась дурочка в магистра, а дуры влюбленные на то и дуры, чтоб объекту страсти на глаза почаще попадаться, под руку лезть и внимание привлекать. Где магистр и где Лотта? Он, поди, и не заметил девчонку. Она для него навроде таракана, нищая, безродная сиротка. Когда есть дочки у барона Роттерхайма, и у градоначальника, сама виконтесса с отцом наезжает изредка в Рингу.

Теренс сердито сплюнул в траву, продолжая невеселые размышления. Нет, жену он точно поколотит! Такие возможности из рук выпустить! Целительство, поди, церковью одобряемо и поощряемо, а вот не догадались. Ладно он, его дома не застанешь, а жена-то все время с Лоттой жила, дура старая! Еще и жаловалась, что тяжко ей по