Бомбочка-Незабудка - Кэролайн Пекхам

— Я правая рука господина Орлова, Юрий Соколов, — сказал он отрывистым тоном, его взгляд подозрительно блуждал по нам двоим, пока он называл настоящее имя царя, но никто не называл его иначе, чем титулом, который он либо присвоил себе, либо получил в какой-то момент во время повышения своего статуса. Насколько мне известно, он происходил из богатой семьи, но титул миллиардера он присвоил себе сам. Если эта сделка — плюс бесчисленные другие, в которых, как я знал, он принимал участие по всему миру, — была для него показателем того, что он еще не закончил зарабатывать деньги. — Если вы хотите продолжить эту встречу, господин Орлов настоял на том, чтобы вас обыскали. К сожалению, есть несколько... дезинформированных офицеров, работающих в Интерполе, которые решили нацелиться на него не иначе как из-за мелкой ревности. Это значит, что мы не можем быть слишком осторожны, особенно при проведении деловой встречи.

— Ты прав, приятель, — сказал я, похлопав Юрия по плечу достаточно сильно, чтобы аккуратная бородка цвета соли и перца, покрывавшая его подбородок, хорошенько встряхнулась.

Он выглядел готовым выпотрошить меня за то, что я поднял на него руку, но Аня шагнула вперед, чтобы привлечь его внимание, пока мне не пришлось беспокоиться о том, чтобы отбиться от телохранителя.

— Я не совсем уверена, что я могу прятать в этом платье, но вы можете проверить, — сказала она знойным тоном, оглянувшись на меня через плечо, и в ее темных глазах заплясало веселье, когда она протянула руки для досмотра.

— Хельга позаботится о вашем досмотре, миссис Батчер, — ответил Юрий, отступая назад и вздергивая подбородок, чтобы вызвать из тени еще одного телохранителя. Плотный занавес закрывал нам обзор дальше ложи, чем эти несколько хорошо вооруженных головорезов, так что на данный момент они полностью занимали мое внимание.

Хельга вышла вперед с размашистым шагом и широкой челюстью, ее телосложение было значительно больше, чем у Юрия, а мертвый взгляд в ее глазах достигал пределов некротического.

Аня пробормотала ей что-то по-русски, и Хельга удивленно вскинула бровь, прежде чем ответить, и они завязали беседу, как лучшие друзья, пока она начала проверять мою жену на предмет того, что скрыто под ее одеждой.

Когда я вошел в комнату, мой взгляд встретился со взглядом Юрия, и я улыбнулся ему с вызовом и протянул руки, чтобы он меня осмотрел.

Аня и Хельга продолжали болтать, и я провел языком по щеке, не желая чувствовать себя в стороне от того, что они обсуждали. Мне определенно нравилось, как язык Ани обволакивает язык ее рода.

Возможно, у меня развивалась нездоровая одержимость моей женой, но это не означало, что я ей безоговорочно доверял. Она была хитрой штучкой, когда у нее было настроение, и как бы я ни хотел полностью довериться ей, я знал, что был бы дураком, если бы сделал это. Не так давно она пыталась бежать от меня, и я не собирался выпускать ее из виду, пока мы здесь.

Тем не менее, когда дело дошло до тонкостей этого плана, я вынужден был признать, что доверяю ей. Она была рада участвовать в этом. Это было видно. Неважно, как сильно она пыталась это скрыть. Ее братья были чертовыми дураками, не подпускавшими ее к такой работе, потому что мне было более чем ясно, что она рождена для этого.

Юрий вытащил пистолет, который я носил, из кобуры в пиджаке костюма и осмотрел его, обратив внимание на глушитель, который я прикрепил к нему, вытряхнул пули, заменил их одну за другой и вернул оружие в кобуру.

— Вы хорошо заботитесь о своём оружии, — прокомментировал он, немного ослабив презрение в своем тоне, пока он доставал мой телефон из кармана.

— В этом мире есть две вещи, которые я никогда не оставлю без должного внимания, приятель, — сказал я ему, когда он стал обыскивать мои ноги в брюках, его крепкая хватка обхватила мои икры. — Мое оружие и моя женщина. Пренебрежение любому из них может легко привести к моей смерти.

Аня бросила на меня горячий взгляд при этих словах, и я усмехнулся ей, прежде чем Юрий обхватил мои яйца так сильно, что я мог только предположить, что он пытается взвесить этих ублюдков.

— Полегче здесь, парень, — рыкнул я, когда он закончил свои поиски, но он проигнорировал меня, прежде чем повернуться, взять датчик в форме весла и позвать меня ближе.

Я потакал их дерьму, пока датчик блуждал по всему моему телу в поисках проводов или жучков и ничего не нашел, прежде чем нас наконец сочли приемлемыми.

Мой телефон был помещен в черный ящик, который, очевидно, блокировал все сигналы от него, и Юрий захлопнул крышку, сообщив мне, что я смогу забрать его, когда мы уйдем. Я должен был признать, что это было странно, когда у меня забрали телефон и при этом разрешили оставить оружие, но я ожидал этого, исходя из того, что мы узнали о Царе.

— Сюда. — Юрий протиснулся сквозь черный занавес, и я снова обнял свою жену, обхватив ее за поясницу и наклонившись ближе, чтобы поцеловать ее светлые волосы, вдыхая ее аромат.

— Готова, секс-бомба? — пробормотал я, и она, кивнув, улыбнулась мне.

Ее кожа чертовски сияла, глаза были яркими, а губы естественно изгибались в уголках, в то время как ни одна нота музыки не освещала ее. До сих пор я не видел ее настолько воодушевленной ничем, кроме секса и музыки, и я обнаружил, что мне очень нравится видеть ее такой.

Личная ложа была огромной, оформленной в основном в белых тонах, с обеденным столом из слоновой кости в дальнем конце и длинными стеклянными дверями, закрытыми перед балконом, который выходил на ипподром.

Пара официантов стояла с одной стороны комнаты, и мне пришлось сдержаться, чтобы не захихикать, глядя на Фрэнка, одетого в костюм пингвина с подносом шампанского на руке. Все сходилось.

Царь стоял у стеклянных дверей, его руки были сцеплены у основания позвоночника, а тело облегал холодно—белый костюм.

Он был высоким мужчиной, ему было чуть за сорок, и он был очень собранным. Все в нем говорило о деньгах, начиная с ухоженных ногтей и заканчивая монограммной булавкой для галстука, сверкающей бриллиантами на его сшитом на заказ костюме.

— А, мистер Батчер,