Серый кардинал империи: Путь в чины - Dimash Suleimen

На сей раз пираты проявили завидное терпение. Они дождались, пока солдаты гурьбой сойдут на берег и только тогда с дикими криками бросились в атаку. Регулярная армия империи не изменила своим традициям: едва завидев врага, солдаты мгновенно сломали строй. Поднялся невообразимый ор, солдаты звали на помощь матерей и отцов, в панике бросаясь обратно к лодкам.

Помня строгий наказ своего вожака, пираты даже не пытались преследовать разбегающихся в рассыпную солдат. Они сосредоточили весь свой удар исключительно на захвате судов. В результате этой яростной суматохи им удалось с боем отбить пять огромных лодок.

В банде пиратов оставалось около двухсот пятидесяти человек, как раз по пятьдесят головорезов на каждое судно. И пусть на палубах было тесновато, главное было сделано: они наконец-то могли вернуться в родную морскую стихию.

— Командир, куда держим курс? — наперебой закричали пираты, запрыгивая на борта и хватаясь за тяжелые весла. Однако, оглядевшись на широкой реке, они внезапно осознали, что не знают фарватера.

Главарь банды на секунду задумался, а затем с важным и высокомерным видом изрек: Мы будем плыть строго на восток! Река неизбежно выведет нас к побережью, а море это наша законная территория!

— О, вожак невероятно мудр! Вы наша путеводная звезда! — В мгновение ока на палубе поднялась волна бурных, льстивых аплодисментов.

Разомлевший от такой грубой лести главарь самодовольно улыбнулся и подражая повадкам старых, прожженных морских волков, властно взмахнул рукой: — Сняться с якоря! Вперед!

Пять огромных лодок, до отказа забитых вооруженными до зубов пиратами, тяжело развернулись и начали мерно ускоряться по широкой глади реки.

Предводитель пиратов мысленно подсчитывал, что если они продолжат двигаться на восток с такой скоростью, то не пройдет и двух дней, как они выйдут в открытое море и вернутся на свой заветный, неприступный архипелаг. От этой мысли его сердце наполнилось ликованием, а напряжение последних дней окончательно спало. Возможная встреча с имперским речным патрулем его ничуть не пугала. Он уже успел лично убедиться: имперские солдаты не только на суше воевать не умеют, но и в речном бою представляют собой совершенно жалкое зрелище.

Глава 113

Клятва отца

Пять захваченных лодок мерно скользили по речной глади на восток. Вокруг расстилались живописные пейзажи, словно сошедшие с полотен великих художников. При виде этого цветущего края заморские чудовища завыли от восторга, кровожадно оскалившись. Они наперебой давали клятвы, что очень скоро вернутся сюда, соберут огромные силы и подчистую разграбят эти богатые земли.

Главарь пиратов, разнежившись на теплом солнце, даже снизошел до импровизационного поэтического порыва. Стоя на носу, он громко продекламировал: — Зелень деревьев и серые крыши, солнце сияет всё выше и выше! Семьи в усадьбах от злата пьяны, женщины края безумной красы! Слюни текут по бандитским усам… Всё заберем и утащим к себе!

Этот сомнительный шедевр тут же вызвал бурю восторженных криков среди его головорезов и банда принялась дружно распевать незамысловатый мотив на всю реку.

За задорными песнями и победными криками они и не заметили, как русло расширилось, и корабли вышли на бескрайнюю озерную гладь. Но стоило им достичь самой середины водоема, как благодушную тишину разорвал оглушительный, громоподобный рев. С обоих берегов донеслись яростные боевые кличи, яростно забили боевые барабаны, а из сотен скрытых речных проток и заводей начали стремительно выплывать легкие маневренные лодки правительственных войск. Они веером рассыпались по воде, беря пиратские суда в плотное кольцо.

Пение оборвалось на полуслове. Даже самые недотепистые из пиратов сообразили, что они угодили в тщательно спланированную ловушку. Сотни испуганных глаз уставились на своего предводителя. Стоит отдать главарю должное, он сохранил ледяное спокойствие. Резко взмахнув рукой, он грозно рявкнул: — Не обращать на них внимания! Налегайте на весла, прорываемся строго на восток!

И его расчет в иной ситуации был бы абсолютно верен: имперских лодкок хоть и было великое множество, все они были мелкими и хлипкими. Они физически не могли пойти на таран против огромных кораблей, а потому лишь роились поодаль, плотно окружая пиратов, но не решаясь идти на абордаж.

Однако корабли пиратов из-за своей тяжести, габаритов и глубокой осадки никак не могли развить приличную скорость. Наблюдая за тем, как кольцо окружения неумолимо сжимается, главарь начал внутренне паниковать. В этот момент с нижней палубы донесся истошный, полный ужаса крик матроса: — Командир! Мы тонем! Днище пробито!

Главарь бросился к трюму и опешил: из самого низа, пробивая деревянный настил, мощными фонтанами били несколько бурлящих подземных ключей.

Пираты в дикой панике бросились затыкать пробоины чем попало. Но стоило им заделать дыру в одном месте, как вода с треском прорывалась в другом. Трюм стремительно заполнялся и за считанные минуты корабли наполовину ушли в воду. Взглянув на остальные четыре судна, предводитель похолодел: там творился точно такой же ад.

Понимая, что крушение неизбежно, пираты один за другим начали прыгать в воду. Но в озере их ждал еще более кошмарный прием. Избалованные имперские «барчуки» и столичные тыловики, чья боеспособность на суше вызывала лишь горькие слезы, в подобных ситуациях когда нужно было добивать беззащитного врага и собирать легкие военные трофеи внезапно преображались. Глаза у них загорались, а один трус становился краше двух героев.

Солдаты и не думали приближаться к тонущим пиратам. Удерживая безопасную дистанцию, они открыли шквальный огонь со всех сторон из ружей, а особо ретивые начали забрасывать воду тяжелыми рыбацкими сетями.

Оказавшись в воде, пираты лишились всякого укрытия, кроме тел своих гибнущих товарищей. Попытки доплыть до лодок и завязать рукопашную беспощадно пресекались градом свинцовых пуль. У них не осталось ни единого пути к спасению, ни малейшего шанса на побег. Всё, что им было дозволено это покорно дожидаться своей смерти.

Под непрекращающийся грохот выстрелов, в густом облаке порохового дыма, сотни пиратов падали один за другим. Протяжные, полные предсмертной муки вопли эхом разносились над мирной озерной гладью. Да, имперские ружья были крайне неудобны в обращении, а их точность оставляла желать лучшего, но расстреливать с высоты бортов беспомощных, барахтающихся в воде утопающих псов оказалось делом на редкость легким и приятным.

Не прошло и получаса, как вся акватория озера покрылась бесчисленными телами убитых. Наводящие ужас, высокомерные и безжалостные пираты были истреблены практически до последнего человека. Даже их спесивый предводитель, запутавшись в тяжелой рыбацкой сети, как беспомощная рыба, был вытащен на борт и взят в плен.

Глядя на озерные воды, окрасившиеся в багровый цвет от пролитой крови, Алексей вскинул руки к небу и во весь голос прокричал: — Братья и сестры, погибшие от рук этих