Развод. Сломанная ветка - Ольга Ларгуз

Машина покидает парковку перед частной клиникой и вливается в плотный транспортный поток.

День в разгаре. Май — капризный месяц: жара сменяется резкими порывами северных ветров, а к вечеру воздух снова может разогреться. Я смотрю в окно и впервые за все время с момента визита в церковь улыбаюсь: для огромного мира моя проблема — пустяк, мелочь, не достойная внимания, а для меня — катастрофа. Как пелось в одной песне, отряд не заметит потери бойца, да.

— Ты улыбаешься, — замечает Макс. — Чему радуешься, если не секрет?

Хочу сказать, что радуюсь отсутствию беременности, но гашу порыв: не хочу нарываться на конфликт и причинять боль мужу. Да, я такая дура: после всего, что случилось, до сих пор думаю о нем. Его боль — моя боль, черт возьми! Мы все еще связаны друг с другом, и разорвать или ослабить эту связь может только расстояние.

— Весна, солнышко светит. Чем не повод для улыбок? — поворачиваюсь к мужу и беру его ладонь в свою. Сама. Добровольно. Во взгляде Макса вспыхивает надежда, но я убиваю ее на корню. — У меня есть одна маленькая просьба…

Муж закрывает глаза и откидывает голову на спинку сиденья, улыбка исчезает с его лица.

— Слушаю тебя, говори.

— Найди для «Дома розы» нового хозяина, ладно? Я не хочу, чтобы девочки остались без работы.

— Что? Ветка, «Дом розы» — твое детище, — Веллер сплетает наши пальцы и двигается ко мне ближе. Не давит, нет, но дает понять, что он здесь, рядом. — Почему ты бросаешь бутик? Да, сейчас у нас все сложно, но тебя никто не гонит. Продолжай работать, получай удовольствие…

— Макс, я не могу, во мне что-то сломалось. При виде роз меня трясет, а запах вызывает тошноту. Не могу, пойми… Наташа сможет заменить меня во всем, просто найди нового хозяина, который контролировал бы работу магазина. Пусть «Дом розы» продолжит работать, приносить прибыль. Пожалуйста, Макс.

Веллер отворачивается к окну и выпускает мою руку. Я вижу напряженные плечи, крепко сжатые челюсти, черты лица мужа теряют свою мягкость. Передо мной Веллер — бизнесмен, акула бизнеса, хладнокровный и прагматичный.

— Я смотрю, ты уже все продумала. Правда, Ветка?

— Макс, не надо…

— Надо. Пока я ищу варианты, как сохранить семью, ты уже готовишь пути к отступлению, — голос мужа ровный и четкий. Он режет по — живому без жалости и сантиментов.

— Я не ищу пути к отступлению, а думаю о девочках, с которыми работала. О людях, жизнь которых зависит от этого бутика. У них семьи, дети, ипотека. Знаешь, я могла бы развернуться и красиво свалить в закат, но нет, это не мое. Что бы ни случилось между нами, «Дом розы» остается бизнесом, который уже имеет отличную репутацию и приносит прибыль. Я больше не могу там работать. Не могу и не хочу.

— Да черт с ним, с бутиком! — взрывается Макс. Демид бросает встревоженный взгляд в зеркало заднего вида, в ответ муж отделяет нас затемненной перегородкой. — Скажи, что ты хочешь?! Хочешь сменить работу? Не проблема! На что?! Одежда? Парфюмерия? Косметика? А может бутик женской одежды? Можем заключить прямой договор с итальянскими дизайнерами, можем подтянуть наших, российских. Выбирай! Говори, чего хочешь?!

Едва я делаю шаг назад, Веллер снова возвращает меня в зону своего влияния. Он готов на все, чтобы я оставалась рядом, но чего хочу я сама?

Не знаю.

Внутри так много эмоций и боли, что я почти не чувствую свое тело. Да что там говорить! Я даже не поняла, что мне уже взяли кровь, потому что задумалась и очнулась только тогда, когда медсестра налепила на сгиб руки стерильную повязку. Я не почувствовала, как иголка проникает под кожу! Невероятно, на факт! Я словно компьютер с синим экраном смерти: вроде должен работать, но нет реакции на команды.

— Ничего не хочу, в том-то все и дело. Я хочу забиться в норку, зализать раны и побыть в тишине. Не отвечать на вопросы, не дергаться от того, что в бутик кто-то вошел и не думать о том, какую еще гадость задумала Диана.

— Я тебя понял, Ветка.

Раньше эта фраза всегда означала точку, но сейчас мне кажется, что она — короткий период тишины перед новым штурмом, а я правда хочу покоя.

Видимое безразличие, с которым я восприняла факт измены, оказалось иллюзией. Мое тело разрушается, но не снаружи, а внутри, и от этого еще страшней.

Полная апатия и пофигизм.

Если Макс позаботится о судьбе бутика, — а мне хочется думать, что все так и будет — то я могу думать о том, что делать со своей жизнью, а точнее — с ее осколками.

Машина останавливается перед «Домом розы», и я выхожу из салона, не дожидаясь Макса. Захожу в бутик, спиной чувствуя присутствие мужа. Он рядом. Следит, наблюдает. Бдит.

Беру ноутбук и спускаюсь из офиса в зал. Открываю программу и показываю Наталье ту часть работы, которую всегда выполняла сама. Мы погружаемся в нюансы и реагируем на звук открывающейся двери: Веллер молча покинул бутик, а у крыльца мелькает широкоплечая фигура Демида. Остается надеяться, что никто из семейства Веллер меня сегодня не побеспокоит.

Прошло чуть больше трех часов, когда на телефон прилетает уведомление о новом письме. Захожу на почту и открываю сообщение от клиники с расшифровкой анализа крови на ХГЧ.

Уровень гормона в норме.

Беременности нет.

Наверное, это хорошо.

Наверное.

Летящей походкой я вышла из мая

Наталья впитывает информацию, записывает, задает вопросы.

— Вы от нас уходите? — робко спрашивает во время перерыва на кофе. — Почему, Светлана Олеговна? Вам разонравились цветы?

Последним вопросом она бьет в цель, сама того не ведая. Я не собираюсь откровенничать о том, что с некоторых пор розы — мой триггер, выбираю нейтральный вариант.

— Нет, не разонравились, просто я хочу сменить сферу деятельности, — ставлю на стол чашку с капучино и смотрю на коллегу. — Не волнуйся, ты справишься без меня. Если будут вопросы — я всегда на связи, а мой муж подберет нового грамотного хозяина.

Про себя делаю заметку, что нужно снова созвониться с психологом, чтобы проработать и убрать из жизни триггер в виде роз: не хочу вздрагивать каждый раз и проваливаться в омут памяти, как только в поле зрения появится королева цветов.

Вечером возвращаюсь домой. Демид загоняет машину в подземный гараж, я поднимаюсь по ступенькам и