Девятый муж не нужен - Мила Морес

Сильные татуированные руки натягивают меня на упругий ствол. Движения несдержанные, резкие, похотливые, но я наслаждаюсь этой дикостью. Хочу и дальше плевать на моральные устои. Теперь я позволяю себе всё. Даже секс с несколькими мужчинами. По очереди или одновременно. Слабохарактерная Надя сгинула. Она никогда не вернётся в это чувствительное тело.

Синие глаза на миг меняют цвет, и Дарисвальд кончает, напоследок несколько раз вогнавшись в меня до желанной боли. И я кончаю с небывалым криком и несдержанным содроганием.

С блаженно прикрытыми веками слышу и представляю, как одновременно кончает Тройсен. Его сладкий стон вторит моему. Вместе с нашими голосами звучат удовлетворённые стоны ещё нескольких мужчин.

— Сексуальная девочка, — Дар укладывает моё расслабленное тело на кровать, покрывает поцелуями лицо. — Полежи со мной, Нэйдин. Ты так прекрасна.

Лежу. Не потому, что мне это почти приказали, а потому что мне самой хочется остаться здесь. Я думала, схожу ещё в другие клетки, чтобы поскорее собрать максимум спермы, но в этот момент мне не хочется ничего, кроме отдыха в объятиях сильного мужчины.

Мелькает нерешительная мысль, что этот мир не так уж и плох, и я подумываю, а не попросить ли взять меня с собой, когда они захотят уйти?

Глава 11

— Госпожа, — тихий голос звучит вместе с глухим размеренным стуком.

Несколько секунд соображаю, что происходит, и где я нахожусь. Бугристая, мерно вздымающая грудь напоминает, что я окончательно пала.

— Уйди к чертям, — бурчит Дарисвальд и прижимает меня обратно к горячему телу.

— Госпожа Нэйдин, — теперь узнаю в голосе Велина, — вас ищут наверху. Нужно спешить.

Нега и расслабленность вмиг схлынули. Дарисвальд поднял меня, подкинул в руки одежду. Сам распрямился, насколько это возможно в клетке, и я затаила дыхание, глядя на движения сильных мышц. Дольше всего мои глаза взирали на вздыбленный член, и мне пришлось трижды тряхнуть головой, чтобы побороть желание за него ухватиться.

— Иду, — говорю вполголоса и натягиваю одежду.

Судя по всему, мы тут неплохо так поспали. Не представляю, сколько прошло времени. В тусклом подвале сложно понять, сейчас день или ночь.

— Приходи, как закончишь там, — Дарисвальд нежно меня обнял, поцеловал в макушку. — Я буду ждать.

Выползаю из клетки. Аадин и Велин подают мне руки, я принимаю, но при этом стараюсь не смотреть в их лица.

Идём по коридорам спешно. В пути я расспрашиваю, кто и для чего меня ищет, но парни уклоняются от ответов. И чует моё сердце: они знают, что на меня надвигается, но не хотят преждевременно пугать.

Как только мы вошли в мою спальню, за нами без стука вплыла Людвига.

— Тебе необычайно везёт, — говорит презрительно. — Госпожа Саида запланировала на завтра внеочередную эстрату в твою честь. Будь готова с восходом.

Закончив полный недовольства монолог, Людвига двинулась к двери и, словно вспомнив о чём-то, остановилась, задержала взгляд на диване, неприятно искривилась и без слов вышла.

— Она что-то заподозрила, — повторил мои мысли Велин.

— Меня сейчас беспокоит не это, а эстрата! Что значит «в мою честь»?

— Кхм… Вы выбираете рабов, которые будут обслуживать вас и всех участниц эстраты. Как правило, на первой кровати располагаются ваши личные рабы. Другие гесейры могут предложить своих.

В дверь постучали, и случилось то, о чём мне только что сказали. Ангельской красоты девушка, назвавшаяся Гартой, предложила взять двух её рабов для эстраты. К их достоинствам с особой гордостью были причислены покорность, выносливость и внушительные размеры членов. Чтобы доказать последний факт, Гарта махнула рукой, и парни сняли набедренные повязки, продемонстрировали мне вставшие члены.

Я, конечно, впечатлилась и даже ахнула, но в то же время озадачилась, что ответить этой щедрой даме. Велин пришёл на выручку, подсказав, что ещё есть время подумать, ведь это далеко не последнее предложение, которое поступит до конца дня.

— Что мне делать? — спрашиваю парней, когда дверь за очередной широкой душой закрылась. — Я не могу в этом участвовать!

— Отказ вызовет подозрения, а ты и так под наблюдением. Людвига видела, что ты была в подвале и донесла всё в подробностях Саиде. Это хорошо, потому что теперь они не сомневаются в твоих словах. Пленники из других клеток подтвердили, что ты много раз ходила к марсанцам и громко стонала.

— Что? — я дёрнулась и повернулась к Велину.

Он смотрит чуть насмешливо, но этот же взгляд кажется восхищённым. А мне и защититься нечем.

— Не волнуйся, образу гесейры ты соответствуешь.

Я не поняла, это комплимент или издёвка, но предпочла не зацикливаться. Мне нужно придумать, как выпутаться из сложившейся ситуации.

Вышагиваю по комнате, тело вспоминает дурную привычку, и я тереблю ногти, вычищаю из-под них сор. Некстати в голове ворочаются недавние развратные сцены в подвале, и меня бросает в жар.

— Хочешь, я тебя расслаблю? — неожиданно близко говорит Велин.

— Нет, — отшатываюсь.

— Я имел в виду массаж, но если госпожа пожелает… — вместо продолжения он пошло поиграл языком. Примерно так, как кот лижет сметану.

— Оставьте меня одну.

Велин воспринял мой приказ с немым разочарованием, но без препирательств двинулся к двери, заворачивая по ходу Аадина.

Я осталась наедине со своими раздраенными мыслями. Легла на кровать в чём была и пролежала так неопределённое время. Голод заставил подняться, и я выглянула за дверь. Парни, оказалось, никуда не ушли, остались под дверью, и я попросила принести еды.

Вместе с ужином мне подали несколько записок от гесейр с предложениями взять их рабов. Как пояснил Велин, они приходили, пока я отдыхала, хотели продемонстрировать мне умения своих невольников.

За время раздумий я пришла только к одному выводу: мне нужно поскорее пробраться в комнату Саиды, отыскать тот самый сосуд, разбить его, а дальше надеяться, что меня спасут. Вот только когда и как пробраться в башню, если вокруг столько подозрительных глаз?

Ночь оказалась такой же беспокойной. Аадин и Велин спали на диване. Выгонять их за дверь не стала, понимая, что там им придётся стоять.

Ранним утром оделась, в компании рабов спустилась на нижний этаж. Как и ожидалось, там уже всё подготовили. Мне даже предложили сразу приступить к этому прекрасному действу, но я отговорилась подсказанной Велином фразой:

— Не хочу лишать других удовольствия. Начнём через час.

В стороне увидела милашку Эльтику. Она одарила меня взглядом с холодом ненависти и ярой зависти. Я хотела подойти, поговорить, оправдаться, что ли, но меня предостерёг Велин:

— Беки не общаются с дламами.

Зал начал заполняться гесейрами. Некоторые уже выпустили хвосты, не скрывая возбуждения. Велин и Аадин остановились у первой кровати, ожидая