Девятый муж не нужен - Мила Морес

— Нет, Нэйдин, — глухо говорит Априоль, — мы сохраним ей жизнь… снова.

— Почему?! — вырываюсь, пытаюсь что-то сделать своими руками, но во мне будто и нет магии. Априоль держит крепко, но не сжимает меня до боли. Его захват больше похож на крепкие объятия.

— Нэйдин, пожалуйста… — в его голосе чувствуется боль, и на мгновенье эта боль пронзает моё тело. — Саида в теле моей сестры, принцессы Айнхаллы. Она всё ещё там, я знаю, вижу её сквозь злобу в глазах. Саида всегда щадит меня, потому что иначе поступить ей не позволяют чувства Аймиры. Мы должны сохранить ей жизнь. У меня никого, кроме неё, нет.

Саида или нечто, находящееся в этом прекрасном теле, победно скалится. А я ощущаю безысходность. До конца не понимаю, это моё чувство или же кого-то из мужчин.

Априоль ведёт меня через залитый кровью зал, нас прикрывают семь мужчин, к их спинам пристраиваются парни-слуги. Замечаю среди них Эрниса и Лорса, имён остальных не знаю, хотя пересекались мы нередко. Парни выбрали сторону, и теперь я понимаю слова Велина «нас восемнадцать». Вот только к этому часу осталось всего шестеро.

Невдумчиво скольжу взглядом по Диме, который тоже пристроился к нашей группе. У него исполосовано всё тело, взгляд затравленный. Он не пытается помогать остальным, просто прячется за сильными.

На улице бой прекращается. Гесейры не бегут вдогонку, наоборот, спешат обратно в замок. Моё внимание переключается на огромного змееподобного монстра, зависшего над землёй. Из мыслей, проносящихся в моей голове, понимаю, что все мы должны забраться на белого айракона, чтобы добраться до границы со Льдистыми скалами.

Априоль подхватил меня на руки, подпрыгнул, а через мгновение мы оказались на спине пугающего и восторгающего чудовища. Остальные мужчины разместились за нами по цепочке, и где-то в хвосте сели слуги с усыплённой гесейрой и Дима.

«Вот бы он свалился по пути, чтобы мои глаза его не видели» — пронеслось в голове, и мои мысли услышали абсолютно все. Я даже почувствовала одобряющие смешки и глухое обещание исполнить мою просьбу.

Нужной границы мы достигли быстро, а может мне так показалось, потому что я дремала на тёплой и уютной груди Априоля.

Проснулась под тихий шепот в голове:

— Ильфги… Бессмертие…

Как только я раскрыла глаза, голоса в голове замолкли, а спросить, о чём только что шла речь, я не успела. Внимание переключилось на раскинувшиеся перед нами белые просторы. Настолько белые, что глазам стало больно.

Впереди неизвестно на сколько тысяч километров всё покрыто льдом и снегом. Не сразу во всём этом видятся скалы. Они сливаются с местностью, сравнивают всё, и только после долгого вглядывания понимаешь, что там много остроконечных вершин.

За нашими спинами осталась Айнхалла. Величественная и порабощённая. Она была бы прекрасна, если бы не сплошь выжженная земля. С высоты кажется, что этот мир стремительно поглотила сама тьма. Марсания на контрасте кажется светлой и прекрасной.

Оказалось, в небе был не только наш айракон, а ещё несколько сопровождающих или освобождённых из замка. Они сделали по три круга в небе, словно ожидая дальнейших указаний, а после полетели в сторону белеющих просторов. Мы же начали снижаться.

Априоль закрыл мои ноги шкурой, накинул на плечи тулуп и снова притянул к своей груди. Кто-то из мужчин вслух пояснил для всех, что мы делаем остановку, чтобы избавиться от балласта. Так я осознала, что больше не слышу мыслей мужчин. Вероятно, они не слышат моих.

На подлёте к земле айракон резко махнул хвостом, и мы услышали испуганный крик, а затем и глухой удар. Это упал Дима.

— Десидер, открой портал здесь, вышвырни эту мразь, — дал команду Вонтер, и я напряглась всем телом, опустила голову. — Трой проинформируй слуг. Выдвигаемся через час.

Я попыталась сделаться незаметной, спряталась за спиной Априоля, но Десидер нашёл меня и там. Потянулся к руке, поднял мою ладонь, поднёс к губам.

— Есть пожелания, крошка?

— Что ты имеешь в виду?

— Убить его или заставить мучиться? — спрашивает с улыбкой и кивает на Диму. — Я открою портал в ваш мир, переброшу его туда. Но перед тем сделаю всё, что ты захочешь. Скажи, Нэйди.

— А меня вы не собираетесь отправить домой? — поднимаю взгляд, веду по мужским лицам и тут же опускаю глаза.

— Мы ведь ещё не выполнили своё обещание. Ты помогла нам, а мы тебе нет. Значит, останешься с нами, пока не забеременеешь.

— Бес, не давай несбыточных обещаний, — одёргивает его Дарисвальд. В отличие от других, на нём нет тёплой шкуры. Вряд ли его греют многочисленные татуировки. Хочется отдать ему свою тёплую одежду. Замёрзнет ведь.

Дарисвальд улыбается, продолжая своё дело, а Десидер (для своих Бес) ждёт от меня ответа.

— Я не желаю ему смерти.

— Понял, крошка, — склонился к моему лицу, звучно поцеловал край губ и непринуждённой походкой двинулся в сторону Димы. Тот заподозрил неладное и попятился, но Бес не ускорил шаг. Идёт себе спокойно, пока его дичь бежит к белым скалам.

Глава 14

Десидер

Аир, наконец, отключил Нэйдин от наших мыслей. Это, конечно, забавно — подслушивать её и подкидывать в женскую головку свои похабные мыслишки. Такое удовольствие — наблюдать невинную реакцию. Но иногда хочется что-то оставить при себе. Например, как в этом случае. Незачем Нэйдин знать, что случится с её бывшим.

— Думаешь, я тебя не догоню, утырок? — сплёвываю в снег.

В воздухе ощущается запах родного дома, и мне чертовски хочется поскорее пересечь льды, зарыться в тёплую постель и пришпилить к боку сладкую крошку. Это скоро случится. Осталось немного потерпеть. А уж тогда буду исполнять её желания непрестанно. Ребёнка, затем второго, третьего… восьмого.

— Что тебе от меня надо?! — кричит, как истеричная швойда, и, к моему удовольствию, в который раз поскальзывается.

— Мне? Ничего. А если тебе нужна твоя никчёмная жизнь, советую остановиться и ответить на мои вопросы.

Мы уже скрылись за скалами. Прекрасно. Уединение — то, что нам сейчас нужно.

— Чего тебе?! Просто отправь меня домой! Не нужна мне эта шлюха больше! Оставь её себе и трахай, сколько влезет!

Пять шагов беззвучной вспышкой, рука в полёте и удар в челюсть. Сплёвывай свои зубы, подонок.

— Начнём сначала, — скручиваю крюк ладонями. Ублюдок жалобно хнычет. А нечего обзывать мою женщину. — У тебя нет яиц, фигурально выражаясь. Но если ты ещё раз скажешь кривое слово в адрес Нэйдин, твои яйца взлетят на ветку и станут кормом для птиц. Итак, я задаю вопросы, ты отвечаешь. Подробно, без утайки.