Печать безумных. Солнце поражения - Екатерина Ивановна Гичко

И как им теперь доставать дитя⁈ Рихан точно не был способен вступить в схватку с Вотыми. С вольными, как выяснилось, связываться тоже опасно: Мариш принял сторону старого консера. Ребёнок охранялся почище хайнесовой короны, которую с коронации прошлого хайнеса никто не видел. В нервной задумчивости Рихан столкнулся со стеклянным взглядом смотрящей на него женщины и вздрогнул.

«Подвинься», — почти промурлыкал Господин, и оборотень торопливо отдал бразды правления.

Опять зазвучала незнакомая речь, которую Рихан понимал только благодаря Господину.

— Нам придётся уходить отсюда, — Господин печально вздохнул. — Мы в большой опасности. Увы, мы потеряли нашего друга, отца ребёнка. Похитители убили его. Боюсь, скоро и мы станем их жертвами.

Выражение лица женщины ничуть не изменилось, но она продолжала смотреть.

— Ты можешь пойти с нами или уйти. Но с нами тебя тоже может ждать опасность. Наш противник слишком силён, а отступить мы не можем. Наше дитя, — голос Рихана задрожал от сдерживаемых слёз, и поражённый оборотень почувствовал, как увлажняются его глаза, — не может остаться в их руках. Пусть у него больше нет отца, но наш семья огромна и мы не позволим врагу думать, что он может остаться безнаказанным.

Рихан, конечно, понимал, чего добивался Господин. Но тот шёл такими окольными путями, что оборотень раздражался от нетерпения.

«Ты всё же глупый, — презрительно фыркнул дух. — Её использовали в прошлом. А такие, как она, помнят всё. У неё не должно возникнуть мысли, что её опять пытаются использовать. Медленнее, Рихан. Она не должна понять, что мы что-то ждём от неё. Если она сейчас пойдёт с тобой, то у нас есть шанс переманить её на свою сторону. Будь в её глазах хорошим мальчиком».

В глазах твари, которая сожрала нескольких оборотней, чтобы обрести жизнь?

«Она не выбирала, кем быть, — Рихану показалось, что он услышал в голосе Господина сочувствие. — Если она пойдёт с тобой, проведи её мимо дома, где скрыт ребёнок. Пусть она запомнит».

Но как он объяснит…

«Я приду. Пока собирайся. Я приду чуть позже. Выясню, что с нашим безмозглым другом у его покровителя».

И оставил Рихана.

Пару минут оборотень просто сидел и старательно прислушивался к себе, чтобы убедиться, что Господин покинул его. И облегчённо выдохнул. Отёр дрожащими руками лицо и поднялся, потерянно озираясь и решая, с чего начать и что взять.

Зря они всё же ввязались в эту историю. Сейчас, когда учителя не стало, Рихан остро сожалел, что не отговорил его. Но предложение духа выглядело столь заманчиво, что даже у него, Рихана, в момент заключения сделки не возникло никаких сомнений. А сейчас мог ли он отступить?

На территорию Хоётора они забрели двенадцать лет назад. Сам Рихан туда не рвался, но учитель обожал столь опасные места. Говорил, что именно здесь можно найти древние знания, за которыми он всю жизнь и охотился и ради которых облазил половину континента и даже плавал за море. Прекрасный артефактчик, учитель ничего не боялся. И был весьма известен, особенно среди сыскарей, правда, под разными именами, а иногда и под разными лицами. Даже сложно поверить, что он… мёртв. Порой Рихану казалось, что учитель способен выбраться из преисподней.

Именно о преисподней Рихан подумал, когда они оказались на востоке Хоётора в разгар свары между его жителями. Учитель смотрел на битву, обмирая от восторга, и беспрестанно говорил, что наверняка именно так было в период Древних войн. А Рихан…

Перед глазами вновь встало жуткое зрелище.

Грохот и лязг боя. Визги и крики, рычание. Запах крови, пепла, грязи и металла. Внизу, в ложбинке между холмами, горел ожесточённый бой. Мужчины и женщины с остервенением бросались друг на друга. А над ними возвышались две гигантские фигуры. Одна женская, с беспрестанно меняющимися лицами, постоянно сбрасывающая одежды и вновь обрастающая покровами. Яростная и безумная, она раздирала пальцами лицо противника — столь же высокого мужчины. Или кого-то похожего на мужчину. Тот визжал, пытался вырвать смятое лицо из её пальцев, стегал землю вокруг себя хвостом, сминая лес как сухую траву. Рихан так и не понял, были ли у него другие конечности, кроме хвоста.

Но больше всего ему запомнились даже не дерущиеся духи, а смертные рядом с ними.

Прекрасная белокосая женщина с искажённым от бешенства лицом насаживала на копьё своего противника, столь же взбешённого и отчаянно злого мужчину.

Не так часто приходилось сталкиваться с такой злобой. И что же было её причиной? Рихан так и не узнал.

Бой обернулся поражением мужеподобного духа, и проигравшие ринулись прочь. Им с учителем тоже пришлось отступить, чтобы не попасть под горячую руку победителям. Уже глубокой ночью они набрели на полуразрушенное строение. Учитель посчитал развалины заброшенным святилищем и решил, что это прекрасно место для ночлега, но Рихану там было откровенно неуютно. Он бы предпочёл идти до самых Многоимённых земель без отдыха, но учитель его трусости не разделял.

Там к ним под утро и пришёл Господин.

Он выглядел как мальчишка, едва ступивший в пору зрелости. Рихан сразу понял, что он какой-то не такой. Не от мира сего. Слишком тонкий. Слишком нежный. Слишком красивый. Смертные такими не бывают. С раскосыми лисьими глазами нежно-розоватого цвета, белыми, почти прозрачными волосами, больше похожими на потоки воды. Он смотрел на них с лукавым прищуром и сдержанно улыбался. Рихан уже потом понял, почему: зубки у Господина были те ещё. Он предложил им сделку, сущую безделицу, за которую был готов хорошо заплатить древними знаниями. И ведь не врал. Часть оплаты дал наперёд и даже показал им своё хранилище, где таились сотни тысяч свитков, книг и древних изобретений.

Сокровище, которое невозможно оценить! Во всём мире не найдётся богатств, чтобы можно было купить собранное. Вспоминая увиденное, Рихан даже немного пришёл в себя. Сложно было представить себе услугу, которая была бы равнозначна этой сокровищнице. Так что то, о чём попросил Господин, не показалось им таким уж сложным. И не казалось до сих пор, пока Рихан не остался в одиночестве.

Если бы они понимали ещё тогда, с кем именно связываются, возможно, от сделки отказался бы и рисковый учитель. Но заподозрить мило улыбающегося мальчика в безумии было сложно. А сейчас отменять сделку уже поздно. Рихан с досадой дёрнул браслет на запястье. Стать сумасшедшим ему совсем не хотелось.

Что ж, тогда ничего не остаётся, кроме как идти