Останься в моей памяти - Лия Султан

Мы были ещё молоды и горели. Это была наша первая игра на расстоянии, открывшая дверь в новый, неизведанный мир нашей близости. Не было неловкости, только восторг, желание, волна взаимного возбуждения, нараставшая с каждой секундой.

Яркий оргазм стал не просто физическим освобождением. Это был взрыв на расстоянии, нечто совершенно новое и удивительное. Я сильно прикусила губу, чтобы не закричать и не разбудить дочерей. Пребывая в эйфории, я вдруг услышала в трубке его низкий, сдавленный стон и поняла, что он тоже финишировал.

Мы молчали несколько минут, просто дыша в такт.

— Спокойной ночи, любимая, — наконец сказал он устало и нежно.

— Спокойной ночи. Возвращайся скорее, — прошептала я с улыбкой на губах.

Я лежала в темноте, прислушиваясь к тихому биению сердца, к отголоскам удовольствия в каждой мышце. За окном спал город. Спал мой дом. А я будто только проснулась.

Ииии....мы читаем и не осуждаем)))) А еще вот вам арты

Глава 13

Наши дни

— Айла, ты меня слышишь?

Его голос, только что такой живой и молодой в памяти, теперь звучал из трубки хриплым, надтреснутым эхом. Воспоминания растворились, оставив во рту горький привкус предательства. Того мужчины, что звонил мне тринадцать лет назад, больше не существовало. По крайней мере, в последние годы, когда ему до меня не было никакого дела.

— Зачем ты это сделал? — спрашиваю ровно, всё так же стоя у окна. — Зачем вытащил это? Чтобы мне стало больно? Или чтобы самому поныть?

— Мне просто невыносимо одиноко в этой палате, — признаётся Хасан, взывая к моей эмпатии. Но я больше не могу позволить себе жалеть его в ущерб собственному спокойствию. — Я вспомнил, как мы могли… как было между нами. Я скучаю по тебе.

— Хасан, мы договорились, — напоминаю ему спокойно. — Ты обещал оставить меня в покое и вернуться к своей семье. Разве то, что ты делаешь сейчас, — это «оставить в покое»? Ночной звонок, ненужная ностальгия… Это просто чистой воды эгоизм.

— Я не могу просто вычеркнуть тебя! — в его голосе появляется отчаянная злость. — Ты для меня не бывшая жена, ты — моя жена! В моей голове мы не разводились! Как мне с этим жить, Айла? Почему ты меня не понимаешь?!

— Я понимаю, что тебе сложно, но я не могу носиться с тобой, как с ребёнком, Хасан. Семь лет ты прекрасно жил с новой женой. Моложе меня, возможно, красивее, интереснее, лучше в постели. Тебе было неинтересно, как я подыхаю от тоски по прошлому, как не могу встать с кровати, потому что всю ночь проплакала по тебе. Тогда ты меня не пожалел, как я пожалела тебя, когда ты очнулся. Так почему, скажи мне, я должна делать это снова? Ты вспомнишь эти выпавшие из твоей памяти семь лет — и всё, я снова тебе буду не нужна. Я больше не хочу страдать, Хасан! Пойми это и отпусти меня!

После моей тирады он молчит и тяжело дышит, как и я. В тишине раздаётся твёрдый, уверенный стук в дверь, заставляя меня насторожиться. Время позднее, и я ничего не заказывала в номер.

— Айла? Ты всё ещё там? — голос Хасана звучит уже фоном.

— Подожди, — бросаю небрежно по дороге к двери. — Кто там?

— Я.

Всего одно слово и я сразу по голосу понимаю, кто за дверью.

— Арман? — поворачиваю замок.

В трубке слышится резкий, напряжённый вдох.

— Кто такой Арман? — требовательно спрашивает Хасан.

Открываю дверь и вижу его в холле. На нём чёрные джинсы, футболка и кожаная куртка — ну да, в Астане же холоднее, чем у нас сейчас. Красивый, бесспорно. И смотрит на меня так, будто я раздета.

О Боже, я ведь и правда только в сорочке и халате. А ещё я прижимаю к уху телефон, и на связи у меня бывший муж.

— Привет, красавица, — сдержанно улыбается он. — Можно войти?

— Конечно, — пропускаю его в номер. — Как ты здесь…

— Сел в самолёт и прилетел к тебе, — опережает меня, наклоняется и целует в щёку.

В этот момент на другом конце провода раздаётся сдавленный, полный негодования и боли голос:

— Айла? Что у тебя там происходит? Кто такой Арман?

Его слова кажутся мне слабым зовом из другого измерения. Или из прошлого, которое настойчиво цепляется за мою ногу, пытаясь удержать.

Арман, вероятно, услышал приглушённые звуки из трубки. Его взгляд становится внимательнее, он шёпотом извиняется, что прервал разговор. А я так же тихо отвечаю: «Ничего страшного» — и говорю уже в трубку:

— Я надеюсь, мы всё решили и вы меня поняли. Доброй ночи.

— Ничего мы не решили. Айла, кто к тебе пришёл?

Я уже не слушаю его и завершаю вызов, нажав на красную кнопку. Вот и всё. Туман в голове рассеялся, прошлое осталось в прошлом.

Наконец, придя в себя, я улыбаюсь, протягиваю руку и касаюсь ладонью холодной чёрной кожи на его груди.

— Вот это сюрприз.

Арман накрывает мою ладонь своей, переплетает наши пальцы и виновато вздыхает.

— Прости, ты говорила, что хочешь последний день провести одна, но я тебе всё испортил. Просто страшно по тебе соскучился.

— А где твои вещи?

— Оставил их в номере и сразу к тебе. Не ожидал, что ты встретишь меня вот так…

— Я собиралась ложиться спать, — мягко говорю я, всё так же глядя ему в глаза.

— Я могу уйти, если ты устала?

Арман заводит руку за мою спину, надавливает ладонью на поясницу, требовательно привлекая к себе. Он возбужден — это нетрудно догадаться. Да и я в его объятиях снова растворяюсь, забываю обо всём и чувствую к нему такое же притяжение, как и он ко мне.

В свои сорок семь я не идеальна, но хорошо ухаживаю за лицом и телом. Сейчас, после душа, на мне нет макияжа, и видны все шероховатости кожи и мелкие морщинки. Но я знаю, что он видит именно меня — со всеми следами после родов, материнства, пережитой боли. Он хочет именно эту женщину, которая младше него всего лишь на год, а не на двенадцать лет.

— Нет, не уходи, — шепчу уверенно, и он склоняется надо мной и целует.

Сейчас именно так для меня и выглядят зрелые отношения. Не вспышка страсти, не бегство от одиночества и не попытка доказать что-то себе или прошлому. А спокойная уверенность в том, что рядом с этим мужчиной мне не нужно быть другой. Моложе. Лучше. Идеальнее. Мне достаточно быть