Шторм ярости и мести - Мелисса Рёрих

— Таким же, как остальные, — ответил Корбин.

— Не нужно лгать, — цокнула она, вертя в руках гребень. — У всех нас есть секреты. Это неоспоримо. — Она подошла к окну, наблюдая, как сумерки опускаются на Ночные Воды. Вальтеру всегда требовались величественные дома за чертой города. Он всегда отделял себя от своего народа. — Кто-нибудь из вас умеет водить?

— Нет, — тут же ответил Лэнг.

— Ну, учиться никогда не поздно, верно?

— Слушай, я не знаю, на что ты намекаешь, но мы никуда не пойдем, — отрезал Корбин. — Лука сказал оставаться здесь, и мы будем здесь, пока нам не прикажут иное.

— Сказано как истинный фейри.

— Потому что мы и есть фейри, — огрызнулся он. — И хотя я понимаю, что наш опыт в королевстве Ариуса сильно отличается от твоего, нам здесь живется неплохо. Мы не собираемся делать ничего, что могло бы это поставить под удар.

Эвиана улыбнулась, темно и многообещающе.

— Рада это слышать, потому что, если один из вас не научится водить, той «неплохой жизни», к которой вы так прикипели, придет конец.

— О чем ты, блядь, говоришь? — воскликнул Лэнг. — Нам нужно просто позвонить Луке и сказать ему…

— Вы не сделаете этого, — ответила она, втыкая второй гребень в волосы.

— И почему же? — протянул он.

— Потому что я знаю, кто вы оба такие на самом деле. И если это всплывет, вы гарантированно больше никогда не увидите друг друга.

Они уставились на нее, казалось, перестав дышать.

— Мы фейри, — медленно произнес Корбин.

Она ответила понимающим взглядом.

— Вы такие же фейри, как и я, — согласилась она. — То есть не совсем. А ты — даже в меньшей степени, чем он.

— Мы не понимаем, о чем ты, — сказал Лэнг, но его лицо побледнело.

— Уверена, вы отлично научились скрывать признаки. Инстинкты выживания и все такое, — сказала она, выходя из гостиной и направляясь вглубь дома.

Они последовали за ней, как она и знала. Эвиана провела их по небольшой лестнице и вошла в кабинет Вальтера.

Она подошла к столу, выдвинула верхний правый ящик и подняла фальшивое дно. Там лежал кинжал; лезвие было настолько черным, что поглощало свет.

Клинок, способный убить фейри или Наследие, если знать, куда ударить.

Вальтер научил ее, куда именно.

Пожалуй, это было единственное, за что она могла его поблагодарить. Повернувшись к мужчинам, она протянула руку.

— Живо телефон.

— А хер тебе не надо? — фыркнул Лэнг.

— Вы забываете, что я провела десятилетия рядом с правителями этого мира, — прошипела она, и ее голос был полон яда. Она метнулась вперед. Они не ожидали такой прыти: ее кинжал оказался у горла Корбина прежде, чем кто-то из них успел моргнуть. — Я знаю их секреты. За то время, пока пойдет вызов Луке, я уже убью твоего любовника. И пока ты будешь биться в панике, я успею сообщить Леди Серафины, что ты слышишь ветра.

Глаза Лэнга расширились:

— Что это вообще значит?

Но Эвиана лишь улыбнулась.

— Делайте выбор. У меня нет времени на пустую болтовню.

— Какой выбор? — возмутился Корбин, протягивая ей телефон. — Ты нас просто шантажируешь.

— Это Деврам, — небрежно бросила она, отступая и опуская лезвие. Телефон скользнул в карман ее пальто. — Странно, что вы ожидали чего-то другого.

— Мы же освободили тебя! — в негодовании вскричал Лэнг.

Она пожала плечами.

— Это было вашей ошибкой.

— И каков, блядь, план? Куда мы должны ехать?

— В поместье Серафины. Как думаете, почему я предложила именно это место? Отсюда легче всего пересечь границу.

— Ты все это спланировала? — в шоке выдохнул Корбин.

Но она спланировала куда больше.

Она спланировала ярость и отмщение.

— Тессе это не понравится, — сказал Лэнг.

— Моя верность принадлежит не Тессе, — ответила она.

— А королевству Серафины? Как такое возможно?

— Я верна лишь тому, что ищу там, — ответила она, отворачиваясь от них и направляясь к выходу.

— И что же это? — потребовал Корбин. — Может, мы можем помочь иначе?

— Иного пути нет, — отрезала она, спускаясь по лестнице к двери, ведущей в гараж.

— Нас поймают, и тогда мы все заплатим цену, — спорил Корбин.

— Тогда сделай так, чтобы нас не поймали, — ответила она.

— Это безумие! — произнес он, но в его голосе уже прокрадывались нотки смирения.

Возможно, он был прав.

Возможно, это безумие.

Но именно безумие требовалось для того, чтобы осуществить задуманное. Ей было искренне плевать, погибнет ли она в процессе, и ей было плевать, кто падет вместе с ней.

Если это и было безумием, то это был единственный дар, который Деврам когда-либо ей преподнес.

ГЛАВА 49. Тесса

Стена камеры была гладкой под подушечками ее пальцев. Тесса медленно шла по периметру, ведя рукой по поверхности. Браслеты на запястьях впивались в кожу, но кольцо? Боги, это гребаное кольцо пыталось вгрызться в ее силу, и магия сопротивлялась. В самой ее сути бушевала непрекращающаяся война, и этот хаос сводил ее с ума.

Наполовину? Или окончательно?

Возможно, Теон все это время ошибался. Может быть, единственный способ выжить в мире, полном монстров и злодеев — это не стать одним из них, а поддаться безумию.

Напевая песню из плейлиста Акселя, она сделала еще один круг. Босые ноги оставляли следы на пыльном полу камеры. Она чувствовала, как воздух вибрирует от мощи. Но это была не просто сила. Нечто большее, чем магия фейри или даже Наследия. Это была власть богов.

Это был Хаос.

Сама его эссенция была вплетена в стены этой камеры. Она звала ее, словно была частью ее самой. Слишком много силы в одной душе. Что-то столь хрупкое никогда не предназначалось для хранения чего-то столь величественного.

Она не слышала, как они подошли, слишком глубоко погрузившись в этот зов, но услышала его голос.

— Тесса?

Голос звучал неуверенно. С сомнением. Это было так на него не похоже.

Она обернулась и увидела Наследника Первородного бога смерти, смотрящего на нее. Могли ли эти изумрудные глаза разглядеть то, что таилось в самом центре ее существа? Видели ли они хаос и порочность? Жертвы и предательство? Апатию и голод?

— Нет, но я чувствую все это, — ответил он, будто она произнесла свои мысли вслух.

Она рванулась вперед, вцепляясь пальцами в решетку

— Он и тебя зовет? Ты понимаешь его? Потому что я — нет, Теон, и я пытаюсь. Я пытаюсь понять.

— Я начинаю понимать, красавица, — мягко сказал он. — Я начинаю понимать все это.

— Значит, ты можешь помочь?

— Могу, — согласился он.

Облегчение захлестнуло ее, и только тогда она заметила вторую фигуру в плаще. Капюшон был