Шторм ярости и мести - Мелисса Рёрих

— Моя красавица, — похвалил он. — Что бы ты ни делала, что бы ни случилось, не прекращай сражаться. Лука придет.

— Не придет, — настаивала она.

— Пока это не случилось, будущее всегда может измениться, — ответил он. — Пошли.

Теон шел впереди, Тристин отступил и держался справа от нее, а слева шумела река. Только когда они взошли на небольшой холм, они увидели их. Десятки членов Авгуров в плащах и масках. Среди них парили Рыцари, и она знала, что среди Авгуров не было Наследия Ариуса. Их бы уже убили.

— Твоя мать, скорее всего, там, — сказала она Теону.

— Значит, она умрет вместе с остальными, — холодно бросил он. Он посмотрел на нее. — Если Корделия здесь, позволишь мне убить ее для тебя?

Тесса моргнула. В ее груди что-то дрогнуло. Определенно не то, что должно было бы дрожать при мысли об убийстве ради нее.

— Да, — выдохнула она.

Он наклонился, обхватил ее за талию и притянул к себе. Его губы жестко накрыли ее рот в жадном поцелуе. Язык коснулся ее губ, требуя доступа, и она впустила его, принимая этот поцелуй так же жадно, как ее магия впитывала его силу.

У нее не было времени думать, что все это значит. Авгуры и Рыцари двинулись вперед. Они стояли на месте, позволяя врагам тратить энергию.

Почувствовав, как Теон потянул ее магию, она посмотрела на него.

— Верь мне и верь в себя, — сказал он, глядя на нее так, будто им не предстояло сейчас сражаться за свои жизни.

Она медленно кивнула и закрыла глаза. Заглушая шум и крики ярости. Она позволила собственной ярости вырваться на поверхность, расти и закипать, и она чувствовала его тьму — она давала опору, которой она никогда раньше не знала.

Ударил гром, и она открыла глаза, чтобы увидеть, как молния бьет прямо в центр схватки.

— Да, Тесса! — закричал Тристин.

Вой ее волков раздался за секунды до того, как Найла и Роан выскочили из окружающих зарослей. Они оказались рядом с ней как раз в тот момент, когда Авгуры и Рыцари достигли их. И тогда не осталось ничего, кроме звона оружия и столкновения сил.

Она погрузилась в свою мощь; свет вырывался дугами и разил врагов. Ее сила пировала, только делая ее крепче.

Рыцарь выступил вперед, глядя на нее белыми глазами.

— Я не могу убить вас, моя госпожа, — сказал он тем самым голосом, от которого кости сковывало холодом. — Но у меня приказ задержать вас.

— Можешь попробовать, — прорычала она в ответ.

Затем уже она потянулась к магии Теона. Свет и тьма обвились вокруг ее кинжала. Жизнь и смерть. И она вонзила его в грудь Рыцаря. Его вопль разнесся над землей, прежде чем он развеялся по ветру, оставив после себя лишь клочья бледного, прозрачного пепла.

— Как ты это сделала? — потребовал Тристин, пронзая мечом шею одного из Авгуров.

— Не знаю, — призналась она. — Но я сделаю это снова.

Она нагнулась и подобрала меч, оставленный Рыцарем.

— Мы прикроем тебя, Тесса, — сказал Теон, вставая с другой стороны. — Бери все, что тебе нужно.

Что-то было не так. Не с Теоном, а с Тристином. Все должно было быть иначе. На его месте должен был быть кто-то другой. Она все еще чувствовала дисбаланс, но стиснула зубы. Это был ее выбор. Теперь ей предстояло встретить последствия своих поступков.

Роан и Найла прикрывали ее спереди и сзади, магия Теона и Тристина вихрилась вокруг нее, позволяя ей сосредоточиться на собственной силе. Теперь это были одни инстинкты. Даже тренировки Луки стали частью ее естества. Ее сила искрилась и вспыхивала при каждом взмахе меча. Теон был темным богом подле нее, его короткие мечи разили врагов один за другим. Она чувствовала мощь Тристина. Он усыплял врагов, даря им ложное спокойствие и удерживая на расстоянии, пока кто-то не обрывал их жизни.

Но она не была наивной. Их было пятеро против Наследия и Рыцарей, которых почти невозможно убить. Им не победить. Не самим.

— Он придет, Тесса. Просто продолжай сражаться! — приказал Теон, не прекращая ни на миг движения своего меча. Он явно услышал ее мысли.

Тесса покачала головой, вскинув руку; дуга силы вырвалась из ее ладони, обрушив Прорицателя на землю с воплем агонии. — Не придет! — выдохнула она, разворачиваясь к другому противнику. — Он слишком зол. Он не простит…

— Простит! — рявкнул Теон, обрывая ее на полуслове. — Он придет, потому что мы принадлежим ему так же, как он — нам!

— Тебе нужно вызвать Элизу и Разика, — сказала она. Она черпала все больше силы, ее тело светилось, а золотые и серебряные искры кружились вокруг нее. — Он не придет, Теон. Предательство было слишком глубоким.

— Что бы ты ни сделала… Тесса, берегись!

Теон выронил один из мечей, потянулся к ней и дернул в сторону, когда Прорицатель подобрался слишком близко. Но он не заметил другого, заходившего с фланга.

За мгновение до того, как лезвие коснулось бока Теона, рука Тессы вцепилась в горло нападавшего. Прежде чем тот успел вскрикнуть, черная паутина расползлась по его коже. Тесса втянула в себя силу Теона и использовала ее. Она оттолкнула Авгура, и когда тот рухнул на землю, ее свет вспыхнул еще ярче.

Затем Тристин выругался, и она обернулась. С ее губ сорвался возглас ужаса. Потому что это были Дети Ночи. Десятки и десятки вампиров.

— Что они делают на поверхности? — прорычал Теон, его глаза стали абсолютно черными, а сила закружилась вихрем.

Быстрые и сильные, как любое Наследие, вампиры двигались размытыми тенями. Даже Охотникам было трудно за ними поспевать.

— Их слишком много! — закричала Тесса. — Нам не одолеть их всех, Теон!

— Одолеем, Тесса! Лука придет! — ответил Теон, подняв выроненный меч. Тьма покатилась от него волной, накрывая нескольких вампиров. Когда она отхлынула, они лежали мертвыми.

— Не придет, Теон, — спорила она, поворачиваясь к нему. — Он слишком…

Но ее слова превратились в нечленораздельный хрип, когда боль пронзила позвоночник. Кровь запузырилась на губах, когда она попыталась заговорить снова. Она рухнула на колени, крича, когда что-то вырвали из ее спины. Краем глаза она увидела вампира, державшего меч, с которого капала кровь.

Ее кровь.

Магия уже вскипала, пытаясь исцелить рану, но каждый вдох обжигал грудь.

Теон взревел, падая рядом с ней и прижимая к себе. Его магия хлестнула наружу, обвивая вампира и притягивая его ближе.

— Ты не можешь убить ее мечом, но я заставлю тебя молить о смерти за одну