Сердце стаи - Мариана Запата

Это оказался один из тех парней, которых я видела на кухне несколько недель назад. Зеленоглазый, как я назвала его в своих заметках по очевидной причине.

– Все в порядке? – спросил поразительно симпатичный мужчина по пути ко мне.

Я чуть улыбнулась ему и подняла руку. Сильно дрожать я наконец-то перестала пару часов назад, но по-прежнему для тепла держала руки поближе к бокам.

– Все хорошо, – ответила я, оглядывая его. Он был примерно того же роста и с той же мускулатурой, что и Мэтти, с кожей схожего оттенка, а вот его глаза были изумрудно-зелеными.

Чувствовалось, что он был оборотнем.

Оказавшись в паре метров от того места, где я сидела, он остановился и едва заметно улыбнулся мне. Я протянула руку.

– Я Нина, – представилась я.

Улыбка мужчины стала шире, а язык его тела говорил об удивлении.

– Киган. – Он пожал мою руку. – Я не должен говорить с тобой, но я почуял тебя, как только вышел из машины. – Он бросил короткий взгляд через плечо. – Должен был подойти, чтобы выяснить, все ли с тобой в порядке.

Пахла ли я для него так же, как для Генри?

Стоп.

Прошло всего несколько часов с тех пор, как мы расстались после того, как он привез нас в клуб. Всего несколько часов с тех пор, как он смотрел мне в глаза, касался меня так нежно и заверял, что придет ко мне сразу, как только сможет. С тех пор, как он сказал, что будь на месте детей кто-то другой…

У него были другие, более важные дела.

– Я не расскажу, если и ты не расскажешь, – пообещала я Кигану, поднявшись на ноги, чтобы не пришлось все время смотреть, задрав голову.

Киган обладал одними из самых красивых глаз, которые я когда-либо видела. Он улыбнулся еще шире:

– Поздняк. Когда я вернусь домой, моя бабуля учует твой запах на мне. Ты здесь вроде как знаменитость.

Знаменитость?

Моя улыбка погасла.

Никто не сказал ни слова о том, что я наговорила Доминику, и я надеялась, что он, может, не поверил мне и не рассказал об этом никому… Что и отец Паскаля не рассказал, и Агнес…

Если задуматься, так много человек знали о произошедшем. У меня в голове не укладывалось, почему я не слышала об этом ни слова. Ни один из родителей не начал вести себя иначе. Буквально ничего не изменилось.

Но теперь…

– Я в хорошем смысле, – пошел на попятную Зеленоглазый. – Прости. Дети все только и говорят о том, как от тебя пахнет тортом, – а ведь они, как правило, не любят торты, но им твой запах приятен. И никто здесь не обладает таким ароматом, как ты.

Я почувствовала себя тупой.

– Нет, прости. Я побежала впереди паровоза, – поморщившись, извинилась я. Мне пора было перестать быть такой обидчивой и ожидать худшего. Я была тем, кем была… и теперь я знала, кто я, разве не так? – Я слышала немало дерьма из-за запаха, и теперь остро реагирую на это.

– Не за что извиняться, – заявил он, а потом что-то привлекло его внимание, и он стал будто изучать местность вокруг нас. Он вдруг напрягся и внимательно уставился в одну точку вдалеке, в стороне клуба.

– Там кто-то есть? – спросила я, насторожившись. Сегодня не тот день…

– Нет. – Его взгляд явно был прикован к чему-то. – Генри.

– Ой, – вот и все, что вырвалось из моего рта.

Его красивые изумрудные глаза встретились с моими, и на этот раз его улыбка была скромнее, чем до этого. Более сдержанной? Он с силой сглотнул.

– Генри – самый лучший из нас, – осторожно произнес Киган. Он даже чуть пожал плечами. – Просто чтобы ты знала. Это все понимают.

Я собиралась спросить, что он под этим подразумевал, но он уже шагал прочь.

– Увидимся, Нина, – выкрикнул он, а потом свернул вправо и исчез между машинами.

Это было странно… да?

С другой стороны, он был милым и все таким же красивым, как я запомнила. До того, как отвлечься, ему вроде бы было интересно беседовать со мной.

Но я не почувствовала ничего. Симпатичная мордашка, как правило, была просто симпатичной мордашкой. Вот облом.

Я плюхнулась на лестницу и, услышав тяжелые шаги, уловила большой сгусток знакомой волшебной энергии.

Который направлялся ко мне.

Генри даже не пытался быть незаметным.

Я подумала о том, чтобы помахать ему, но моя рука осталась на месте.

Он ничего мне не должен. Со мной все в порядке. Детям он был нужнее, чем мне. Факт, факт, факт.

Но признание того, что все эти утверждения правда, не особо помогало. Я была способна максимум на небольшую улыбку и надежду на то, что он посчитает, будто я просто устала. И так оно и было, но…

Он все равно не улыбнулся мне в ответ. Похоже, что он был слишком занят ворчанием:

– Что это было?

Я вскинула брови.

– Что? Мой разговор с Киганом? – Опять мой длинный язык. Я ведь буквально только что пообещала парню, что никому не расскажу? – Я сижу здесь, вот он и проверил, как у меня дела.

В отличие от кое-кого другого.

Но это была несправедливая мысль. Я не злилась. Я не пыталась наказать его.

Генри раздул ноздри, а его губы растянулись в прямую линию.

– Ему не следует говорить с тобой, – ответил он более низким голосом, чем обычно.

– Я была не против, – объяснила я, разглядывая черты его лица. – Он не сделал ничего дурного.

Кое-кому не понравился этот ответ, и чем ближе он подходил, тем больше я видела признаков стресса и напряжения во всем его теле, не только на лице.

– Если бы мне не хотелось говорить с ним, я не стала бы. Он был мил. Все в порядке, – добавила я. По моему голосу было слышно, что я заняла оборонительную позицию, потому что именно так я себя и чувствовала?

Генри это тоже не понравилось, и в тот момент я подумала о том, что сегодня был долгий день не только у меня. От этого мне стало