Во власти чувств - Эмилия Вон

Оставив голубую книгу на комоде, Адриана села рядом, прижавшись ко мне и укладывая ноги поверх моих. Я обхватил ее под бедром, поглаживая восхитительно мягкую кожу.

– В мафии может быть что-то милое?

– Конечно. Ты же милый.

– Будь я здоровым, я бы показал, каким милым могу быть. – Я сжал ее бедро, оставляя в подтверждение своих слов красные следы от пальцев.

– Ага. Но твои ребра сломаны, а от моих услуг ты отказался. – Она поцеловала меня в щеку и открыла первую страницу книги, которая пестрела от разноцветных закладок. – Поэтому пока мы познакомимся с Тристаном Кейном.

– Мне стоит ревновать к нему?

– О-о-о да-а-а, – протянула она, бросая на меня игривый взгляд. – К этому невероятному мужчине? Определенно.

21

Алессио

На моем лице уже не осталось следов порезов и синяков. Отек давно спал, а ребра почти зажили. Я чувствовал себя хорошо и мог дышать полной грудью, не боясь продырявить легкие.

Обмотав полотенце вокруг бедер, я направился на кухню, прихватив с собой телефон, чтобы написать сообщение Адриане.

Две недели назад я вернулся домой, прогостив у Моретти четыре дня. Маттео не выгнал меня, нет, но я знал, что это была одноразовая услуга, а сам жест милосердия не был предложением переехать. К тому же я видел недовольство его родителей, особенно матери, бабушки Адрианы. Вместе с тем в один из вечеров я услышал, как она отчитывала Маттео за безрассудное решение впустить меня – похитителя ее внучки – в их дом. Поэтому, немного окрепнув, я перебрался в свою арендованную в городе квартиру.

К хорошему привыкаешь быстро, а к возможности проводить больше времени с Адрианой – еще быстрее. Она незаметно прокрадывалась ко мне в комнату, и мы засыпали в объятиях друг друга. Просыпаться с ней, чувствовать теплоту ее тела, прижавшегося ко мне, и слышать тихое сопение было прекрасно, но недостаточно. Теперь мне хотелось большего, и просто ежедневных встреч не хватало.

Сегодня Адриана собиралась поехать в фонд, чтобы поработать над приготовлениями к рождественской вечеринке, которая была уже на носу. А это означало, что весь день мы не увидимся. Маттео поделился со мной документами и счетами, которые я решил изучить. Также я взломал базы данных полиции Нью-Йорка и Чикаго, чтобы найти информацию о некоторых бывших и нынешних членах Каморры, которых Маттео подозревал в предательстве.

Я не успел написать Адриане, как зазвонил домофон. Многоквартирный дом рядом с центром охранялся, но не настолько хорошо, как пентхаус в Нью-Йорке. Несмотря на то что он не привлекал внимания и был неплохим укрытием, я не планировал надолго здесь задерживаться.

Я достал пистолет из ящика и подошел к двери, рядом с которой висел небольшой экран, показывающий посетителей. Адриана стояла внизу и улыбалась в камеру, зная, что я ее вижу. Над ней, скрестив руки внизу живота, возвышался Энцо с хмурым выражением на лице.

Я нажал кнопку и пропустил их в здание, а сам убрал пистолет обратно в ящик. Спустя пару минут на лестничной площадке лифт оповестил о прибытии гостей. Я открыл дверь до того, как в нее постучали. Адриана стояла на пороге в длинном черном плаще из искусственной кожи. На ней были ярко-красная шелковая блузка с глубоким вырезом, черная кожаная юбка до середины бедер и черные колготки. На ногах – сапоги выше колена на высоких каблуках. Волосы собраны в хвост на затылке.

Адриана лучезарно улыбнулась. Ее взгляд упал на еще мокрую после душа грудь и переместился чуть ниже, как только она увидела, что на мне одно лишь полотенце. Ее шея напряглась, глаза заблестели. Она прищурилась, наблюдая за движением капелек воды на моем торсе. Я знал, что ей нравилось то, что она видит, поэтому напряг пресс, чтобы ее желание окрепло. И это сработало. Адриана обвела языком нижнюю губу, прежде чем закусить ее. Она без капли стеснения пожирала меня глазами.

Я был на грани того, чтобы втянуть Адриану в квартиру и взять прямо у стены. Я уже представлял, как ноги в этих чертовски сексуальных сапогах будут обхватывать меня, кулак накручивать на себя длинные волосы, а я буду наслаждаться ее вкусом и ощущениями.

И Адриана, которая переступала с ноги на ногу, пытаясь унять ноющую тяжесть между бедер, хотела того же. Но кашель Энцо вывел нас из транса и оторвал от грязных мыслей.

– Маттео просил передать, что будет ждать тебя в «Фамилии» по вашему вопросу, – сообщил мужчина и направился к лифту, наконец оставляя нас наедине.

Как только двери за ним закрылись, Адриана набросилась на меня с поцелуем. На этих каблуках она практически поравнялась со мной ростом, поэтому мне не пришлось наклонять голову, чтобы целовать ее. Она запустила пальцы в еще влажные волосы и потянула за них, вызывая у меня гортанный рык. Руки проникли под плащ, обхватили талию и спустились вниз, к ее восхитительной заднице. Я приподнял ее и завел нас в квартиру, захлопнув ногой дверь и не выпуская Адриану из рук.

Ее горячие губы накрыли мои, язык проскользнул внутрь. Дерзко и требовательно. Поцелуй был диким и грубым, но головокружительно чувственным. Она скучала по мне так же, как и я по ней. И это, черт возьми, не могло не радовать.

Ее руки опустились мне на грудь. Тонкие пальцы порхали по коже, обводя каждую мышцу пресса, пока не переместились ниже к краю полотенца. Я замер в предвкушении, что Адриана сбросит его с меня, но вместо этого ее руки вновь поднялись вверх. Ногти царапали мою кожу, оставляя на ней красные дорожки. Они дошли до шеи, и Адриана обняла меня, прильнув всем телом.

Я сжал руками ее ягодицы и попытался проникнуть под юбку, где меня встретили гребаные колготки. Я уже собрался разорвать их к черту, но Адриана прервала поцелуй.

– Погоди. – Она тяжело дышала мне в губы.

Она оставила еще один быстрый поцелуй и отстранилась.

– У меня нет времени приводить себя в порядок, поэтому никакого секса, Алессио. Я тут по другой причине.

– Это важнее, чем фантастический оргазм? – спросил я, потянувшись к ее губам, чтобы продолжить с того места, где мы остановились.

Но Адриана в своем решении оставалась непреклонна:

– Я хотела позавтракать с тобой перед тем, как поеду на встречу. – Она ударила меня по груди, пытаясь казаться серьезной, но игривая улыбка не сходила с ее лица, как и румянец на щеках.

– Лишь завтрак? – Я поигрывал ее локонами.

– Лишь завтрак.

Я уступил. На этот раз.

На самом деле я не был против позавтракать