Ненужная жена. Хозяйка сада пустоцветов - Алиса Князева

Мне удаётся подобраться достаточно близко, чтобы укрыться за телегой, нагруженной сеном. Наклоняюсь и сквозь прорези колеса вижу Драксена, всё ещё занятого беседой с портным. Здесь, в глуши, он выглядит так, словно вот-вот войдёт в королевский зал. Эта его вечная собранность раньше восхищала меня. Теперь она вызывает только тревогу.

Напрягаю слух, пытаясь уловить их разговор, но голоса доносятся лишь обрывками, словно шёпот ветра.

— … как я и сказал, никаких исключений…

— … но, господин, если она…

— … пятьдесят золотых каждому, кто нарушит…

Пятьдесят золотых? Издевается? Та самая сумма, которую он требует с меня за аренду? Это не может быть совпадением. Он говорит обо мне, о чём-то, что касается меня напрямую.

Мужчина кивает и кланяется. Драксен кивает в ответ. Затем поворачивается и направляется вниз по улице.

Мне нужно следовать за ним, но риск быть замеченной слишком велик. Улица узкая, людей мало, негде спрятаться. Решаю обойти квартал и встретить его у таверны с другой стороны. Быстро пробираюсь через проулки, стараясь не привлекать внимания. Сердце стучит в такт шагам, паника подступает к горлу, но я заставляю себя двигаться вперёд.

Выхожу на площадь перед таверной как раз в тот момент, когда Драксен приближается к ней с противоположной стороны. Инстинктивно отшатываюсь, ища укрытие, но вокруг только открытое пространство. Паника на мгновение парализует меня.

И в этот момент он поднимает голову и видит меня.

Наши взгляды встречаются через площадь, и время словно останавливается. Я вижу, как приподнимается угол его рта в намёке на улыбку. Не тёплую, приветливую улыбку, а холодную, расчётливую — ту, которую я так хорошо знаю и которой так боюсь.

Он направляется ко мне. Я хочу бежать, но ноги словно приросли к земле. Могу только стоять и смотреть, как он приближается — высокий, стройный, с безупречной осанкой и безупречным лицом. Что сейчас будет?…

— Илория, — говорит он, останавливаясь передо мной. — Какая неожиданная встреча.

Его голос звучит почти тепло, почти искренне. Но я слишком хорошо знаю эти интонации — так он говорит, когда хочет что-то получить.

— Что ты здесь делаешь? — выпаливаю я, не в силах сдержать дрожь в голосе.

— Я мог бы спросить тебя о том же, — отвечает он, окидывая меня оценивающим взглядом. — Ты пришла нанять экипаж, чтобы закончить этот цирк и вернуться домой? Тебе повезло, я как раз не против подвезти тебя

Моё сердце пропускает удар, а в животе растёт тяжёлый ком. Я чувствую, как краска приливает к щекам — от стыда, от гнева, от страха. Беременность вытворяет с моим настроением странные вещи.

— Размечтался, — фыркаю я, делая шаг назад. — Ты следишь за мной?

Драксен смеётся коротко и сухо.

— Не льсти себе, дорогая. У меня есть дела поважнее, чем следить за беглой женой. Хотя, признаюсь, встретить тебя здесь — приятный бонус к моей поездке.

Он делает шаг вперёд, сокращая дистанцию между нами. Я чувствую его запах — кожа и перец. Знакомый аромат, который приводил в трепет, а теперь меня от него тошнит.

— Тогда что ты здесь делаешь? — настаиваю я, скрещивая руки на груди, словно это поможет защититься. — Ты никогда не интересовался этой деревней раньше.

— Теперь интересуюсь, — отвечает он с той же холодной улыбкой. — Особенно с тех пор, как моя жена решила сделать её своим новым домом.

— Я больше не твоя жена, — говорю я, пытаясь придать голосу твёрдость. — У тебя есть две новые. Мало?

— Проблема не в количестве, — хмыкает он. — А в том, что ты решила, будто я позволю отнять моё.

Я даже воздухом давлюсь от возмущения. В его тоне столько недовольства, словно из нас двоих виновата я. Посмела уехать и не стала проглатывать его измены.

А он тем временем продолжает подталкивает меня к планированию убийства:

— Я дал тебе неделю, чтобы найти пятьдесят золотых или вернуться. Или ты забыла?

— Я помню, — огрызаюсь я. — И у меня ещё есть время.

Драксен наклоняется ближе, так что я чувствую его дыхание на своём лице.

— Время, но не возможности, — говорит тихо, почти интимно. — Или ты думаешь, что сможешь так легко найти эти деньги? В этой глуши?

Внезапно всё становится ясно. Разговор, который я подслушала, его присутствие здесь, его уверенность в моём провале…

— Что ты… — выдыхаю я, отступая ещё на шаг. — Ты что-то сделал. Что-то, чтобы я не смогла…

Его улыбка становится шире, довольнее.

— Я просто защищаю свою жену, — говорит он с притворной заботой. — Подумай сама, Илория. Одинокая женщина, без средств, без защиты… Чем ты собиралась зарабатывать на жизнь? Продавать своё тело в местной таверне? Этого не будет.

Кровь отливает от моего лица. Эта мысль никогда даже мимо моей головы не проносилаь, но то, как он это говорит, заставляет меня чувствовать себя грязной и опозоренной.

— Я не… я никогда не…

— Конечно, нет, — соглашается он с фальшивой любезностью. — Потому что я позаботился об этом. Никто в этой деревне не посмеет к тебе прикоснуться. А акк же не примет тебя на работу. Ни в таверну, ни в пекарню, ни даже прачкой.

Я смотрю на него, не веря своим ушам. Холодная ярость поднимается во мне, смешиваясь с отчаянием.

— Ты не имеешь права, — говорю я, и мой голос дрожит от гнева. — Да я скорее умру от голода, чем вернусь к тебе!

— Я защищаю тебя, — отвечает он спокойно. — Я защищаю тебя. От себя самой, от отчаянных решений, которые ты могла бы принять.

— Единственный, от кого мне нужна защита — это ты! — почти кричу я, не заботясь о том, что нас могут услышать.

Впышка гнева его не впечатляет. Драксен смотрит на меня с тем же спокойным, оценивающим взглядом.

— Пятьдесят золотых — это большая сумма, — продолжает он. — Особенно для женщины без навыков, без связей, без поддержки. Ты никогда не заработаешь их честным путём, не за неделю. А нечестным… — он делает паузу, — я не позволю тебе выбрать нечестный путь. Не здесь, не под моим именем.

— Твоим именем? — переспрашиваю я, чувствуя, как внутри что-то обрывается.

— Конечно, — улыбается он. — Ты