Отвратительная жена. Попаданка сможет... - Анна Кривенко

Учитывая, что худела и дурнела только я, это означало, что отравитель хотел уничтожить именно меня. Но зачем и как?

Ладно, этот вопрос можно отложить до лучших времен, ведь важнее иное. Если преступник, точнее, преступница поймет, что яд больше не влияет на меня, она начнет искать иной способ навредить мне. Надо быть очень осторожной и внимательной, чтобы не пропустить очередной атаки.

На ночь привычно нанесла маску из медового молока, умылась и поняла, что кожа полностью посветлела. Кажется, я становлюсь очень милой.

Бедная, бедная Марта! Мало того, что тебя убили, так еще и изуродовали перед этим…

* * *

С самого утра я заметила немалую суету в поместье. Служанки гурьбой высыпали во двор, начали тщательно выметать щедро насыпавшиеся с деревьев листья. Садовники занялись клумбами.

Я нахмурилась. Это у них сезонное или… что-то намечается?

Приведя себя в порядок (в очередной раз отметила, как посвежел мой облик, да и суставы болели значительно меньше), я отправилась на кухню, чтобы привычно приготовить полезный завтрак.

Однако, замерев на входе, я невольно прислушалась к разговорам.

— А она как ударила своего отца в ответ! — вещала какая-то женщина визгливым голосом. — Представляете, на собственного батюшку руку подняла! Мать в слёзы, сестра Арина Михайловна, точная копия нашей любимой господи Елизаветы — едва в обморок не упала. Алексей Яковлевич вынужден был жену свою выпроводить прочь и чихвостил её в кабинете, уму разуму учил… А потом она как выскочит оттуда, да как взбежит по лестнице…

Боже! Какая чушь! Это же надо так всё перевернуть! Люди спять и видят, как бы меня оболгать…

— Здравствуйте, госпожа Марта… — послышалось сзади, и я резко обернулась. Увидела перед собой Настю, которая нервно теребила фартук пальцами и поглядывала на меня виновато. Кажется, она первая заметила меня и решила прекратить мерзкие сплетни.

Естественно, все разговоры на кухне смолкли, и я вошла в помещение в гробовой тишине. Служанки поспешно отвернулись и усердно занялись своими делами, но у всех явно подгорало: они поняли, что я услышала их обсуждения моей персоны и теперь изрядно нервничали. Это стало заметно по тому, что кто-то из них в последующие минуты разбил кувшин, рассыпал соль, обжег пальцы и помянул недобрым словом местную нечисть…

Я усмехнулась. Хороший знак. После того, что я сотворила вчера, меня начали ПОБАИВАТЬСЯ!

Мара, хорошо идешь…

Однако, по мере того, как я колдовала над завтраком и рассматривала кухонную суету, заметила, что блюда сегодня превосходили обычные по степени помпезности. Кажется, запекали индейку в печи, пекли пироги с фруктами и овощами, варили кисель…

Озадачилась.

Когда закончила готовить завтрак, огляделась и бросила Насте:

— Помоги мне отнести поднос в комнату!

Девчонка услужливо ринулась выполнять поручение, и мы вдвоем вышли из кухни. Она нервничала.

— Скажи, Настенька, — обратилась я ласково, — что за пир намечается у нас?

Девушка потупила глаза.

— Хозяин гостей вечером ждет, несколько семей, с которыми с детства дружит. Давно уже никого не приглашал…

Она запнулась, а я почувствовала, что все это происходит неспроста.

— А что по этому поводу говорят слуги? — уточнила осторожно, и Настя едва не споткнулась на ровном месте. Посмотрела на меня испуганно, покраснела, и я поняла, что говорят много чего.

— Не бойся, — улыбнулась доброжелательно, — я никого не стану наказывать или бранить. Просто скажи правду…

Настя — хорошая девочка — потупила взгляд.

— Говорят, что вы опозоритесь перед гостями, потому что такое уже было однажды, и господин… господин выгонит вас из поместья.

Так-так… значит еще одно испытание на прочность? Прямо-таки полоса препятствий от режиссера и постановщика Алексея Яковлевича Разумовского, «пресветлого» графа, чтоб его…

Глава 17. Преображение…

Я остановилась посреди комнаты в некоторой растерянности. Значит, муж собрался испытать меня гостями? Я начала ходить взад-вперед по спальне и размышлять. Да, он хочет унизить меня, это точно. Похоже, решил сбить с меня спесь. Я должна встретить этот вызов во всеоружии.

Начнем с главного — с одежды.

Я забралась в сундук, где хранились скромные одеяния Марты. Разложив пять платьев на кровати, посмотрела на них с унынием.

Эх, тыкнуть бы носом этого индюка в такое приданое. А то, видите ли, «Марта выдуривала платья у сестры»! Да о чем вообще речь? Она бедна, как церковная мышь. Осталось только в холодильнике повеситься…

Платья выглядели откровенно не очень. Жутко мятые, каких-то мрачных расцветок. Одно — тёмно-зелёное с яркими белыми кружевами. Другое, коричневое, вообще без украшений и простое, будто монашеское. Третье кремового цвета — единственное, пожалуй, из всех наиболее приятное глазу. Но на нём тоже нет ничего, что украшало бы горловину или рукава. Выглядит довольно неброско. На остальные смотреть было бессмысленно.

Я прикусила губу. Конечно, это кремовое платье подошло бы, если бы были достаточно яркие украшения. Но, облазив всю комнату, я их не нашла.

— Вот так муж! — пробормотала раздраженно. — Не удосужился жене подарить ни цепочки, ни заколки, ни кольца…

Но ничего.

В своих роликах я периодически освещала такую тему, которая называлась «Очень умелые ручки» — по примеру передачи моего детства. В этой теме я собирала всякого рода информацию по преображению и обновлению старых вещей. Похоже, пришло время воспользоваться собственными советами и создать из этого всего что-то достойное.

Придумала!

Вот эти белые кружева, если их перенести на кремовое платье, будут смотреться неплохо. А вот с этого платья можно срезать пуговицы и пришить их у горловины. Они такие красивые, что создадут видимость украшений. Но у меня нет ни ножниц, ни иголки с ниткой.

Пришлось найти Эльзу Васильевну. Она как раз играла с двумя младшими в детской. Никита встретил меня с радостью и даже побежал обниматься.

— Почитаешь, почитаешь! — закричал он.

Я слегка виновато улыбнулась.

— Прости, малыш, но я сейчас очень-очень занята. Приду к тебе завтра, обещаю.

Мальчик сперва расстроился, но потом отвлекся на свои игрушки.

А вот пятилетняя Таня посмотрела на меня настороженно. Она следила за мной всё то время, пока я разговаривала с няней, но не проронила ни слова. Странный ребёнок. Кажется, с ней всё-таки не всё в порядке.

Попросив у Эльзы Васильевны всё, что нужно для шитья, я отправилась к себе. Рукоделием в своей прошлой жизни я занималась часто и с удовольствием, поэтому отпороть кружева и аккуратно пришить их на другое платье оказалось для меня крайне просто. Я залюбовалась результатом. Бежевое платье сразу же приобрело некую изысканность.

«Сюда бы ещё полоску бус, — подумала я, — было бы отлично…»

Но тех