Судьба возвращению подлежит - Сусанна Ткаченко

— А сколько их, ты сосчитал? — спокойно спросил Тристан.

Его будущая слишком интимная целительская манипуляция вообще, похоже, не волновала.

— Да. Семь драконов и семь всадников. Всадники очень страшные. В смысле — лица какие-то уродливые. Думаю, это маски, — бросил Леон, не отвлекаясь от сооружения какой-то пирамиды из всякой всячины, найденной в его карманах и моём рюкзаке.

Он опять его бесцеремонно выпотрошил. Я уже даже про себя не возмущалась. Привыкла. Видимо, мой рюкзак теперь общий.

— Ну это не так уж и много, — оптимистично заявил Тристан. Отложил в сторону пустой стакан и лист, поднялся, очистил руки магией и подошёл к Леону. — Рот открой, — коротко приказал.

Леон моментально подчинился.

Я затаила дыхание, уставившись на них во все глаза. Боковым зрением заметила, как прямо в открытый рот Леона летит здоровенная пчела, и не успела испугаться, как Тристан накрыл его рукой. Всего-навсего приложил ладонь к губам нашего друга.

Леона выгнуло. Голова запрокинулась, по телу прошла волна — короткая, мощная, — но как только герцог убрал руку, всё прекратилось. Леон потряс головой, расправил плечи и улыбнулся.

— Нормально! Прямо бодрячок!

Оказывается, так тоже можно.

Я испытала укол лёгкого разочарования. Совсем лёгкого. Почти незаметного. Но когда Тристан подошёл ко мне, я без всякого приказа разинула рот.

А он вдруг сел передо мной и быстро приник к моим губам своими. Обвёл языком верхнюю, потом нижнюю и запустил его в рот. И меня накрыло.

Мощнейшая опьяняющая волна чистейшей магии жизни. Она хлынула через рот, растеклась по горлу, по груди, по каждой жилке — горячая, пьянящая, изменяющая. Всё длилось какие-то мгновения, но мне показалось — вечность. Я понятия не имела, как выгляжу со стороны. Запрокинута ли моя голова. Выгнуто ли тело. Какого цвета мои щёки. Я просто испытывала ни с чем не сравнимый восторг и, кажется, побывала в чертогах самого Создателя.

А потом всё кончилось. Резко. Я как будто выбежала из натопленной бани на холодный воздух и нырнула в сугроб.

Незабываемые впечатления!

— Так, ну всё. Готовимся к встрече, — как ни в чём не бывало сказал Тристан, поднявшись на ноги. — Леон, отдай всё ценное Мариэлле. Мари, бери мешок и прячься. Я их уже вижу.

Голос ровный. Руки не дрожат. Дыхание спокойное. Для него это был не поцелуй. Вот точно не поцелуй, а просто одна из разновидностей передачи силы. Уверена, что если я сейчас спрошу, почему он Леону рукой её передал, а мне губами, то он найдёт очень логичное объяснение. И мне за мой вопрос станет стыдно. Так что не спрошу.

Я вскочила, подлетела к Леону и протянула руку за своим мешком. Он быстро сбросил в него всё то, что не пригодилось для пирамиды, и, поднявшись, отдал мне. Поймал мой взгляд, открыл рот — хотел что-то сказать, — но посмотрел на моё лицо и передумал.

Правильно, Леон. Не надо.

Я закинула мешок за спину и превратилась в лужу.

Просто потому, что плакать хотелось, и сырость — это то, что мне сейчас подходило больше всего.

— Отличная идея! — похвалил Тристан. — Если что — утекай к озеру.

Без тебя знаю! Хотелось крикнуть, но я промолчала. Лужи не кричат. Лужи молча лежат и злятся.

К тому же я уже отчётливо слышала шум драконьих крыльев. Он приближался — тяжёлый, ритмичный, нарастающий. И в нём действительно было нечто механическое. Не хлопанье живых перепончатых крыльев, а мерное движение, как работа огромных винтов у двигателя «Парящего над бурей».

Буквально через минуту на небо стремительно наползла густая тень. Она накрыла поляну и даже, наверное, берег с озером. Стало сумрачно, как перед грозой. А ещё через несколько секунд день совсем выключили. Будто кто-то задёрнул штору на всё небо. Темнота. Полная. А потом резко как будто включили множество осветительных артефактов. Холодный, ровный, белый свет. Со всех сторон. Без теней.

Насколько я могла понять, будучи в состоянии лужи, нас заключили под какой-то купол с искусственным освещением. Ни неба, ни солнца, ни горизонта. Сплошной неприятный свет.

Но и это ещё не всё! Незнакомая сила как будто ударила прямо в сердце, и я опять стала человеком. Вернее, памятником самой себе, потому что ничего не могла с этим поделать. Моя магия мне не подчинялась. Да что там магия? Я даже моргнуть не могла.

Вот тебе и тщательно продуманный план, Великий герцог Тристан Вольный. Что дальше будем делать?

Глава 10

Тристан

— Ничего себе! Какая удивительная сфера! Не могу понять принцип её действия! — обрадовался Леон, когда нас поймали, как каких-то кузнечиков банкой.

Я успел рассмотреть и даже просканировать семерых драконов и всадников до того, как нас накрыло непроницаемым прозрачным нечто. Драконы — действительно механические. Летательные аппараты с шарнирными крыльями и чем-то вроде двигателя в грудной клетке, покрытые органической оболочкой разных цветов. Всадники — обычные люди в доспехах и уродливых масках с прорезями для носа, рта и глаз. Ни один из них не произнёс ни слова. Ни один не сделал угрожающего жеста. Они просто опустили на нас сферу — точно, бесшумно, равнодушно, — и всё.

Агрессии не было, поэтому атаковать я не стал. О чём почти сразу пожалел.

Мари стояла рядом в человеческом облике — бледная, растерянная, неподвижная, с застывшим взглядом. Сфера, видимо, вернула её в истинную форму принудительно. Она явно не ожидала этого и сейчас переживает трансформационный шок. Я шагнул к ней и нажал на пару точек на шее.

— Моя магия меня не слушается! — тут же воскликнула Мари, всплеснув руками.

Мда-а, весь мой гениальный план рассыпался, как трухлявый пень.

А сфера уже плавно плыла по воздуху, крепко удерживаемая теми, кто нас пленил. Они по-прежнему молчали. Даже переговоров между собой не вели. Просто летели и нас несли с собой. Как багаж.

Смотрел на них и никак не мог понять, что с ними не так. Нахмурился. Потёр висок. Сканирование показало обычное строение их организмов: кости, мышцы, органы — всё как у людей. Они и есть люди. И даже маги. Но там, где у любого нормального мага находятся каналы и резерв, я видел... что-то странное — сплошное ровное свечение. Как