Попаданка. Переполох в школе Эттерфилда - Яна Сандерс

порядки. Каждый должен знать своё место, и, упаси господь, тому, чей статус выше, разводить панибратство с теми, кто обязан подчиняться ему, — женщина подалась вперёд. — Дети с юных лет должны это усвоить и понимать свою роль в системе. Если хотят чего-то добиться. Надеюсь, мы с вами друг друга поняли, мисс Петерсон.

Я кивнула.

Конечно, мне знакома была подобная методология. Отчасти в вопросах твердокаменной дисциплины, без которой нельзя было сладить с некоторыми типами детской личности, я готова была согласиться с ней. Но за жизнь поняла кое-что. Ты можешь позволить себе вносить поправки туда, где это уместно. Там, где всё куда сложнее, чем чёрное и белое.

— Если они действительно хотят чего-то добиться, — сказала я, — школа должна помогать им.

— Этим мы и занимались все эти годы.

— Есть один молодой человек. Я полагаю, у него имеются некоторые склонности к моделированию и, возможно, усидчивость. Было бы замечательно, если бы мистер Браун…

— О ком вы говорите? — перебила меня директриса, сведя к переносице седые брови.

— Даниэль Робсон мастерит игрушки для братьев и сестёр.

— Что? Робсон? — женщина аж подскочила, невзирая на почтенные года. — Да вы знаете, что этот негодяй недавно подговорил мальчишек, и те избили учителя богословия? Теперь у нас нет учителя богословия. Он уволился. А в прошлом месяце Робсон чуть не устроил пожар. Таким, как он, не место среди нормальных людей, и счастье, что Даниэль бросил школу.

— Сегодня он появился на моём уроке.

— Вы шутите?

— Не шучу. Его привело любопытство. И хоть он не задержался надолго, что-то подсказывает мне, мы поладим.

Суровая гримаса вдруг скривилась, сделав лицо пугающим. А затем женщина принялась смеяться. Очень неприятно, надо сказать. Как смеются, когда ничего забавного не происходит, зато имеется острое желание унизить собеседника.

— Мне знакомо это ваше рвение, мисс Петерсон, — проговорила женщина, успокоившись, и вышла из-за стола, привычно сцепив на животе руки. — Все молодые учителя этим грешат. Исправить хулигана, наставить его на путь истинный. Я бы могла отмахнуться и позволить вам набивать собственные шишки, но не стану. Послушайте совета опытного педагога. Такие, как Даниэль Робсон, не меняются. С каждым годом он будет скатываться всё ниже и ниже, а вас одолеет чувство вины за то, в чём вы не виноваты. Но что самое неприятное, на заботу о том, кто этого не стоит, уйдут силы и время, которые лучше было бы потратить на тех, кому это действительно нужно.

Мисс Верди умолкла. Во мне же после её слов родился бунт. Я чувствовала его, он проникал под кожу и разливался по венам. Ох, мисс Верди, плохой вы педагог, если не знаете главного правила воспитания: чем больше отговаривать и запрещать, тем больше хочется.

— Возможно, вам просто не повезло, — сказала я, чувствуя полное право на эти слова с высоты прожитого опыта.

Надменная улыбка сползла с лица женщины.

— Вы свободны, Линда, — голос директрисы вновь отяжелел. — Надеюсь, завтра вы не станете позориться и устраивать беготню по двору школы.

Я не ответила. Развернувшись на месте, толкнула дверь, едва не ударив ею Эни. Та сжалась испуганно и, промямлив что-то, юркнула в кабинет.

Она что, подслушивала? Плевать. У меня теперь есть куда более интересные и заслуживающие внимания дела, чем выяснение отношений с директрисой и её невзрачной тенью.

Глава 13

Под интересными делами я, естественно, подразумевала работу с детьми и определение сильных сторон каждого. Ведь если не упустить момент и вовремя направить ребёнка в нужное русло, он может начать осваивать какое-нибудь ремесло уже сейчас, найти себе наставника, а закрытие школы не станет таким уж ударом для формирования полезных навыков.

Но, прежде чем браться за свою оптимистичную инициативу, мне требовалось кое-что закончить.

После полудня, когда солнце уже клонилось в сторону гор, я пошла выполнять обещание, данное лавочнику. Ужасно не хотелось снова встречаться с лордом, но велено было доставить ему инструмент лично, и хоть ты тресни, а встречи теперь было не избежать.

За школой по пути к особняку семейства Хальт простирался парк. Царственные амбиции владельцев здесь проявились с лихвой. Во всех своих неукротимых аппетитах. Тут имелись и лабиринты из подстриженных кустов, и замысловатые фонтаны, из которых почему-то не шла вода. Изящные статуи будто нарочно были немного спрятаны в тени веток и как бы случайно попадались на глаза прохожему, когда тот оказывался рядом.

Признаться, я залюбовалась. Фигуры выглядели настолько живо и естественно, что невольно я припомнила легенду о медузе Горгоне, которая превращала живых людей в камень, если посмотреть ей в глаза.

Умелый скульптор учёл все детали. Драпировка одежды, дуновение ветра в волосах, эмоции на застывших лицах. Созданные им герои казались живее многих, из тех, кто дышал и топтал подошвами землю.

Опомнившись от любования скульптурой, я покинула парк и вышла к пустырю, за которым на небольшом возвышении стоял мрачный особняк из серого камня с раздвоенной лестницей крыльца.

Поднявшись по массивным гранитным ступеням, остановилась возле двери и, посомневавшись с полминуты, дёрнула висевший сбоку тросик. Я не ошиблась. Из-за закрытой створки послышался звон колокольчика.

Отворили мне быстро. Упитанный лакей с элегантными усами и в тёмно-синем фраке чинно поклонился.

— Добрый день, — поздоровалась я. — Меня зовут Линда Петерсон. Я учительница местной школы. Дело в том, что ваш хозяин по моей вине потерял кое-что. И теперь я должна вернуть ему это. Не подскажете, где можно найти лорда Винсента?

Мужчина задумчиво повёл усами, напомнив обаятельного и невозмутимого радиста Морзе из «Крутого пике». С трудом сдержала усмешку.

— Господин Хальт сейчас занят, мисс, — сказал мужчина.

— И когда он намерен освободиться?

— Этого никто не знает. Но я с радостью помогу вам. Скажите, что именно нужно передать?

Я вынула долото и показала мужчине.

— Дело в том, что мне велено было отдать ему это лично. Скажите, когда я могу зайти, чтобы уж точно застать лорда на месте?

— У господина Винсента всегда очень много дел. Боюсь, я не смогу вам помочь. Но что, если он сам к вам зайдёт? Милорд часто бывает в городе. Назовите ваш адрес.

— Спасибо, не стоит, — остановила я мужчину. — Забегу к вам в другой раз.

Развернувшись, зашагала вниз по ступеням, испытав одновременно облегчение и досаду. Облегчение, потому что совсем не хотелось видеть снова